Чудовище проклятого острова (СИ)

Он знал, что на Большой земле считалось постыдным провести ночь со своим женихом до назначенного часа, молодые даже жили раздельно, однако это не мешало девицам прыгать в койку таких ловеласов как Г енри, а их щуплым ирлам шастать по домам терпимости в поисках сладострастных утех.
Дьяры обещанные друг другу редко разрывали помолвку, как это называлось на Большой земле. Такого на своём веку он и не вспомнит. В частности, потому что молодые к друг другу долго присматривались и, конечно, связывали свои судьбы, если уж не по любви, то по симпатии точно. Да и разорвать не было таким уж простым делом. Для этого требовалась веская причина. К примеру, если девица оказалась и не девицей вовсе. Впрочем, какой дьяр будет говорить о том, что ему порченная досталась? А это ещё и доказать надобно...
— Впрочем, твоей суженной палец в рот не клади — по локоть откусит. Гляди, как бы ещё чего другого не оторвала.
Кайден напрягся. Ему решительно не нравилось то, что болтал Генри. Пусть хоть это будет трижды правдой. — Хотя, знаешь, — вдруг ухмыльнулся Г енри, — девицы Большой земли довольно изобретательные. Ух, чертовки! Мне бы твою сужен.
Терпение Дан -яра лопнуло. Резко вскинув руку, Кайден притянул к себе за грудки Г енри и угрожающе рыкнул:
— Закатай губу, друг! А не то я тебе помогу. Моя суженная тебе не дворовая девка, чтоб о ней трепаться, уяснил?
Генри ошарашено уставился на своего товарища, свёл брови к переносице и бросил:
— Так бы сразу и сказал. Чего сразу-то руки распускать?!
Дар-яр отпустил парня, похлопал по плечу и сурово рыкнул:
— И своим передай, чтоб перестали языками чесать, а то я им.
— Понял-понял, не дурак, — поднял тот руки вверх, мол, сдаюсь и претензий не имею. Кайден довольно хмыкнул и устремил взгляд вперед. Совсем скоро они будут дома.
Я стояла на палубе, когда среди снега показались первые пики башен и скал. Затаив дыхание, я глядела на величественный Хель -горд.
Признаюсь, я ожидала увидеть пару башен и деревушку. Даже поселение. Однако передо мной открылась совсем иная картина. Крепость была огромная.
Обнесенные высокой стеной башни, стояли на скалах поменьше и побольше, а об них бились высокие волны пересеченных морей. За пиками башен виднелись заснеженные горы. Должно быть, именно в них добывали хваленое дьяровское золото и серебро. Хель-горд действительно был мрачным и холодным, но вместе с тем он завораживал своим великолепием и неприступностью. Туда точно не попасть просто так. Не прокрасться ужом, чтобы поднять врагам ворота.
— Вот мы и дома, суженная, — вздрогнув от неожиданности, я обернулась.
Кайден стоял позади меня, заложив за спину руки и взирая на крепость, как хозяин.
— Это твой дом, — отрезала, кутаясь сильнее в шубу.
— Теперь наш, — невозмутимо хмыкнул. — Когда вплывем в город, лучше держись рядом со мной.
Его слова меня насторожили. С чего бы такая забота? Разве что... мне грозит опасность?
— Фамилия Нильсон довольно известная в наших кругах. И она определенно не всем по душе, — ответил на мой незаданный вопрос.
Прекрасно! Мало того, что с проклятой земли нет ходу, так меня так ещё и по всей видимости ненавидят.
Отличное начало, Грета! Ничего не скажешь!
Посмотрев по сторонам, я увидела Кристина, что стоял рядом с Дорис, которая выглядела не менее оторопевшей, чем я.
Да уж, в Вондервиле Хель-горд явно недооценивали. Впрочем, это потому что на проклятой земле мало кто был. Купцы не особо рвались плыть через все бесконечные воды, да и волокиты много было с бумажками. Чтобы плыть в Хель-горд всегда нужны были сопровождающие. Те кто постоянно в него мотался (а таких можно было пересчитать по пальцам одной руки), и те кто просил в помощь дьяра. Отважных находилось немного, хоть дьяры и не скупились, и готовы были платить даже за самые дешёвые товары втридорога.
И пусть на мгновение я очаровалась Хель -гордом, я не позволила себе забыть, что дьяры — это варвары, которым до приличного общества и манер столько же сколько плыть от проклятого острова до Аскольдии.
 
Что ж, раз уж с корабля не сбежать, да и с проклятой земли тоже, значит, нужно с достоинством принимать удар. Грета Пейдж никогда не была трусихой. Не будет и сейчас. И да. Я по-прежнему отказывалась признавать себя Нильсон.
Ворота ещё даже не подняли, а уже вовсю звенели колокола, оглашая прибытие Дан -яра и его воинов. Встречали нас как своих или же как врагов было не понятно. Колокола звенели, на башнях стояли лучники, устремив на нас стрелы с острыми наконечниками. Спусти кто такую, и ты не жилец. Уж больно, хорошими воинами были северяне. Такие не промахнутся.
Дар-яр поднялся к капитану и, вытянув руку вверх, махнул, после чего матросы начали поднимать флаг.
Только когда тот был на вершине и развивался, лучники опустили стрелы, колокола в унисон прозвенели ровно три раза, а затем ворота начали подниматься. Из них выбежала дюжина дьяров на лошадях. Следом ехала карета. Приятно знать, что к нашему приходу готовились.
Мы пришвартовались к каменной пристани и матросы перекинули деревянный мост, чтобы можно было спуститься.
Я ещё не ступила ногой на Круглую землю, но уже ощущала на себе липкие неприязненные взгляды.
На мое плечо опустилась рука, а на ухо шепнули:
— Г отова?
Нет, ходаг побери эту землю!
— Да, — хрипло из себя выдавила.
Кайден подтолкнул меня в спину, помог спуститься с моста, крепко держа за руку, пока я мысленно приказывала перестать своим коленкам дрожать и подгибаться.
Отца Кайдена я определила сразу. Он стоял впереди, чуть поодаль воины, а из -за ворот опасливо выглядывало несколько зевак.
Мне хватило одного взгляда, чтобы отметить сходство правителя Хель -горда и Кайдена.
Те же резкие черты, густые нахмуренные брови с изломом, статная фигура. Правда, борода длиннее, отчего он казался еще более суровее.
Подойдя, Кайден склонил голову в почтении:
— Отец.
— Здравствуй, сын, — сдержанно поприветствовал тот его и перевёл острый взгляд на меня. — Рад видеть тебя дома.
Я не сразу сообразила, что от меня требуется, потому стояла ровно, точно палку проглотила. Спохватившись, присела в реверансе.
— Ваше величество...
Если его отец здесь как наш король, то глупо с моей стороны не проявить хоть каплю уважения. В конце концов, мне еще здесь жить, пока я не разберусь, что тут за беспредел творится.
— Встань, дитя, — велел он мне. — У нас принято склонять голову. Я Инг-яр Биргер правитель Хель-горда. На Круглой земле нет королей, — с едва заметным презрением изрек.
Как будто это меняло суть. Король тот же правитель. Как не назови дерьм. В общем, пахнуть оно по-другому не станет.
Свои мысли я, безусловно, оставила при себе. Не хватало, чтоб моя голова тут на пике красовалась. С этих варваров станется.
— Отец, — перевёл внимание на себя Кайден, — Г рета Нильсон — моя суженная.
— Пейдж, — резко поправила его.
Инг-яр Биргер ни каплю не удивился. Должно быть, Кайден ему уже сообщил, что везет меня в Хель-горд.
— Что ж, Г рета. — запнулся, окидывая меня заинтересованным взглядом с головы до пят, — добро пожаловать в Хель-горд. Да будет милостив Ойвин.
— Благодарю.
— Вы устали с дороги, дети. Обед скоро подадут, а после можете отдыхать. Завтра день тяжелый.
Похоже, аудиенция была окончена. Инг-яр Биргер перевёл взгляд на своего младшего отпрыска. Тут его маска невозмутимости слетела. Г лаз дернулся, губы задрожали, словно не находили приличных выражений и слов.
— Кристиан. — прошипел мужчина, — ты же знаешь, что не должен был привозить чужацких дев. Закон для всех равен!
— Она не чужацкая дева, отец, — совсем не испугавшись, лениво протянул засранец. Подойдя, в почтении склонил голову, после чего с гордостью объявил, — моя супружница — Дорис Гудман. Прошу любить и жаловать!
Инг-яр готов был взорваться. Его глаза налились кровью. Втянув в себя воздух, он схватился за голову, помянул Алм недобрым словом и посетовал на тяжелый характер младшего сына. Ну если: «О, Великие, за что мне это наказанье?» означает именно это.