Всадник на белом коне (СИ)
Фрэд поставил чашку на столик и сказал, пытаясь прояснить не слишком понятную ситуацию с количеством персонала буровой Р-4500:
– По-моему, я познакомился уже со всеми сотрудниками. Вы с Джин, а еще Курт и Альвин в ангаре. Четверо, я не ошибся?
– Так и есть, – ответил Янг. – В основном...
Он покрутил ладонью в воздухе и, заметив недоуменный взгляд Фрэда, продолжил:
– Есть еще одна... м-м-м... Зовут Алина Фокина. Ареолог или, как она сама себя называет, марсолог... хм...
Впечатление было такое, будто слово «марсолог» вызвало у Кевина самые неприятные чувства. Что-то сродни зубной боли.
– Строго говоря, Алина не является моей подчиненной и работает по собственной программе, никак с нами не пересекающейся. Даже отчитывается не передо мной, а непосредственно перед начальством в Лоуэлл-сити. Вот так... Молодая, только-только со студенческой скамьи, а уж амбиций... на нас всех вместе взятых хватит. Ты не подумай, мы с ней не то чтобы не ладим, вовсе нет. Но поддерживаем определенную дистанцию, ко всеобщему удовольствию, надо сказать. В общем, когда она нас покинет, никто особо сокрушаться не станет.
– И где же столь замечательная особа пребывает сейчас? – осведомился Фрэд. – Не прощу себе, если не удастся с ней познакомиться.
– Не расстраивайся, – заверил Кевин. – Будет время, еще познакомишься. Правда, не уверен, что получишь какое-то особенное удовольствие. Хотя кто знает, красотой-то ее природа не обидела. Но только внешне... Хм... В общем, по всем повадкам она, как говорится, натуральная блондинка, хотя и с пышными рыжими волосами. Привыкшая ко всеобщему вниманию и даже обожанию. А у нас на буровой чего нет, того нет. Хочешь работать – работай, а няньчиться здесь с тобой некогда... да и некому. И обожать тоже. Вот и ходит обиженная на весь белый свет.
– Ты меня совсем заинтриговал, – сказал Фрэд. – Неужели все настолько серьезно?
– Не то слово, – Кевин с досадой махнул рукой.
– И все же, как бы мне на нее взглянуть? Она где-то здесь, на базе?
– Нет. Там, – Кевин махнул рукой в сторону окна. – В поле.
– Где?
– Взяла утром квадроцикл и отправилась на геологоразведку, – он скептически хмыкнул и снова махнул рукой. – Куда-то на север... Вот не понимаю я, что она рассчитывает там найти. Восточная Амазония вся хожена-перехожена, одних скважин пробурили штук двадцать... а до Аркадии ей ни за что не добраться. Правда, утверждать не возьмусь, она может. Так что встретитесь вы, скорее всего, не в этот раз. По-моему, это только к лучшему. Поверь, ты ничего не потеряешь, разве что нервы целее будут.
«Что ты знаешь о моих нервах, – криво усмехнулся Фрэд. – Это раньше из них можно было канаты вить, а после отставки... Лучше не вспоминать.»
– Не боитесь, что с ней что-нибудь случится? – спросил он. – Нельзя отправлять человека на разведку в одиночку. Тем более на чужой планете.
– Так для кого она чужая, а для кого и дом родной, – парировал Кевин. – Однако ты, безусловно, прав. Нельзя. Но сам видишь, лишних людей здесь взять неоткуда. Да и что с ней может случиться? Не в первый раз уже...Если что, позовет на помощь. Ну, а на самый крайний случай предусмотрен радиомаячок на квадроцикле. Отыщем...
Фрэд поставил на столик пустую чашку, встал и подошел к окну.
Гладкая, усеянная щебнем равнина уходила к самому горизонту. Справа и слева ее окаймляли невысокие каменные валы, полузасыпанные бурым марсианским песком. Немного оживляли унылый пейзаж многочисленные валуны самых разнообразных форм и размеров, во множестве разбросанные по ровной поверхности. Отсюда, с высоты, равнина поразительно напоминала борозду или желоб с широким плоским дном.
– Ярданг, – прокомментировал из-за спины неслышно подошедший Кевин. – Старожилы называют эти борозды именно так. Там, восточнее, ближе к Олимпу, их еще несколько штук. И все тянутся параллельно друг другу строго на север, вплоть до Аркадии. Если подумать, интересное образование, в чем-то даже уникальное. Правда, мы на эти красоты уже досыта насмотрелись. Ну, а твоя любовь еще впереди.
Фрэд нахмурился и перевел взгляд ближе к подножию уходящей наклонно вниз черно-белой грани. Там в один ряд выстроились ярко блестевшие металлом цилиндрические сооружения, обратившие на себя внимание во время посадки. Проследив за его взглядом, Кевин сказал:
– Танки. Сюда мы заливаем добытую из недр Марса нефть. В ожидании того момента, когда кто-то вроде тебя придет и заберет ее отсюда.
– Что-то не видно очереди из желающих, – сказал Фрэд. – Неужели столь ценное сырье вдруг стало никому не нужным? Верится с трудом.
– В общем-то, так и есть, – неохотно признал Кевин. – Это поначалу, когда группа Ерофеева открыла уникальное месторождение, все испытали нечто вроде эйфории. Ну как же... Автономия Марса, Большая химия... сырье для пищевых синтезаторов... и так далее и тому подобное. Никто не ожидал, что на мертвой планете возможно существование обычной нефти, по сути ничем не отличающейся от земных аналогов. И что в результате?.. А, даже говорить не хочется... Земля ни с того ни с сего вдруг разом охладела к Внеземелью, полностью прекратив или заморозив существовавшие на тот момент проекты. В том числе здесь, на Марсе. Никакой колонизации так и не случилось...
Он замолчал, угрюмо разглядывая сверкавшие на солнце нефтехранилища.
«Понятно, – подумал Фрэд. – Чего и следовало ожидать. Можно с уверенностью заявить, что я довольно-таки отчетливо представляю себе причины произошедшего. Правда, никогда не думал, что это случится настолько быстро. А дальше будет только хуже.»
– Твоя «Иокогама» для нас как спасение, – продолжил вдруг Кевин. – Танки заполнены на три четверти, и если бы не вы... Наверняка пришлось бы остановить добычу и законсервировать скважину.
«Никакое это не спасение, – Фрэд молча кивнул, не желая окончательно расстраивать начальника буровой, – а всего лишь отсрочка. «Иокогаму» зафрахтовали на один-единственный рейс по причине внезапного срыва поставок сырья для лунных заводов по производству синтетической пищи. А как только восстановят... Вот так-то.»
– Можно узнать, когда твои ребята там, внизу, закончат погрузку? – спросил он. – Я рассчитывал вернуться на «Иокогаму» еще сегодня.
– Сейчас попробуем, – Кевин развернулся и направился в сторону пульта.
Джин, по всей видимости, уже закончила переговоры со столицей, потому что сидела неподвижно, откинувшись на мягкую спинку кресла и расслабленно опустив руки. Наушники с микрофоном снова валялись прямо на клавиатуре. Упрямый оппонент бесследно исчез с главного экрана, а вместо него там красовалась какая-то загадочная диаграмма.
– Как отчет? – спросил Кевин.
Женщина повернула голову и устало произнесла:
– Сдала. Теперь пусть разбираются. Им надолго хватит.
– Вот и отлично, – Кевин с довольным видом потер руки. – А вызови-ка ты мне ангар... Что они там копаются.
– Одну минуту.
Джин пощелкала чем-то на пульте, и на экране тут же возникла горящая рыжим голова Курта Багге.
В ответ на вопрос начальника смены заправщик закатил глаза к потолку, беззвучно пошевелил губами, а затем сказал:
– Больше половины уже залили. Еще минут сорок... возможно, сорок пять, не больше.
– Принято, – ответил Кевин. – Не тяните там...
Курт кивнул и исчез с экрана, а Кевин вернулся к молча наблюдавшему за переговорами пилоту.
– Хорошие ребята, – сказал он, взирая на пустынный ярданг. – Работящие, даром что датчане. Сбежали с Земли после того, как королевство датское влилось в западноевропейский халифат... впрочем, многие коренные европейцы поступили точно так же. В особенности белые. Хотя не все ринулись в Ближнее Внеземелье, большинство отправилось на заработки в страны Юго-Восточной Азии, Австралию, Новую Зеландию... Словом, куда подальше от бьющейся в агонии Европы. И их трудно за это винить, я бы и сам убежал... А Курт и Альвин сначала осели на Меркурии с его металлургическими комбинатами, поработали пару месяцев... что-то там не задалось, после чего они плюнули на все и подались в сторону Марса. Какое-то время перебивались случайными заработками в Лоуэлл-сити, пока не устроились на постоянную должность здесь, на буровой. Оба весьма дорожат своим местом, поэтому изо всех сил стараются выполнить работу как можно более качественно и в срок. Так что, если сказали «сорок минут», значит, так оно и есть. Тянуть не станут.