Я стираю свою тень (СИ)

— Я руку сломала, — произнесла она неожиданно.
Я кинулся к ней, испугавшись за ее самочувствие.
— Да не себе, Гордей, охраннику. Он попытался залезть ко мне под одежду. А я не рассчитала сил. Только бы никто ничего не заметил.
— Вот блин. А где он теперь?
— Его увели. Понимаешь, это вызовет подозрения у всех.
— И что нам делать?
— Ничего. Будь на виду у меня на всякий случай.
— Ага, понял.
  
Глава 14
 
Самуил провел мимо меня всю четверку. Я привстал и поздоровался с поклоном. Не знаю, откуда у меня вдруг взялся этот жест, наверное, откуда-то из холопского прошлого, переданного через гены. «Переговорщики» скинули с себя дорогие одежды и облачились в белоснежные полотенца и «буденовки». Банщик проводил их внутрь. Сразу, как они скрылись, раздалось шипение — наверное, поддали водой на камни. Из-за двери донеслось кряхтение и довольные возгласы.
— Когда веничком пройтись, зовите, — предупредил Самуил и покинул парную сауны. — Следи за температурой, — предупредил он меня.
— Слушаюсь, — ответил я.
Он ушел. Я сел напротив термометра и стал смотреть на его показания как зачарованный. Из сауны доносился разговор.
— Похвались Сашей, что за лайбу прикупил? — этот голос я не узнал.
— Да так, присмотрел в Москве не слишком старый Ролс, да и взял. Жизнь идет, а я так и не попробую на нормальной тачке покататься. Да и народ должен видеть, кто на дороге хозяин, — и этот голос тоже мне был не знаком.
— Верно, жизнь идет быстро, а у кого-то вообще летит, как на перемотке. Надо многое успеть, — этот хрипловатый тембр принадлежал «крестному отцу».
— А я слышал, вы с Демидом какое-то новое дело решили начать?
— Пока пристреливаемся. Считаем выхлоп.
— Большие вложения требуются? — спросил авторитет.
— Немаленькие. В криптовалюту хотим вложиться и майнить начать. Ищем парней с головой и место, где электричество дармовое, ну и бабло, соответственно.
— Старею, про криптовалюту почти ничего не знаю, и понять, в чем ее затея, вряд ли смогу. Хрень какая-то ненастоящая. Я понимаю — золото. Вот оно в руках блестит, тяжеленькое, и цена на него постоянная, а эта криптовалюта просто выдумка, которую придумал какой-то жулик и наваривается на ней.
— А что, в наших кругах жульничество теперь не в почете? Какая разница, как зарабатывать, особенно если за это не светят нары. Начнется кипиш, спрыгнем по-быстрому.
— А ты чего вдруг решил нас собрать? По делу или заскучал?
— Заскучал. Эй, помощник банщика, добавь огня, холодает.
Я подскочил, как ужаленный. Заслушавшись разговоров, не заметил, как температура начала падать. Я открыл заслонки посильнее, чтобы огонь разгорелся пожарче, и побежал за дровами. Увидел Айрис, занятую сервировкой стола. Она бросила на меня мимолетный взгляд. Мне показалось, что она расстроена. На нее это не было похоже. Она, конечно, иногда впадала в депрессию, когда на нее накатывали ностальгические воспоминания о родной станции, но чтобы на работе предаваться им — это вряд ли.
Мне стало неуютно на этой базе и захотелось поскорее свалить. Из-за настроения Айрис я потерял ощущение безопасности. Я набрал дров и вернулся в истопочную сауны. Подкинул несколько поленьев и решил, что обязан ради собственного успокоения поговорить с напарницей.
— Привет, — я окликнул Айрис, стоявшую ко мне спиной и раскладывающую посуду.
— Привет, — она обернулась и посмотрела на меня. — Чего?
— Ты чем-то расстроена?
— Не обращай внимания.
— Из-за охранника?
— Не только.
— Ты еще кому-то сломала руку?
— Нет. Один из друзей нашего клиента узнал меня. Я вспомнила, что видела его, когда мы общались с Михаилом Аркадьевичем. Ты понимаешь, что это многое меняет в нашем раскладе.
— Блииин, — я почесал засвербевший затылок. — А мы не можем свалить отсюда прямо сейчас?
— Нет. Одна я бы смогла, но без тебя не уйду. Буду действовать по обстоятельствам. Будь всегда на виду, иначе я решу, что тебя удерживают.
— Да обойдется всё, Айрис. Он мог и обознаться. Мало ли красивых девушек в городе, похожих на тебя. Да сотни, наверное.
 
— Сколько? — напарница хмуро посмотрела на меня.
— Десять точно наберется. Я имею в виду типаж.
— Ты чего тут ошиваешься? — из ниоткуда, как черт из табакерки, появился Самуил. — Иди к печке.
— Вы, уважаемый, не увлекайтесь своим театром, — осадил я его. — У нас тут эпизодическая роль. Отыграем разок и разбежимся.
— Мне за вас поручились очень влиятельные люди. Будьте любезны, не подведите их, — нравоучительно произнес банщик.
— Не подведем, — пообещал я ему.
— Иди, не спорь, — Айрис мягко подтолкнула меня в нужном направлении.
Кажется, обстоятельства играли моей напарницей, что было странно наблюдать. Все ее вычислительные мощности не смогли рассчитать подобный исход. Или же она слишком переоценивала их, ни разу не применяя в по-настоящему опасной ситуации с большим количеством неизвестных. Я пригорюнился. Воображение рисовало мне закат карьеры детектива на дне реки с тяжелым грузом бетона ногах.
Полчаса, что провел в сауне криминальный квартет, показались мне вечностью. Наконец они выбрались оттуда, красные как раки, и перебрались в беседку. Фыркали и пыхтели, как рассерженные индюки, и сразу же кинулись к бокалам, наполненным холодным пивом.
— Все чакры раскрылись, — довольно произнес толстый друг нашего клиента и распахнул полотенце.
— Там чакра-то, — поддел его франт.
— Эта чакра раскрывается в другой ситуации, — толстяк кивнул на Айрис, вынужденную работать нагнувшись. Из-под платья выглядывали упругие ягодицы.
— Вижу, кастинг у тебя на высшем уровне, — зацокал языком второй толстяк. — Я бы тоже проверил ее на профпригодность. Есть тут у нее агент, с которым можно обговорить детали?
— Придержите свои чресла в узде. Смотрите, какая погода, какой воздух. Присаживайтесь, — «крестный отец» пригласил друзей за стол.
— Себе присмотрел? — толстяк усмотрел в словах авторитета ревность.
— Только в качестве работницы и для эстетического удовлетворения. Всех красавиц не перечпокаешь. Знаете, что раньше на Руси бабников в дружину не брали?
— Почему это?
— Ссыкливые они. Обязательно дрогнут на поле боя.
— Ну, не знаю. Я и по бабам смелый, и в бою ого-го. Наверное, — толстяк рассмеялся, тряся большим животом.
Подельники поддержали его смехом. Айрис делала вид, что их шутки её совсем не касаются. Прекратила сервировать стол и встала неподалеку в ожидании распоряжений. Я следил за представлением издалека, но кое-что мог расслышать. Мне жутко хотелось бросить под стол этим ублюдкам гранату, чтобы их «чакры» разлетелись по веткам деревьев. Мужчины расселись по своим местам. Айрис разлила в стопки ледяной водки.
— Ну, — наш клиент решил произнести тост, — за то, что выбрались посидеть, отдохнуть.
Они чокнулись, выпили и сразу полезли закусывать. Начался разговор, который спланировала Айрис. «Крестный отец» решил сразу поиграть на нервах. Он махнул Айрис, чтобы та обновила стопки.
— Дело серьезное намечается, парни, надо бы затянуть пояса ненадолго, ужаться в расходах. Выгорит — будем в шоколаде.
— Что за дело? — спросил один из толстяков.
— Пока без подробностей.
— Не доверяешь? — поинтересовался франт.
— Как можно? Верю, как самому себе. Есть правило: хочешь, чтобы дело пошло — не болтай о нем. Ради нашего же с вами материального блага, — авторитет поднял стопку. — На днях подобью весь налик и на счетах, прикину хрен к носу, на что можно рассчитывать. Давайте, за сбычу, — он протянул стопку в центр стола.
Его подельники поддержали тост, но как-то без особых эмоций. Айрис подошла и стала разливать водку в опустевшие рюмки, заглядывая в лица каждого из сидящих за столом.
— По сколько скидываться думаешь? — спросил франт.
— По полтиннику, — не моргнув глазом, произнес наш клиент.