Мой нежный враг (СИ)
— На кого? — спрсоил Данька. — На Петренко?
Много они на него раскопают, подумалось мне. Скорее всего, ничего толкового.
Подойдя к столу, взяла ручку и написала все, что знала о Касьянове.
— Это кто? — нахмурился Данька.
— Дядечка один, покупал у меня картины в Вене. Интересует любая информация.
— А зачем он тебе?
Я пожала плечами.
— Боюсь, он хочет меня кинуть с покупкой, — соврала ему.
Возможно, Данька узнает об аварии, но это неважно. Авария и авария, я-то тут при чём?
— Ладно, попрошу узнать, — кивнул Данька, убирая листок в ящик стола. — Может, пообедаем?
— Давай, — пожала я плечами.
Обедали мы в немного напряженной обстановке, Данька все же периодически кидал на меня пытливые взгляды, я делала вид, что их не замечаю. Но в душе разрасталось неприятное чувство, что я что-то такое упускаю, что лежит на виду. И Данькино поведение этому было почему-то подтверждением.
Глава 22
Расставшись с парнем, я бестолково прошлась по улице, а потом решила: нужно начать сначала. И отправилась в ресторан. Точнее, не в сам ресторан, а на почту — искать того почтальона, что видел убегающего официанта. Ведь он точно был — не померещилось же мне, да и Ярослав его наличие подтвердил. И наверняка официант связан со смертью Матвеева тем или иным образом. Иначе бы уже объявился сам в связи с событиями.
На почте царила суета, по крайней мере в том отделе, куда меня отправили из царства очередей. Он находился на другой стороне здания и выходил как раз в сторону ресторана. Между ними пролегала небольшая улочка, по которой однако можно было проехать на машине. Движение одностороннее, и если бросать тачку, то выходит, дальше по дороге, около почты или ресторана. Второе явно не особенно безопасно. Впрочем, можно и вообще без машины обойтись, а просто дать деру дворами.
Почтальонов в отделении оказалось два, один работал в утреннюю смену, второй в обеденную. Так как первым оказалась женщина, я сосредоточила внимание на втором. На мою удачу он как раз должен был приехать сдать смену. Мужчина появился через двадцать минут, на вид ему было под шестьдесят, невысокий, сухопарый и очень угрюмый на вид.
— А я к вам, — улыбнулась ему, когда он вышел из здания и подошел к своему велосипеду. — Добрый день.
— Вы кто? — окинул он меня взглядом.
— Меня зовут Катя. Вы, наверное, слышали, что несколько дней назад в ресторане убили человека? Вас ведь расспрашивали по поводу официанта?
— Ну было дело, — коротко ответил он, продолжая смотреть угрюмо.
— Я помощник следователя, — приврала я, надеясь, что никто не будет у меня просить документы. — Хотела бы еще раз об этом парне поговорить.
— Да чего о нем говорить… — мужчина все же махнул рукой в сторону скамейки. — Парнишка молодой, лет двадцати пяти. Вылетел из калитки ресторана и чуть под мой велосипед не попал. Испуганный был.
— С папкой в руках? — уточнила я.
— Ага, ну не то что папка, тонкая такая, гнущаяся.
— И одет он был в форму официанта?
Мужик пожал плечами.
— Ну рубашка светлая была и передник. Я по крайней мере решил, что он официант.
А потом я сделала то, чего сама от себя не ожидала. Достала телефон и открыла фотографию. Мужчина смотрел на нее, склонив голову, я ждала, замерев.
— Похож, — сказал тот, и у меня серце ухнуло. — Похож очень, но точно утверждать не стану, сами понимаете… Я так и тем ребятам сказал…
— Спасибо, — кивнула я, глядя перед собой. А потом резко перевела на него взгляд. — Каким ребятам?
— Нуу… Приходили, спрашивали же… Тоже фотографию показали этого парня. Только другую.
Я отвела взгляд, сердце забилось часто-часто. Вспомнила, как Ярослав рассказал мне об официанте. Он уже знал тогда, что это Данька? Или это были не его люди? Тогда кто? В любом случае, кто-то кроме меня сообразил подумать на Даньку. А если Ярослав, почему не рассказал? Что хотел добиться молчанием? И следователь, выходит, не в курсе?
— Думаете, это он убил? — спросил с любопытством мужчина. Я только пожала плечами.
Думаю? Нет. Нет. Не знаю.
— Следователь с вами говорил? — задала вопрос, начисто забыв, что представилась его помощницей.
— Нет. Какие-то парни приходили с вопросами и с фото, теперь вот вы, а больше никто. Сам я тоже соваться не стал, не моё это дело, как говорится. Влезешь по собственной инициативе и огребешь ещё по полной.
— Спасибо за помощь, — кивнула я, вставая, он медленно поднялся за мной.
Я шла по улице, не зная, что и думать. Данька. Данька был в ресторане под видом официанта? Что за папка была у него в руках? Почему он решил проникнуть внутрь таким образом? Почему хотел, чтобы о его присуствии не узнали? Что он искал? Где? Папка была у Матвеева с собой, и Данька убил отца, чтобы забрать ее? Что в ней? И связано ли это с той ссорой из-за карточного долга, о которой говорила Диана?
Если Данька играет, он же должен куда-то ходить? Казино запрещены, выходит, подпольное заведение? Отдельная комната в очередном мужском клубе?
Или в том же стрип-клубе?
Я почему-то вспомнила Петренко с его так называемыми партнерами. Может быть в стрип-клубе игровая комната? Вполне. Особенно если учесть, что девушки, работающие там, явно не прочь прыгнуть в постель за деньги, то есть по факту занимаются противозаконной деятельностью. Вряд ли об этом не знают, скорее, закрывают глаза. Могут и на остальные моменты закрывать. А Петренко мог как-то узнать о Даньке, о долге? Не знаю, не знаю…
Я прижала пальцы к вискам, у меня сейчас, кажется, голова лопнет от всех этих мыслей. Что делать-то? Поговорить с Данькой? Прижать его к стенке, рассказав, что почтальон его узнал? А что, это способ.
Только я не могла представить, как конкретно ввалюсь к Даньке, прижму его, и окажется, что это он… Что мне делать-то тогда? Я не смогу сдать его, просто не смогу…
Нахмурившись, я набрала парня, Данька ответил сразу.
— А где ты был в то время, когда твоего оцта убили? — спросила без прелюдий. А, теперь уже все равно. Данька замешкался с ответом.
— Гулял, — сказал наконец. — Ушел с работы и решил пешком пройтись.
А ведь Данька управляет рестораном, взять оттуда передник официанта так, что никто и не заметит — раз плюнуть. Господи, неужели и правда он?..
— Кать, твои расспросы меня пугают, — немного нервно выдал он в трубку. — Я ответственно заявляю, что все эти намеки… Они не имеют под собой основы… Неужели ты всерьез можешь такое обо мне подумать?
Я молчала, это Даньку только еще больше разволновало.
— Катя… Я не убивал отца! Клянусь тебе! Да я бы никогда в жизни не смог… Тем более таким ужасным способом, подойти к живому человеку и вонзить в него нож…
— Я перезвоню, — я повесила трубку и, поставив беззвучный режим, убрала телефон в сумку.
Все дело в том, что я и в прямь не готова в такое поверить… Но тогда пусть объяснит про карточный долг… А если он не захочет? Скажет, что Диана наплела ерунды, что не так поняла… Ведь он не поведал мне о нем, значит, и не хотел, чтобы я знала. Но тогда над ним не довлело чувство, что его подозревают… А если я скажу, что его узнал почтальон…
Но вместо того, чтобы ехать к Даньке, я отправилась домой, не переставая думать об этом. Если Данька что-то искал и вышел с папкой — значит, нашел? Тогда кто устроил беспорядок в моем доме? И учитывая, что у меня разрыли даже несчастный кактус, искали что-то небольшое, точно не папку. Выходит, это все же разные люди? Или Данька кого-то нанял, и тот так постарался, от души… Только вот с чего Даньке считать, что его отец что-то оставит мне?
Голова готова была взорваться, так что дома я решила заняться уборкой. Не глобально, конечно, разгребать тут надо очень долго, но элементарно вымести рассыпанные крупы и сунуть шмотки в шкаф можно.