Гувернантка для чудовища (СИ)

Это не педагогично. Я знаю. Просто.
Я, наверное, слишком устала. Как -то всё разом навалилось. Братья Пфайферы с лучшими оранжереями столицы, к которым меня теперь и на метр не подпустят! Рухнувшие мечты
- и о блестящей практике, и о конкурсе. Потом эта страшная новость, от которой до сих пор щемит сердце - лучший друг в опасности. Смертельной опасности, а времени мало!
И вот я уже еду в глушь, подальше от столицы, в которую некогда так рвалась душа. Снова навевающие тоску поля и прочее не вдохновляющее «очарование» провинции. Воспоминания о наших «тёплых» отношениях с милордом Ройсбургом. Легенды об этом самом милорде - одна страшнее другой! Тайна поместья. Клятва...
И после всего этого - милый, почти семейный ужин с женщиной, которая не ждёт ни моего провала, ни моего позора, как сокурсницы и не вздыхает мне вслед (такая способная, трудолюбивая девочка - жаль, что безродная...), как преподаватели, а просто искренне рада моему приезду. Глаза ребёнка. Прекрасный, огромный, красивый и ухоженный сад - ну как не ошалеть от впечатлений после всех этих передряг?
Знай я, что милорд чёрной тенью в башенке особняка любуется на наши с Лиззи дурачества, вела бы себя по-другому, но что уж теперь?
Итак, мы с моей воспитанницей хохотали и валялись в траве. Вместо того, чтобы следить за внешним видом маленькой леди, я сама растрепалась и испачкалась в земле. Куда это годится?
- Пойдём в оранжереи, - решительно заявила Лиззи, окинув нас обеих критическим взглядом. - Потом скажем, что занимались растениями, увлеклись, и нужно переодеться! Но занятие, скажем, было очень это. Как его.
- Продуктивным и познавательным, - закончила я за неё, уже чуть не плача.
Замечательно! Я валяюсь в траве, а моя подопечная придумывает, как бы объяснить старшим, почему у её горе-гувернантки такой чудный вид? Нет. Это уже просто никуда не годится!
- Вставай, - я подобралась, отряхнула себя и девочку, как могла, пригладила нам обеим выбившиеся локоны, встала, взяла ребёнка за руку, и очень важным голосом громко произнесла. - Ну, Лиззи? Ты, кажется, хотела показать мне оранжереи в вашем саду, не так ли?
- Совершенно верно, госпожа. э -э-э.
- Аби, - шепнула я ей.
- Госпожа Аби, - Лиззи выпрямила спину. - Сюда, пожалуйста!
Оранжереи в саду милорда Ройсбурга были роскошны. Здесь было всё, чтобы пройти полный академический курс, и даже более того. Огромная коллекция лекарственных трав
- саженцы разбиты на сектора, включая иномирские образцы. Рядом - пруд с водорослями - вода зачарована так, чтобы каждому растению было комфортно - такого я не видела никогда!
- Здесь живут круанские поющие лягушки, бархатные коралловые жабы (выглядят отвратительно, но они уничтожают голубого рачка, а он очень вредит пятнистым лилиям!). Золотые водомерки, а ещё у нас тут.
- А водомерки - знаешь, почему их так много?
- Без них погибнет голубая кувшинка, - ответила Лиззи, даже не подозревая, что я её экзаменую. - Они лапками разгоняют семена водяной бурой чпахи.
- Прекрасно, - кивнула я. - А зачем их необходимо разгонять?
- Зачем? - Лиззи остановилась и нахмурилась.
- Собираясь вместе, семена от трения выпускают газ - не ядовитый для магов и людей, но для нашей капризной голубой красавицы это верная смерть. Посмотри, мало того, что в пруду толпы золотых водомерок, кувшинки посажены далеко от чпахи.
- Вижу, - кивнула Лиззи. - Зачем эта чпаха вообще нужна?
- Если ей пренебречь при создании водоёма, в пруду заведётся тьма растений и насекомых, что уничтожат редкие растения. А чпаха, как я уже говорила - ядовитая. С её помощью мы контролируем этот процесс. Ты хотела мне что-то сказать?
- Да! Здесь живёт белая выдра. Её зовут Хлоя!
- Беля выдра? Не может быть!
Белая выдра - очень редкий вид. Зверёк этот магический - что-то вроде духа-хранителя водоёма, и заполучить его очень непросто. Сколько стоит такое удовольствие, я даже представить боюсь...
- Хлоя показывается только тогда, когда хочет, - вздохнула Лиззи. - Но знаешь. Она всегда приплывает, когда мне грустно!
 
- Это верный признак того, что с твоей магией всё в порядке, - улыбнулась я, обняла девочку, и мы отправились осматривать павильон с цветами.
Я с удовольствием отметила, что знала Лиззи не так уж и мало. Сегодня вечером без труда распишу план занятий. Уверена, милорд будет доволен, если же нет - я смогу обосновать свою точку зрения.
Оранжереи были богатыми, но. Если честно, мне хотелось чего -нибудь редкого. Такого, чего я ещё.
Я застыла, потому что Лиззи привела меня к очень странной оранжерее.
- Что это? - спросила я, рассматривая. ночь за стеклом.
Честное слово - там была ночь! Под стеклянным куполом - звёзды. Луна. Удивительная магия.
- Это артефакт, - пояснила Лиззи. - Кристалл изображает луну. Нужно специальное заклинание, но папа меня не научил. Только про растения, которые живут лишь при лунном свете, рассказывал.
У меня перехватило дыхание. Я ни разу о таком не слышала! Я - выпускница Академии! Пять лет не вылезала из библиотек, и ни разу о таких растениях не слышала. Как это только при лунном свете? Разве существуют миры, где всегда ночь?
- И. что это за растения? - не отрывая взгляда от темноты за стеклом, сжала детскую ладошку.
Я тебе всё сейчас покажу! - пообещали мне. - Вот только.
- Что?
- Ключ-артефакт остался в доме... А туда так далеко идти. Может, завтра?
Завтра? Я доживу до завтра? Нет, надо что-то делать. Я слишком молода, чтобы умереть от любопытства! Что у нас тут с защитой? Серьёзно, но решаемо.
- Ладно, Лиззи. Не надо возвращаться. Отойди, я сломаю защиту.
Я уже занесла руку над замком, как вдруг мне показалось.
- Лиззи? А тебе разрешено посещать эту оранжерею?
- Конечно! Папа повесил артефакт, открывающий защиту, на шнурок, чтобы я не потеряла! Но я. Госпожа Фейр переодела меня к обеду в честь вашего приезда наряднее обычного. Кулон остался в кармане передника.
- Хорошо. Тогда всё в порядке. Отойди на всякий случай к тем белым розам.
БАМ!
- Прочь! - лечу к розам - перепуганная Лиззи прижимается ко мне. - Назад!
Широкая спина милорда загораживает нас от чего -то жуткого, голодного. Оно хочет есть. Даже нет. Не так. Оно хочет убивать. Уничтожить. Поглотить. Сила, от которой бросает в дрожь. Она пахнет могильным холодом, безысходностью и. Чем -то ещё, но даже думать об этом невыносимо!
Что это? ЧТО? Что прячет Ройсбург у себя в саду? И почему позволяет ребёнку.
Некромаг взмахивает руками, словно дирижирует оркестром. Гул усиливается, ещё миг и.
- Прочь, - складываются губы мага. - Назад!
Мгла покоряется. Ворча, будто напавший на хозяина по дурости пёс, чёрная тень отползает обратно - туда, где за стеклом всегда ночь.
Милорд Ройсбург захлопывает дверь. Огромным кованым ключом запирает замок - и не надо учиться в Академии, чтобы понять, какой силы артефакт отрезает доступ к оранжерее. Гораздо интереснее - как это меня угораздило обойти защиту, не заметив, с какой подчёркнутой любовью она была выбрана и установлена?
Вздрагиваю от скрипа, понимая, что некромаг сейчас развернётся. И.
- Лиззи! Ты - в свою комнату. Домашний арест.
- Папочка.
- Живо!
Глаза милорда горят, дыхание хриплое, и если бы я не понимала, что у страха глаза велики и мне это кажется - поверила бы, что кисти рук милорда вытянулись в звериные лапищи с когтями.
Жутко! И... как же я ненавижу себя за этот страх!
- Папочка, прости.
- Ты ещё здесь?!
Лиззи убежала, даже не взглянув в мою сторону.
- Теперь - вы, - милорд Ройсбург, став выше раза в два (как же мне не стыдно - так, наверное, воспринимают действительность только до смерти напуганные трёхлетние дети!), склонился надо мной.
Я замираю, потупившись, не в силах посмотреть ему в глаза.
Думала, что лича испугалась на первом курсе? Нет, Аби. Вот он - настоящий страх. Смотри!