Прислуга в гостинице духов (СИ)
Когда все ступени заняли свои места, я вновь взяла свой инвентарь и с опаской стала спускаться вниз. Казалось, что лестница в любой момент возьмет, да и исчезнет, предоставив мне не идти, а на всех парах лететь вниз.
Как и в прошлый раз, сквозь витражные окна проникали солнечные лучи, благодаря цветному стеклу становящиеся такими же разноцветными. Под ними виднелась витающая в воздухе пыль, жить которой осталось совсем недолго. Решив, что от меня не убудет, я протерла и эти окна, и даже лестницу — хотя, возможно, в том не было никакого смысла.
Много времени это не заняло, и вскоре я вновь шла по направлению библиотеки. Оказавшись на первом этаже, я вышла в сад, который здесь со всех сторон был огорожен стенами. Он представлял собой совсем небольшой участок земли, заросший невысокой травкой. В центре имелся фонтан со скульптурой в виде девушки с кувшином, а так же несколько пышно цветущих кустов и каменная скамейка. А еще, с интересом осмотревшись, я заметила разбросанные между кустов «скворечники», похожие на те, в каких обитали банницы.
Мне в очередной раз пришлось убедиться в том, что Большой Дом — место своеобразное не только благодаря своему назначению, но и архитектуре. Насколько я уже знала, главная библиотека располагалась недалеко от ресторана, была оснащена новыми компьютерами и имела большой ассортимент книг на любой вкус. А вот в ту, куда шла я, можно было попасть только таким изощренным способом. Для чего нужны такие сложности, я решительно не понимала, но подозревала, что создали их, скорее всего, даже не духи, а первые хозяева, отстроившие этот дом. Известно ведь, что многие аристократы отличались любовью к тайным ходам…
Библиотека оказалась не слишком большой и вполне уютной… вернее, была бы вполне уютной, не будь она такой грязной! Вот тут-то я и поняла, почему госпожа Санли отправляла меня сюда с такой милой, совершенно не сочетающейся с маниакальным блеском глаз улыбочкой!
С потолков свисали противные нити паутины, опутывающей еще и все без исключения углы. Гнездились пауки и на широких подоконниках, и на ажурной люстре, и на книжных полках, и даже между ножек кресел и стола. Вездесущая пыль покрывала все те же полки, устилала пол аки свежевыпавший снег и, как только я вошла, заставила тут же чихнуть.
Ну вот же… духи!
Решив не терять энтузиазма, я закатала рукава и с воинственным настроем приступила к делу.
Значится, госпоже Санли мой цвет волос не угодил, да? Невзлюбила она меня, да? Думает, жаловаться начну, да?
А вот и нет, дудки! Пускай работенка не самая приятная, пускай порой не из легких, но зато она связана с самым настоящим волшебством, и я от нее откажусь разве что под угрозой смерти! И то, еще подумаю.
Когда ты научился видеть чудеса, отказаться от них — все равно, что перестать жить.
По совету Алены, воду я набирала прямо из фонтана, а грязную выливала на клумбы. Повезло хотя бы с тем, что помещение было небольшое, и фронт работы размером не пугал. Впрочем, уборка все равно отняла около пяти часов, учитывая, сколько всего пришлось перемыть, переложить и отсортировать. Многие книги безбожно валялись в неподходящих местах, и значительную часть времени я расставляла их по полкам. К слову, по большей части в библиотеке были представлены образцы зарубежной и отечественной классики. Мне попадались сборники стихов Пушкина, Лермонтова и Есенина. Труды Толстого и Гете, Достоевского и Ницше, но чаще всего встречался, пожалуй, Гоголь. Сборников его произведений в этой библиотеке имелась целая коллекция, под которую была отведена отдельная секция! Кажется, я даже догадывалась, почему такая привилегия выпала на долю именно этого, имеющего склонности к мистике писателя.
Я уже почти закончила с уборкой, когда внезапно услышала позади себя какой-то шорох. Вместе с ним пришло ощущение постороннего присутствия и прикованного ко мне взгляда. Круто обернувшись, я наткнулась на стоящего совсем рядом Ная, прищуренные, как будто грозовые глаза которого не предвещали ничего хорошего.
Глава тринадцатая, в которой Большой Дом открывает некоторые свои секреты
Когда подумала, что сейчас столкнусь с неизбежными неприятностями, я не прогадала. В общем и целом, сам факт появления духа желания можно было назвать самой сутью неприятностей, причем с большой буквы.
Синие глаза потемнели и сейчас действительно напоминали грозовое небо, с которого, того и гляди, низвергнутся молнии.
— Где ты его достала? — адресовался мне вопрос, произнесенный, впрочем, вполне миролюбиво.
— Достала кого? — не обманувшись интонацией, уточнила я.
— Редкий ловец снов.
И взгляд тако-о-ой выразительный, тако-о-ой пронзительный, что, кажется, пара молний все-таки блеснула, и даже прогремел гром.
Не посчитав себя обязанной отвечать, я деланно непринужденно обвела взглядом библиотеку, убедилась, что та блистает чистотой и, обогнув Ная, прошествовала к выходу. Как и ожидалась, просто так уйти мне не удалось и, не успела я моргнуть, как дух появился у меня на пути, загородив дверной проем.
Только я собралась возмутиться, как услышала от него неожиданно покаянное:
— Прости, карамелька, я не хотел тебя испугать. Но мне было так радостно иметь возможность создавать для тебя прекрасные сны, видеть тебя хотя бы ночью, что появление у тебя ловца крайне меня расстроило.
Он говорил мягко, вкрадчиво, бархатистый голос обволакивал, стремился лишить воли и приковать внимание к гипнотизирующим синим глазам. Какая-то часть меня понимала, что он играет, использует свою силу очарования, и старалась этому противиться. Но была и другая — которая тоже понимала, но сопротивляться не хотела совершенно. Хотя, пожалуй, имелась еще и третья — наивно верящая, что дух искренен.
Помотав головой, отгоняя наваждение, я зацепилась за царапнувшую слух фразу. Как-то внезапно, словно по щелчку пальцев, мне вдруг стала понятная одна вещь. Най сказал «хотя бы ночью», потому что он и правда появлялся рядом только в ночное время. Олег поселил его в Большом Доме, но свое нахождение здесь дух желания никогда не афишировал. Даже сейчас он появился лишь потому, что я пришла в почти заброшенную, пустынную библиотеку. С чем это связано? Ответ очевиден.
Мысленно обрадовавшись, я с такой же вкрадчивой улыбкой предложила:
— Най, а почему бы нам прямо сейчас не заглянуть в гостиничный ресторанчик? Мне бы очень хотелось разделить с тобой ужин. Не сомневаюсь, Вилли с удовольствием приготовит для нас что-нибудь вкусное пораньше, а духи-помощники накроют стол.
— Разве твой рабочий день уже окончен? — склонившись ко мне и намотав на палец карамельную прядь, проговорил Най.
— Не совсем, — не стирая обворожительной улыбки, ответила я. — Но думаю, госпожа Санли не откажет в маленькой просьбе отпустить меня пораньше. Ты ведь попросишь за меня, правда?
Дух желания ничем не выдал своих эмоций — выражение его лица осталось прежним, но все же я заметила, как на считанные доли секунды его глаза изменили цвет. Интуитивно стало понятно, что такие изменения вызваны… страхом. Паническим.
Меня это неожиданно развеселило. Просто стоило вспомнить о рассказе Аленки и подкрепить его моим буйным воображением, как губы сами собой расплылись в улыбке уже не обворожительной, а самой что ни на есть довольной.
Это же надо, знаменитый дух желания боится нашей рыжей чумы!
— Не думаю, что это хорошая идея, — тем временем выдохнул Най, дыхание которого защекотало мою щеку. — В ресторане слишком много посторонних глаз. Не хочешь ли поужинать в более приятной обстановке? Наедине… со мной…
Спроси меня кто-нибудь, что произошло в этот момент, с ответом я бы не нашлась. В сознании успели промелькнуть слова Ная о том, что прежде он не использовал и толику своих возможностей, прежде чем моя голова наполнилась туманом. Вязким, обволакивающим, отдающим синевой — той же, какой светились глаза, неотрывно смотрящие в мои.
Меня накрыло такой шальной волной энергии, какая буквально выбила почву из-под ног. Глядя в те самые глаза, я уже не помнила, кто я, где я, в обществе кого нахожусь. Все, чего хотела — это раствориться в них, принадлежащих самому невероятному, самому потрясающему мужчине всех миров.