Шанс на счастье (СИ)

Смотря какое-то глупое телешоу, я пыталась расслабиться. Сегодня, скорее всего, Шон пойдет к кому-то ночевать, я же останусь одна. Одиночество очень тяготило. Может позвать Эмили? Нет уж, она надоест своими расспросами. И тут мне безумно захотелось поговорить с Джейн, она всегда помогала отвлечься своей бессмысленной болтовней! Звонить по скайпу не было желания, поэтому я позвонила ей на домашний. Ответила подруга только после 5 гудка.
— Привет, это Памела.
— Привет, Пэм, ты как? Не звонишь, не пишешь, со всем нас забыла, да?
— Нет, просто времени мало, я в норме, как сама?
— Я тоже отлично, как Шон? Говорил что-нибудь обо мне?
— Ммм… мы поссорились.
— Что? Вы никогда еще не ссорились!
Рассказав ей про нашу ссору, Джейн расстроилась и начала меня успокаивать.
— Эй, вы помиритесь! Не волнуйся.
— Надеюсь. Джейн, как там Майкл?
— Относительно хорошо, позвони ему, он в этом нуждается, Пэмс.
— Я не знаю, что ему сказать… .
— Так это правда, про парня?
— Да.
— Кто он? Имя, фамилию, белый, черный, красавчик? Сколько лет?
— Криспин Веллингтон, белый, о да, 17.
— Какое интересное имя, блондин, брюнет, рыжий?
— Высокий, стройный, мускулистый брюнет.
— Скинешь фото своего пупсика, а?
— Как только, так сразу.
Поговорив еще с час, я выключилась. Все-таки Джейн удалось хоть немного меня развеселить, но реальность все еще огорчала.
Чтобы отвлечься от проблем, я пошла готовить обед. По маминому рецепту, я приготовила баранину, салат из овощей и шоколадный пирог. Когда уже все было готово, зазвонил домашний телефон.
— Привет, это Шон, я сегодня ночую у друга, Окей?
— Да пожалуйста.
— Это ты, Пэм? Передашь родителям?
— Конечно, Шон.
— Ты будешь одна дома? Если хочешь, я останусь с тобой.
— Нет-нет, все в порядке, повеселись.
— О'кей, как хочешь, звони и прости меня идиота, ладно?
— До встречи, Шон. — и я отключилась.
Наложив себе мяса, немного салата и кусочек своего любимого пирога, я включила на DVD «Гордость и предубеждение» 2005 года с Кирой Найтли. Это моя любимая экранизация, да и сама история в целом. Спустя час позвонили родители и сказали, что на обед не придут, уже уезжают. Спать я собиралась лечь пораньше: уроки были выполнены, еда приготовлена, в доме чисто. Больше и делать-то не чего. Переодевшись в пижаму, я спустилась в гостиную и начала читать книгу: «Кумир и поклонницы»  [4]. Полностью погрузившаяся в чтение, я не сразу услышала, как кто-то ходил по 2 этажу. Сердце колотило, как отбойный молоток, ладони вспотели, ноги стали ватные. Вот в таком состоянии я поднялась наверх, злясь, что не переночевала или не позвала кого-нибудь к себе.
«Кто здесь?» — крикнула я. Да, знаю, что вела себя, как глупая жертва любой страшилки, но выбора все равно не было. Ответом мне была тишина. Поднявшись, я заметила, что дверь моей спальни то открывалась, то закрывалась от порыва ветра. Ну, конечно же! Я не закрыла окно, а еще и полностью его открыла! Вот тупица! Медленно-медленно я приоткрыла дверь в свою спальню, чтобы пройти, и направилась к окну. Когда я его закрыла, в доме заметно стало тише, но мне не давали покоя те шаги, что я слышала. Они были тихие, но местами наш половик где-то скрипел, что и выдавало маньяка, забравшегося ко мне. Хорошо хоть в моей комнате был телефон, и я набрала номер полиции, но скрип моей кровати так меня испугал: не успев нажать кнопку «вызов» , я обронила телефон и закричала.
Неожиданно зажегся мой ночник на прикроватной тумбочке, и я увидела мрачное выражение лица Криспина.
— И чего ты раскричалась? Это всего лишь я.
— Черт бы тебя побрал, Веллингтон! Хотя бы предупреждал, что придешь в гости! Я никого не ждала и тут вот тебе на, тихие шаги наверху! Я думала это маньяк или вор.
— Вряд ли я похож на маньяка или вора, да и они не разлегаются на кровати своей жертвы. — его губ коснулся легкий смешок.
— На будущее: ЗВОНИ!
— Как пожелаешь.
— Что ты тут делаешь?
— Как ты сказала ранее — пришел в гости.
 
— У тебя странный способ приходить.
— У каждого свой. Да и тебе на будущее: окна закрывай, если не ждешь гостей, а то мог и не я прийти, а настоящий маньяк.
— Учту.
— Как ты себя чувствуешь? Завуч сказала, ты заболела, но, кажется, ты просто прогуляла.
— Так ты меня искал? Когда кажется — креститься надо.
— Когда крестишься еще больше кажется, знаю-знаю это выражение, нет, просто она пришла на историю и провозгласила это.
— Что ж, все понятно. И я, правда, не хорошо себя чувствовала, это так, тебе на заметку, если не веришь — твое право.
— Что случилось с тобой? С утра было все в порядке.
— Это неважно. Ты узнал все что хотел? Думаю, ты можешь не терять свое время попусту, на меня, иди, займись своими делами.
— Не решай за меня, что для меня важно, а что нет, на это у тебя нет прав!
— У меня не на что нет прав! Зачем ты пришел? Скажи мне? Поссориться еще больше?
— Не говори, что у тебя их нет! Я и сам не знаю зачем, надеялся на чудо… 
— Потому что их нет! Чуда не существует, в них верят только дети!
— Мы сами делаем чудеса.
Я промолчала.
— Памела, что с нами произошло?
— Я не знаю… .Это все из-за меня, прости, я не хотела срываться на тебя из-за ссоры с братом, просто… все так сложно! — по моим щекам потекли слезы. Вот опять, я расклеилась перед ним.
— Моя маленькая Пэми, ты ни в чем не виновата, мне надо было поддержать тебя, а что сделал я…  Прости меня, котенок! — он потянул меня на кровать и крепко прижал к себе.
Мне так хорошо в его объятиях, в них удобно и так просто, как дышать.
— Почему ты ушла с уроков?
— Я же сказала.
— А я не верю!
— Ну… .Мне стало больно, когда ты не захотел мириться… .И я расплакалась… . А чтобы ни кто не увидел, я ушла.
— Я довел тебя до слез? Вот я кретин! Прости меня, я был расстроен из-за всей этой передряги с тобой!
— А, ясно, почему ты ушел в понедельник с истории?
— Я был на охоте.
— Ох, прости и часто ты на нее ходишь?
— Два раза в месяц, все нормально.
— Теперь у нас все в порядке? Ну, мы больше ее в ссоре?
— Мы и не были, да все в порядке.
— Чем займемся?
— Ты чем хочешь?
— Чем угодно лишь бы с тобой.
— Может спать?
— Ну, нет!
— Завтра в школу, давай сегодня спать, а завтра мы что-нибудь придумаем по-увлекательнее, хорошо?
— Ладно. — как бы не хотя согласилась я.
Он уложил меня в кровать, прикрыл одеялом и сам лег рядом, как не странно уже переодетый.
— Я люблю тебя, котеночек Пэми. — с этими словами он поцеловал меня нежным поцелуем в губы и крепче прижал к себе. Мне не оставалось ничего, как уснуть в его сильных руках.
И снова я проснулась от теребления моих волос.
— А мне нравится так просыпаться.
— Как так?
— Когда ты лежишь рядом и теребишь мои волосы.
— А просыпаться вот так ты не хочешь? — он начал осыпать меня легкими поцелуями в шею, в волосы, в лоб, в подбородок, но избегая губ.
— Как же насчет таких поцелуев? — я жадно припала к его губам своими и прижалась к нему всем телом.
— Не-а, это не похоже на утренние поцелуи — они должны быть, как шоколад: такими же нежными, мягкими, слегка касаться твоих губ, а этот, что ты показала, больше похож на поцелуй за завтраком или и того позже.
— Зато мой более приятный.
— Верно, но мы будем следовать моим инструкциям.
— С чего это?
— А потому что я так хочу! — он положил меня на спину и начал щекотать.
— Перестань! Хорошо, до завтрака у нас будут твои утренние поцелуи, после — мои, договорились?
— Хах, конечно, думаю, нам пора вставать.
— Уже 8? Не хочу.
— Почти, я тоже, но что делать?
— Окей, я в душ, а потом иду делать завтрак.
— Угу, — он притянул меня к себе и нежно поцеловал в щеку, — иди, я буду ждать.