Судьба вора (СИ)
Он дал Андрею сутки на разрешение проблемы. Что ж, в текущих обстоятельствах это даже много…
* * *Лариса прожила в Москве всю свою жизнь, но никогда не видела похожее на то, что сейчас творится на улицах.
И слово «паника» весьма слабо могло охарактеризовать окружающее.
Гигантские пробки сковали город. Работа метро и общественного транспорта оказалась парализована. Огромное количество паникующих людей мечтало поскорее убраться из города. Москвичи были напуганные самыми невероятными слухами в Сети и по ТВ. Официальных заявлений от властей не было — лишь приказ покинуть столицу. Полиция и Росгвардия безуспешно пытались навести в этом бедламе хоть какое-то подобие порядка, но это удалось сделать, только когда на улицах появилась военная техника. Да и то — далеко не во всех районах По сути хоть как-то работали лишь основные магистрали, ведущие из города. В остальном… Всё было очень плохо.
И при всём этом ещё оставались те, кто не собирался покидать Москву. В основном — мародёры, что сейчас грабили магазины, торговые центры и опустевшие квартиры.
Рыжая искренне считала их идиотами.
Как только девушка почувствовала и увидела, что происходит, тут же поняла — надо бежать, и бежать как можно дальше. К сожалению, она не могла так поступить. Поэтому позвонила начальнику своего отдела сразу, как только ощутила мощный выплеск энергии. Лариса получила приказ явиться в ОТС-1 и ждать дальнейших распоряжений.
Вторым звонком она велела своим родителям уезжать из города. Они не спорили, и успели покинуть Москву до того, как объявили массовую эвакуацию.
А теперь всё напоминало муравейник, в который кто-то засунул горящую палку.
Лариса была плоть от плоти Детей Перуна с самого детства, поэтому ей и в голову не пришло оспаривать приказы Разумовского и его решения. Она в них не сомневалась, поэтому после собрания в Москва-Сити приняла самое деятельное участие в эвакуации.
Несколько часов назад её отряд получил задание вывезти из штаб-квартиры клана десяток контейнеров с мощными артефактами. Для этого использовали два вертолёта, и во время перевозки маршрут рыжей скорректировало начальство. Они велели девушке забрать последних наблюдателей за каналом в районе Пушкино.
Этот провал разрушался медленнее прочих, и именно поэтому возле него до последнего оставались колдуны. Они считывали информацию и замеряли скорость распада энергоконтура.
Лариса велела пилоту приземляться прямо на лужайке рядом с одним из многоэтажных зданий. Не останавливая винты, они дожидались, пока к ним доберутся наблюдатели. Рыжая только что с ними говорила, и ничего не предвещало беды.
Пока девушка снова не почувствовала мощный энергетический всплеск.
Он не был похож на тот, который разнёс Одинцово, но…
Она увидела, как из-за десятиэтажки выскакивает один из наблюдателей и с перекошенным от ужаса лицом несётся к ней. Второй появился через секунду после своего товарища но тут же исчез, сметённый подвижными клубами тьмы, возникшими следом за ними.
Эти клубы зацепили здание, снеся изрядные его кусок, а первый беглец припустил ещё быстрее.
— Мать честная, мы тут и подохнем, Лара! Надо взлетать!
— Ждём! — рявкнула рыжая.
— Ох ну и за что нам всё это! — выпучив глаза, пробормотал пилот.
Он, как и Лариса, видел, что за наблюдателями неслась не просто клубящаяся тьма. Это было нечто иное.
Нечто, очень похожее на человека, но изменённое тлетворным влиянием Нави.
У рыжей мелькнула мысль, что когда-то эта сущность, возможна, была колдуном. Она не напоминала тварей из-за Изнанки, которых доводилось видеть Ларисе. Не вживую, разумеется, на записях и иллюстрациях в атласах, но тем не менее…
Человеческие формы всё ещё проглядывались за какими-то хитиновыми кожухами и кристаллическими наростами. Руки, неестественно удлиненные, заканчивались суставчатыми пальцами, ноги — неестественно огромными ступнями, напоминающими слоновьи. Из перламутрового туловища торчали несколько лиц, и они постоянно меняли своё положение. Местами из тела вырывались щупальца тьмы, а лица разглядеть было совершенно невозможно из-за массивного кожуха-клюва, тянущегося вниз.
И вся эта сущность парила в воздухе, окружённая первозданной тьмой…
Тварь выбросила руку вперёд. Удлинившиеся пальцы «выстрелили», пронзая почти успевшего добежать до вертолёта мага. Он вскинул руки, из пробитой груди брызнула кровь. Преследователь без труда поднял тело и отшвырнул его в сторону.
— Взлетаем, взлетаем! — крикнула побледневшая Лариса, но пилот и без её команды уже пытался это сделать.
И ведь ему почти удалось. Вертолёт успел подняться метров на десять, прежде чем его, также легко как человеческое тело, пронзили пальцы сущности. Они были прочнее любого металла и пластичнее любого соединения, придуманного землянами, поэтому без труда вцепились в вертушку и рванули её на себя.
Всё это произошло так быстро и неожиданно, что Лариса даже опомниться не успела, не то что пристегнуться ремнём безопасности. Сразу после удара левую дверь сорвало и девушка, не удержавшись, рухнула вниз.
Она не разбилась — сработал амулет, один из те, что выдавали всем боевикам клана. Он предохранял от падений с большой высоты, и сейчас пришёлся как нельзя кстати. Оказавшись на земле, рыжая тут же рванула в противоположную от твари сторону. С таким противником ей точно не справиться.
Позади слышался скрежет, грохот, крики. А затем колдунья ощутила ещё один энергетический всплеск и поняла, что канал разрушился — как и три предыдущих. И среди всего этого шума, грозота и паники Лариса (она была готова поклясться чем угодно, что это так) услышала голос.
Не какой-то определённый. Не чей-то конкретный. Сплав сотен, может даже тысяч голосов, догнавших её в спину, был ужасен, и заставил девушку, которая никогда не боялась схлестнуться в схватке с более сильным соперником, побежать ещё быстрее.
— Где ты, вор? Я вернулся! ГДЕ ТЫ?!
За спиной Ларисы раздался взрыв и она, всё же не удержавшись, оглянулась. Десятиэтажка складывалась, образовывая огромное пылевое облако. Из него были молнии, а реальность вокруг, словно разбивающееся в замедленной съёмке стекло, расползалась на части, исчезая в тёмном ничто…
Глава 11
Мы покинули пределы Челябинска. Широкая, асфальтовая дорога, опоясывающая город, закончилась довольно быстро. Свернув с неё на юг, оборотень какое-то время ехал мимо небольших деревень и посёлков и ничего не говорил.
Мы с фэйри тоже молчали, пялясь в окно на мелькающий пейзаж. Вот уж не думал, что меня можно пронять красотой природы российской глубинки, но… После всего, через что довелось пройти, пейзажи за стёклами внедорожника вселяли в меня какое-то умиротворение. Бескрайние поля, засеянные пшеницей, кукурузой и подсолнечником, смешанные леса и озёра — всё это будто кричало, что есть и другой мир, помимо того, в котором мне довелось оказаться. Никакой магии, никаких кланов, интриг, побегов, стычек. Никаких технологий — только чистая природа, прекрасная в своей летней красоте.
Усеянные маленькими жёлтыми цветами поляны вдоль просёлочной дороги, сменившей асфальт, стройные ряды сосен, необычный, бело-алый берег небольшого озерца — наблюдая за всем этим я не заметил, как задремал, и очнулся только когда Григорий несильно ткнул меня в плечо.
— Приехали, — сказал он, когда я протёр глаза.
Мы оказались в небольшой и, судя по всему, заброшенной деревеньке. Да даже деревенькой это назвать было нельзя. Так, какой-то хутор. Оглядевшись, я насчитал всего четыре двора посреди заросшего высоченной травой поля, и несколько почерневших от времени деревянных сараев. Все строения были покосившимися, с выбитыми стёклами, развалившимися заборами, сгнившими крышами и болтающимися на петлях дверями и ставнями.
Все — кроме одного. Того, возле которого мы и остановились.
— Это то место?