Драконья Пыль. Проклятие Ирвеона (СИ)

Илам не понимал, что происходит. Хлопал обманчиво наивными глазами. Ну, конечно, зелененький, яркий, как весенний листок. Вот только я не сомневалась, что эта веселенькая зелень вмиг сменится темным, почти черным пламенем со стальным отливом. Темные росчерки нет-нет, да проскальзывали в ауре лесовика. Один из многих, ну конечно.
— Ты — идешь со мной. — Я схватила бинти за закатанный рукав. Тот послушно поднялся, беспомощно глядя на Кота. — Не забудь. — Я подала ему куртку и указала на лежащий на полу посох.
— Эй, ты что задумала? — насторожился Кот, но я шикнула на него и вышла из комнаты, поманив бинти за собой.
***
В воздухе пахло снегом. Природа страдала, и я слышала ее жалостливые всхлипы. Да, так и свихнуться недолго. Я переключила внимание, уселась на порожке, шнуруя сапоги.
— Госпожа, что вы собираетесь делать?
Я поднялась, уставилась ему в глаза.
— Не называй меня так. У меня есть имя. Таира.
Он сглотнул.
— Хорошо. Та… ира. Что вы… ты собираешься делать?
— Нужно больше практики.
Я снова села, похлопала ладонью рядом с собой. Лесовик послушно опустился, сложил руки на коленях, покосился на меня.
Я дошнуровала сапоги, перевела взгляд на небо. В разрывах туч плавали звезды. Где-то всходила луна, но тут, среди сосен ее не было видно.
— Времени еще много. Ночь только началась, — пробормотала я, похлопала себя по плечам. — Эй, мелочь, ты где? Я знаю, что ты тут!
Поначалу, я приняла его за наглого духа, но теперь точно знала, кто тайком пробрался мне в карман.
Комочек темноты выскользнул из моего капюшона, пробежал по рукаву и замер на колене.
— Приветствую, госпожа, — пропищал паучок.
— Еще один, — я закатила глаза, а Илам невольно улыбнулся. Я на секунду задержала на нем взгляд и сама себя одернула. Сегодня ночь только для одной глупости, самой большой и серьезной. — Тебя как зовут, и как тут оказался?
— Ара, госпожа, — заискивающе пискнул паук. — Я сбежал. Арчибальд никогда меня не отпускает, а ведь я уже не маленький!
Выглядел паучок умилительно в своей серьезности. Мы с Иламом переглянулись, и, не сговариваясь, фыркнули от смеха. Паучок надулся, зыркая на нас тремя парами глаз.
— Прости. Конечно, Арчибальд не прав. Ты достойный представитель паучьего братства, — я постаралась сделать серьезное лицо, но губы непроизвольно расплывались в улыбке. — И… Властелин не знает, что ты здесь?
— Нет, госпожа.
— А ты сможешь нам помочь?
— Конечно, госпожа. Я с удовольствием исполню вашу просьбу.
— Но разве это не противоречит вашим правилам? Вы служите только Властелину или его доверенным лицам. Не так ли?
— Все верно. Его Темнейшество одарил вас персональным знаком принадлежности к Темному Двору и обратно его не потребовал. — Паучок перебежал на мою руку и коснулся лапкой кольца. — Не вижу противоречий.
Малыш прав. Арон действительно не упоминал о моих полномочиях.
— Хорошо, дружок, покажи нам короля. Короля Тувосарии, — уточнила я.
Ара послушно засуетился, забегал, вплетая паутину вглубь реальности. Сегодня я видела чуть больше, чем обычно. Белые на фоне темноты нити не обрывались в никуда, продолжались неярким сиянием, будто впивались в ткань ночи. Звенящими и подрагивающими струнами убегали прочь, и исчезали в дали, неподвластной взгляду человеческих глаз.
Экранчик получился совсем маленький, но изображение не уступало в четкости творениям старших братьев паука.
Его Величество сладко дрыхло посреди подушечных гор. Обширная спальня тонула в ночных тенях, только два неярких ночника у изголовья бросали на короля рассеянный голубым шелковым балдахином свет.
В коридоре за дверью спальни клевали носами два стражника в форменных облегченных кирасах и открытых шлемах. Хранители королевского сна беспечно отставили алебарды в сторону: едва ли найдется безумец, способный пробраться в сердце королевства, а вот уронить тяжеленную орясину и перебудить полдворца — плевое дело.
Паучок сменил угол обзора, в конце длинного коридора скучала еще пара стражников. И так, у каждой двери. Да, просто так к Его Величеству в гости не зайдешь. Нет, вы только подумайте! Объявил войну, а сам дрыхнет, как ни в чем не бывало! Впрочем, о чем ему беспокоиться? Захватить Наронетор сейчас, как в магазин за хлебушком сходить. Подумаешь, Властелин какой-то, было бы кого бояться.
 
— Странно, — пробормотал паучок, подергивая ниточки.
— Что не так?
— Не понимаю. У меня не так много опыта, но я пару раз работал с Его Темнейшеством и натыкался на слепые зоны. Похоже, этот замок находится в одной из них. Но, почему-то мы можем видеть все, что там происходит!
— Так это хорошо!
— Нет, госпожа. Это не хорошо. Это странно.
— Сегодня эта странность играет нам на руку.
— Го… Кхм, Таира, так что ты собираешься делать? — Илам завороженно смотрел в экран. Там снова появилось похрапывающее Величество.
— Навестим этого красавчика. — Я всмотрелась в раскрасневшуюся от сна пухлощекую и несколько простоватую царственную физиономию.
Илам перевел взгляд на меня, нахмурился:
— Не хочу быть навязчивым, но напомню: мы в розыске. Не думаю, что за несколько дней о нашем побеге забыли. А в свете последних событий, и подавно, было бы наивно полагать, что нас туда пропустят.
— Не пропустят.
— Так что будем делать?
— Найдем того, кто поможет нам навестить короля, и не нарваться на стражу!
***
Ворон несся по застывшей дороге. Зимняя ночь ссыпалась искрами инея с черной гривы. Я цеплялась за Илама мертвой хваткой, и в который раз поминала и короля, и Темного Властелина недобрым словом. Нет, с драконом путешествовать в разы быстрее и удобнее. Конечно, Ворон сильнее, быстрее и выносливее обычных коней, но седло-то, седло!.. Не завидую я Арону. Ему пришлось страдать гораздо дольше.
  
Глава 26
 
В доме было темно. Если эту лачугу вообще можно назвать домом. Скорее уж сарай. Кособокий, сколоченный из разномастных досок, подобранных на помойке. Единственное окно затягивала мутная пленка. Не похоже, что в лачуге кто-то жил, но Ара ошибиться не мог.
Илам в очередной раз тоскливо покосился на меня, но ничего не сказал. Он молчал, когда мы пробирались по вонючей канализационной трубе, по которой в прошлый раз спешно покидали город с Вилли и Рэнсом. Молчал, но очень выразительно смотрел.
— Что? — не выдержала я.
— Ничего.
— Тогда ломай.
Лесовик вздохнул и для начала просто толкнул дверь. Ему не нравилась моя затея, но раз уж назвался тенью, будь добр следовать по пятам. А мне было не до церемоний. Время убегало слишком быстро. Циферблат в моей голове неумолимо тащил стрелки по кругу, приближая определенный момент. Что это за точка я не понимала, но чувствовала, если не успею сделать, что задумала, все исчезнет. Изредка мне слышался сухой смех ткача. Его забавляло мое неведение и бессознательная тревога. Он-то, зараза, все знал наперед!
— Не заперто, — обрадовался Илам.
— Славно, — я вытащила из кармана баночку с пойманными по дороге светляками, потрясла, выводя духов из спячки. — Ну, пойдем… Ох, ты ж! — Стоило открыть дверь шире, нас накрыло плотной, почти осязаемой волной перегара, с нотками застарелого пота и канализации. — Мы по адресу…
Илам застыл с выпученными глазами, стараясь дышать через рот. Помогало плохо.
Я сжалилась над лесовиком, отдала защитную маску, а сама натянула на нос горловину балахона, еще и рукавом прижала. Иламу руки нужнее, если из темноты на нас кто-нибудь выпрыгнет.
Но никто и не думал прыгать. Даже вездесущие крысы и мохначи обходили лачугу стороной.
Дом состоял всего из одной комнаты, заваленной хламом почти под самый низкий потолок. Мы пробрались по извилистому ущелью в мусорных горах, и нашим взорам предстало вызывающее невольную дрожь и почесывание ложе. Единственный обитатель захламленного домика дрых, едва слышно похрапывая и всхлипывая во сне.