Сильная и независимая (СИ)
Луи задумался. Потом столкнул Веру с колен и принялся мерять шагами камеру.
— Ну да. Спать ты с ним не хочешь, меня нет. Ну брови ему выщипли, что ли. Или дракона нарисуй.
— Думаешь, он согласится? — усомнилась Вера, решив не тревожить молодого мага и не рассказывать про нюансы контракта и договоренность с Ресскином.
— Если там же, где и мне — ещё как. Ты ведь сама должна понимать, что он тебя под свой вкус выбирал.
— Время вышло, — постучал в двери Вальтер. — Прощайтесь.
Вера прищурилась
Вальтер её напугал своим предложением, поэтому она решилась. Шагнула к Луи, повисла на его плечах:
— Поцелуй меня понарошку, а то этот, кажется, глаз на меня положил.
— Бывает, — ухмыльнулся Луи, а потом поцеловал её в губы, но по-настоящему, по-взрослому: раздвигая языком губы, скользя руками по спине.
Вера замычала возмущённо, принялась вырываться. Отпустил.
— С ума сошел? — прошипела она возмущённо.
— Ага, — согласился Луи. — А тебе что, не понравилось?
— Я… не знаю.
— Вера, я жду, — напомнил из-за дверей Вальтер.
Вера растерянно посмотрела на Луи:
— Тебе что-то нужно?
— Бумагу и перья. Буду готовиться к экзаменам в университет.
— Хорошо, я попробую.
Она вышла, облизывая губы. Ситуация ей совершенно не нравилась. То ни одного мужчины, то сразу три — потому что поцелуй Луи был далеко не дружественный. Что она делает не так? Из всех троих авансы она давала только Вальтеру, и то — не рассчитывая на продолжение. Ну и Кайлу… потому что он красавчик. Ох, ну и немного Луи — когда змею рисовала. Короче, Вер, все с тобой ясно. Вот такая ты коварная соблазнительница.
А может, просто мужики здесь дикие, оголодавшие. Ну в самом деле — свободных женщин в этом мире просто нет. Или женись, или ходи в бордель, причём первое отнюдь не исключает второго. Вот чтобы просто флирт — это редкость. Хотя знаете, у того же Ресскина любовница была. Так что черт, вернее, Шхер его знает, почему он на Веру голодными глазами смотрит. То есть Вера прекрасно понимала, почему — она красивая. И умная. И наглая — ну, в сравнении с местными барышнями. Даже Сандра, бывшая метресса, по сравнению с ней трепетная фиалка.
Глава 20. Ужин под присмотром
— Вы удовлетворены? — довольно спокойно, хоть и грустно спросил Вальтер Веру.
— Не то, чтобы совсем удовлетворена… — хитро улыбнулась она. — Времени, понимаете ли, было мало. И обстановка такая… мрачненькая.
Она откровенно рисковала. Знала: был бы на месте сержанта Кайл — он бы нашел, что ответить. И что предложить. Но Вальтер — совсем не Кайл, он то ли не понял, то ли предпочел сделать вид, что не заметил двусмысленности.
— Вы меня обижаете, Вера, — покачал головой полицейский. — Господину Ресскину обеспечили всё самое лучшее. Или вы думаете, у нас в каждой камере ковры? Или каждый бродяга может заказать себе ужин из ресторана?
— Так это не за ваш счет, — отмахнулась девушка. — Кайл оплачивает.
— Неважно. Всё равно — к Луису Ресскину особое отношение.
— Потому что он невиновен.
— Возможно, и так.
Вера подскочила на сидении, наклонилась вперед, заглядывая в лицо Вальтеру, ухватила его за рукав.
— Вы со мной согласны?
— Я только сказал, что его вина не доказана, — уклончиво ответил мужчина. — Вера, я заказал нам столик в «Майской розе». Это очень уютный ресторан, надеюсь, вам понравится.
Роза так роза, хотя погода была совсем не майская. И настроение, признаться, отчего-то испортилось. Хотя следовало признать — в таких ресторанах Вера бывала не часто. Второй раз всего. Первый был с Кайлом. Здание «Майской розы» было в центре города, с большими прозрачным окнами и нарочито скромной вывеской. Вокруг него был широкий двор с фонтаном. Наверное, летом здесь ставят столы.
В прошлой жизни ей бы и в голову не пришло даже задуматься о том, чтобы зайти в такое место. Сама она здесь даже не могла бы оплатить стакан воды, то есть могла, конечно — ценой месячной зарплаты, а то и больше. В общем, нет — лучше уж Макдональдс или суши-бар. В крайнем случае, если уж очень хотелось шикануть — можно выпить кофе с круассаном на летней веранде кафетерия.
А теперь вот второй раз за несколько дней ее приводит в ресторан мужчина, причем красивый и, наверное, богатый. Кстати, если с Кайлом всё понятно, то достаточно ли зарабатывают полицейские в Риммии?
— Вальтер, — Вера осторожно дотронулась до рукава своего спутника. — Простите меня, пожалуйста, но мне кажется, этот ресторан слишком уж пафосный.
— Какой-какой?
— Не для метресс. Слишком высокое тут общество. Нет, я не сомневаюсь, что нас пустят… Но не будет ли это ударом по вашей карьере? Ну и вообще… дорого.
Последнее вырвалось у нее совершенно непроизвольно, она не собиралась вот так ставить его в неловкое положение.
— Это общественное место, — сухо заявил сержант Орнс. — Не думаю, что тут мы кому-то помешаем.
Ах, все же он пытается ей пустить пыль в глаза!
Зал ресторана был небольшой и уютный. Столиков было совсем немного — не больше десятка. В углу тихо и очень красиво играет маленький оркестр — всего четыре человека. На полу вазы с розами, под потолком — хрустальная люстра. Кажется, газовая. Ее света вполне хватало, чтобы каждый посетитель был отлично виден. В том числе и сидящий за угловым столиком Кайл Ресскин.
Вальтер свистяще выругался сквозь зубы, но планы свои не изменил. Наверное, здесь не так-то просто было забронировать столик. Во всяком случае, свободный был только один — и именно к нему их провел красивый юноша в снежно-белом костюме.
Вальтер отодвинул Вере стул, подал меню и сам заглянул в свой экземпляр. Показалось ли Вере, или он немного побледнел. Вера на всякий случай меню положила на стол и невинно улыбнулась.
— Мне на ваш вкус, пожалуйста. Можно просто чай с пирожным, я не голодна.
Юноша в белом поставил на стол пыльную бутылку вина, улыбнулся одними губами и сообщил:
— Подарок от господина за угловым столиком.
Вальтер побагровел. Он был почти блондин, светловолосый, светлокожий — и его возмущенный румянец был отлично виден. Вера обернулась: Кайл лениво махнул рукой и отвернулся.
Официант ловко открыл бутылку и разлил по бокалам золотистое, пахнувшее виноградом и чем-то цветочным, вино. Вера нервно пригубила и блаженно вздохнула — такой вкуснятины она еще не пробовала.
— Шаргийское цветочное, двадцатилетней выдержки, — сообщил официант.
Вальтер громко скрипнул зубами: вино явно было баснословно дорогое. Он такое заказать себе позволить не мог. Но теперь он не мог и ограничиться чаем и пирожным — к такому вину требовалось достойное блюдо.
— Вы любите рыбу, Вера?
— Очень люблю.
— Тогда попробуйте морской язык с белым соусом. И к нему…
— Какие-нибудь овощи, — быстро попросила Вера.
— Да, это будет уместно.
Себе он заказал то же самое.
Кайлу же тем временем принесли целый поднос снеди: и суп, и мясо, и еще что-то, похожее на рис. И десерт — огромный и очень красивый кусок торта, украшенный самой настоящей клубникой — это в конце зимы-то! И кофе — запах кофе Вера уловила мгновенно, и рот наполнился слюной. Она любила кофе со страшной силой.
— Так вы считаете, что Луис не виновен? — спросила она Вальтера, пытаясь отвлечься от клубники и кофе.