Хроники Департамента Икс (СИ)

    -Я думаю,- перебил их невпопад Миктолан, все это время о чем-то размышлявший,-его надо снабдить картой той местности, где окажется он и посылка для него.
    -Не понял,- повернулся к нему Велиаров,-как ты эту карту намерен передать вместе с ним.
    -Я думаю есть способ,-начал Миктолан,- парень он сообразительный, у него хорошо развиты такие качества, как интуиция и логика, он умеет сопоставлять факты и делать правильные выводы. Пусть он потеряет память, но ум у него ведь останется! Так вот, что я предлагаю.
    Глава вторая.
    1
    Он стоял на обширной поляне у самой лесной опушки. Позади него рос невысокий, но густой кустарник, а дальше темнела громада леса. Впереди и ниже, там где кончалась поляна, виднелась проселочная дорога, дальше местность круто спускалась к широкой полноводной реке, синяя гладь которой хорошо просматривалась до самого горизонта.
    -Кто я? Где я? Как здесь оказался? - вопросы один за другим возникали у него в голове, но ответов на них его память не находила.
    -Почему я голый? Где моя одежда?-окинув взглядом свое совершенно обнаженное тело, подумал он.
    Почему оставаться голым нельзя, он ответить не мог, но где-то из глубины сознания появилась мысль о необходимости чем-то прикрыть свою наготу. Чисто инстинктивно его взгляд скользнул по кустам с гибкими ветками и крупными листьями на них. Также механически, повинуясь лишь какому -то инстинкту, он сломал несколько тонких и длинных веток вместе с листьями и сплел из них что-то вроде набедренной повязки. Повязав ею бедра, он удовлетворенно вздохнул и стал осматривать свое тело. Крепкие плечи, бугры мускулов на руках, широкие мышцы груди... Но что это? Взгляд его остановился на каких-то непонятных знаках, которыми была усеяна его грудь и частично живот. Выполненные синей краской, они, казалось, впитались в его кожу и их было невозможно стереть. Послюнявив палец, он попытался удалить один из знаков, но тот проступил на коже еще отчетливее и ярче. Оставив безуспешные попытки стереть эти непонятные знаки, он решил спуститься к дороге и дойти по ней до какого-либо человеческого жилья.
    Солнце стояло еще довольно низко над горизонтом, было не жарко, легкий ветерок, дующий со стороны реки, доносил оттуда речную прохладу. Откуда-то вспорхнула стайка птичек, пролетела через поляну и скрылась в кустарнике. Из поднебесья слышалась звонкая песня жаворонка, хотя самого его не было видно. Откуда-то из лесной чащобы донесся трубный рев какого-то зверя.
    Проселочная дорога оказалась не широкой, но довольно наезженной, утрамбованной колесами телег и конскими копытами. Чувствовалось, что ездят по ней довольно часто, так как трава была вытоптана до самых корней, хотя сейчас она казалась безлюдной и пустынной.
    Выйдя к дороге, он остановился и задумался. Куда идти дальше, в какую сторону? Ведь вполне возможно, что с одной стороны до ближайшего жилья совсем близко, а с другой- идти да идти. Но в любом случае, куда не пойдешь, сама дорога куда-нибудь да выведет. Отбросив колебания, он решил идти направо. Через шагов пятьсот дорога стала подниматься в гору, сворачивая к лесу и уходя в сторону от реки. Вдруг он заметил ствол молодого дерева с комлем, который лежал в густой траве. Кто-то, видимо, хотел сделать из него дубину, обломал сучья и очистил комель от земли, но потом, не доведя свой замысел до конца, почему -то бросил деревце у дороги. Чисто машинально он поднял эту увесистую импровизированную дубину, длиной метра полтора, положил ее на плечо и пошел дальше по направлению к темневшему вдали лесу, куда поворачивала дорога.
 
    Он прошел совсем немного, как вдруг увидел то, что раньше не замечал- внезапно его взору открылась неглубокая лощина, спрятанная в складках местности, в которой зеленела небольшая березовая рощица. На ее опушке высилась одинокая береза, похоже, давно уже высохшая, ветки которой были украшены какими-то желтыми ленточками. Рядом с деревом, опираясь на длинную суковатую палку, стоял высокий широкоплечий мужчина с окладистой седой бородой, спускающейся на грудь. Одет он был в черную тканную рубаху и белые полотняные штаны, заправленные в черные сапоги. Мужчина смотрел в его сторону и сделал приглашающий знак рукой, мол, иди сюда, не бойся.
    Поколебавшись несколько мгновений, он стал спускаться в лощину и по мере приближения к роще заметил, что стоявший у березы человек не очень стар и седая у него лишь борода. Волосы же на голове, слегка вьющиеся и ниспадающие густой волной с плеч, были темно-пепельными, а в голубых, как синева неба глазах, светились доброта и мудрость.
    -Гой, ты, кто есть, паробче? - спросил он звучным голосом.- Откуда путь держишь и почему наг, как младенец? Где твоя одежда? Или тать какая отобрала ее у тебя? И то правда, в здешних лесах много нынче развелось лихих людей.
    - Не знаю, может и отобрали... А кто я и откуда, то мне не ведомо. Вот совсем недавно обнаружил, что стою голый на краю леса у дороги. Как сюда попал, не ведаю. А кто я, откуда, по какой нужде здесь оказался, не знаю, не помню...
    -Вот оно что,- в голосе незнакомца прозвучало явное сочувствие,-так ты память потерял. Чай, лихие люди тебя по голове чем-то крепко ударили, вот ты ничего и не помнишь. А ну наклони голову, я гляну.
    Мужчина ощупал ему голову и с удивлением произнес :
    -Да нет, вроде, там ничего, ни шишки, ни ушибов. Ну, да ладно, пойдем со мной, тут недалеко, перекусишь, чем Велес послал, а то видно по тебе , что оголодал. Да и одежонку какую подыщем, не ходить же голым.
    -А ты, кто будешь, добрый человек, что это за место и почему ты стоишь у этого дерева с желтыми ленточками?
    -Да ты и впрямь память потерял,-сокрушенно покачал головой мужчина, - коль капище Велеса не признал. Сюда приходят люди с окрестных мест просить у него сберечь и приумножить их скот, птицу, других домашних животных, чтоб не хворали и живы были. Просят у могучего бога удачи. радости, достатка. А я Велислав, волхв, скромный служитель Велеса. Следуй за мной и ничего не бойся, здесь никто тебя не обидит.
 
    Они зашли в рощу, спустились в небольшой овраг, на дне которого журчал ручеек, прозрачной воды, и подошли к прятавшейся там от людских взоров хижине. Внутри было чисто и просторно, стоял стол, несколько табуреток и широкая скамья, укрытая звериными шкурами. Не прошло и пяти минут, как на столе появились соленые грибы, краюха хлеба, домашний сыр, овощи, ягоды, кувшин кваса и глиняная кружка.