Прислуга в гостинице духов (СИ)
Брат, конечно, был шалопаем еще тем, но так безрассудно он бы никогда не поступил. Больше всего на свете Сашка боялся чем-то расстроить маму, которую очень любил, и даже во всех совершенных проказах всегда признавался сам. Он ни за что не ушел бы, никого не предупредив!
— Ты ему звонила? — вклинилась я в поток маминых воплей.
— Ну, разумеется, звонила! — воскликнула она. — У него мобильник вне зоны доступа, никто из друзей не знает, куда он подевался! А Миша говорит, что Сашка абсолютно точно собирался домой! Ты понимаешь, Юля?! С ним что-то случилось! Да от Миши до нас пять минут идти, а его нет уже полдня!
Надо признать, мама у нас всегда была склонна раньше времени поднимать панику. Но сейчас мне и самой не нравилось то, что происходило. Да, Сашка семилетний мальчишка, которому, при всей его не по-детски развитой ответственности, могло взбрести в голову все, что угодно. Но… моя обострившаяся за последнее время интуиция подсказывала, что опасения мамы небеспочвенны.
— Юля, приезжай! — выдернуло меня из размышлений особо громкое мамино восклицание. — Слышишь?! Прямо сейчас бери и приезжай, иначе я сойду с ума! А с отцом твоим разведусь! Если позвонит тебе, можешь так ему и передать!
— Хорошо, приеду — я понимала, чем чревата моя самовольная отлучка, но сидеть и ничего не делать, не могла. Глянув на часы, вспомнила, когда примерно отбывает следующая электричка и добавила: — К шести буду.
Не став дослушивать, я нажала на кнопку отбоя и, собравшись с мыслями, бросилась к все еще препирающимся сестрам. Мои слова о том, что ухожу, они явно пропустили мимо своих кошачьих ушей, и все, что я получила в ответ — это два мимолетных равнодушных взгляда. Понимая, что большего все равно от них не добьюсь, я побежала прямиком к Кириллу, но в кабинете его не оказалось. Семенящий мимо дух-помощник сообщил, что он отбыл час назад, оставив Большой Дом на попечение Котика. К последнему я и направилась и, к моему облегчению, дух-хранитель находился в своей вечной обители. Вкратце обрисовав ему ситуацию, я попросила передать все Кириллу с Германом и, получив утвердительное «мяу», сопровождаемое величественным взмахом хвоста, побежала собираться.
Много времени сборы не заняли, так как я собиралась ехать ненадолго и налегке. Побросав в рюкзак самые необходимые вещи, несколько минут потратила на поиск ключей, которые в последний раз доставала невесть когда. Они обнаружились на дне сумочки, которую я носила очень редко, а в последний раз брала, кажется, на свидание с Димой. Пришлось вытрясти уйму мелких и не очень нужных вещиц, прежде чем обнаружились ключики от родного дома.
Отправив в мусор пару невнятных помятых листков и браслет из клуба, я на ходу надела куртку, закинула на плечо рюкзак и выбежала из комнаты. Пулей спустилась на первый этаж, мельком отметила, что у Олега, видимо, сегодня выходной, а новых посетителей не ожидается, и выбежала во двор.
Я уже почти вышла за пределы гостиницы, когда едва не столкнулась с идущим мне навстречу Тэйроном.
— Куда спешишь? — неожиданно остановил он меня вопросом.
Сперва я хотела отмахнуться, но потом подумала, что его предупредить тоже не помешает. Так, на всякий случай.
— У меня дома неприятности, — сообщила, притормозив. — Нужно срочно ехать.
К моему удивлению, заклинатель уточнил:
— Что случилось?
— Младший брат пропал, — с ответом я долго не колебалась. — Извините, я опаздываю.
Злосчастная электричка до поселка ходила всего два раза в день, и последняя отбывала уже через полчаса, а мне предстояло пересечь фактически весь город.
На этот раз я успела сделать несколько шагов, когда меня настигло знакомое золотистое сияние вместе с голосом заклинателя духов:
— Я перенесу тебя, куда скажешь.
В следующий момент мне пришлось второй раз в жизни видеть светящиеся круги, образующие своего рода тоннель. «Портал», — как я мысленно окрестила это магическое чудо.
Насколько помощь Тэйрона была неожиданной, настолько она пришлась кстати. Наверное, впервые за все время мне не захотелось с ним спорить, да и вообще привычная неприязнь к нему сменилась огромной и искренней человеческой благодарностью.
Причины его альтруизма в этот момент волновали меня не слишком и, бросив короткое «спасибо», я назвала адрес, после чего свет стал ярче, и я шагнула прямо в него.
Хотя и знала, что окажусь в родных, знакомых с детства окрестностях, резкая смена обстановки все равно произвела впечатление, и я на несколько мгновений оторопела. Под ногами появился пестрящий выбоинами асфальт, который пытались заделывать каждое лето, но к зиме приложенные усилия всякий раз сходили на нет. Неподалеку расположился продуктовый магазин, за которым в десяти минут ходьбы находилась школа, а по обеим сторонам дороги возвышались дома: какие-то совсем старые, преимущественно принадлежащие бабушкам-пенсионеркам, а какие-то поновее. Из общей картины выбивалось только несколько солидных коттеджей, куда хозяева наведывались в основном по выходным.
Сориентировавшись, я уже вознамерилась идти к своему дому, как вдруг обнаружила, что в Тэйрон перенесся в поселок вместе со мной.
— Ты, кажется, спешила, — ответил он на мой вопросительный взгляд.
Что-то в его интонации показалось мне странным — возникло ощущение, будто заклинатель напряжен и чем-то обеспокоен. Мне хотелось остановиться на этом моменте, расспросить его, или вообще сделать вид, что ушла, и попытаться за ним проследить, чтобы понять, наконец, что творится у этого непостижимого человека в голове, но он был прав: я действительно спешила. Хотя и обещала приехать только к шести часам, за Сашку переживала жутко, да и за склонную к истерикам маму — тоже.
Еще не дойдя до порога, я слышала доносящиеся из дома причитания. Судя по всему, к нам пришла живущая по соседству бабушка, что совсем неудивительно. Оказавшись внутри, я увидела, что, помимо бабушки, маму утешает еще и тетя Света — ее лучшая подруга, которая первой заметила мой приход.
— Ой! — вместо приветствия выдала она. — Юлька? А ты как так быстро доехала?
-Приятель подбросил, — почти не соврала я, понимая, что за такое время могла прибыть в поселок могла разве что на самолете.
К счастью, заострять внимания на этом факте никто не стал, благо других забот хватало. Обнявшись с родными, я первым делом спросила, не произошло ли чего нового за минувший час, и какие действия были предприняты для поиска братишки. Со слов мамы, некоторые местные мужчины объединили усилия и сейчас прочесывали лес, а обращение к участковому никаких результатов не дало: официально поисками должны заняться через три дня, если к тому времени ребенок не найдется.
— Три дня! — воскликнула мама. — Что у них там за законы?! У меня сын пропал, а им по уставу искать не положено!
Присоединяться к истерическим метаниям я не планировала, как и задерживаться дома. Чем сидеть без дела и жаловаться, решила пойти к Мише и поговорить с ним. Конечно, мама сделала это еще утром, но интуиция подсказывала, что мне лучший Сашкин друг может рассказать больше, чем ей. И если он вдруг о чем-то умолчал, я обязательно об этом узнаю.
Как назло, нехорошее предчувствие все возрастало, и сдерживать эмоции становилось все сложнее. Сашка был моим самым дорогим в мире человеком… его я любила, наверное, даже больше родителей. Мой младший брат — этот светловолосый, немного шкодливый и крайне обаятельный мальчишка был слишком дорог моему сердцу, чтобы допустить даже мысль о том, что с ним произошло нечто нехорошее. И все же такая мысль настойчиво меня преследовала.
Папа Миши оказался в числе тех, кто ушел прочесывать лес, так что дверь мне открыла его мама. Выразив сочувствие и без перехода постаравшись приободрить, она проводила меня в комнату сына, где тот восседал на кровати, угрюмо уставившись в телефон.
При моем появлении он оторвался от своего занятия и поднял на меня несчастное, зареванное лицо. В общей сложности наш разговор не продлился долго и ничего нового узнать мне не удалось… вернее, так я думала. Не знаю, почему всегда так происходит, но по-настоящему важные вещи мы открываем именно в тот момент, когда теряем всякую надежду.