Мой нежный враг (СИ)

Я подняла на Самсонова хмурый взгляд, мужчина, кажется, все это время меня разглядывал.
— Можем мы поговорить наедине? — спросила его, наблюдая недовольство на лице Анны Николаевны, Данька сидел в растерянности.
— Конечно, — бодро согласился Самсонов, тут же поднимаясь. — Пойдемте в Гошин кабинет. Вы же не против? — спросил у остальных, ему никто возражать не стал.
— Сам хотел с вами поговорить, — сказал Геннадий, когда мы разместились в кабинете на диване. — Вы ведь были там в момент смерти?
— Там меня не было, я была в туалете, — все же уточнила я.
— Расскажете?
Пожав плечами, я поведала вкратце произошедшее. Самсонов слушал, задумчиво жуя губы. И хотя определено ему тут были рады и доверяли, мне почему-то он упорно не нравился.
— А Петренко? — задал вопрос Геннадий, когда я замолкла. Я пожала плечами.
— Он приехал сюда, мы были с Данькой, потом он приехал ко мне задать вопросы о случившемся. Вот и все.
— А то, что Аня говорила…
— Ничего такого не было, я просто попросила его познакомить меня с теми, кто был на поминках. Я нахожусь в подозреваемых, и хотела узнать хоть что-то, нащупать след…
— Вы серьезно? — Самсонов отчетливо удивился. — Не думаю, что лезть в это — разумная идея, Катя. Мы даже не знаем, кто его убил и за что, вы сами себя подвергаете опасности.
Я вздохнула, кивая головой, как бы соглашаясь. И вдруг подумала: все это говорят, кто слышит мои слова о расследовании. Все, кроме Петренко. Он не только спокойно отнесся, но еще и как будто сам предположил раньше меня, что я буду лезть в это дело. И вроде как ничего удивительного не увидел в этом. Занятно.
— Вы можете объяснить, что не так с этим Петренко? — перевела тему. — Если он враг, то зачем тогда объявился?
Самсонов задумчиво пожевал губу.
— Ярослав очень непростой человек, Катя. В нашем городе он личность не просто известная, одна из значимых. Не преувеличу, если скажу, что наш город во многом держится на нем.
Я вздернула брови в удивлении. ничего себе, даже так. Нет, я, конечно, подозревала, что он не прост, но чтобы настолько…
— Что значит держится? — спросила мужчину. Он вздохнул.
— В другой ситуации я не стал бы особо распространяться, потому что все это ни к чему молодой красивой женщине… — я только дернула бровью на данный комплимент. — Но обстоятельства складываются таким образом… Уверен, Петренко появился не просто так.
— И что ему надо от Даньки? — задала я логичный вопрос. Ведь именно он наследник дела Матвеева, значит, и спрос с него. Самсонов взглянул на меня с сомнением. — Я имею в виду, он хочет забрать бизнес Георгия?
— Не думаю, что Петренко нужны рестораны Гоши…
— Тогда что? — вкрадчиво спросила я, глядя на Самсонова неотрывно. Он явно почувствовал себя не в своей тарелке. Тоже мне политик, вьется, как уж на сковородке. — Он же ваш друг, должны у вас быть хоть какие-то мысли, за что его могли убить? Мог это сделать Петренко? — спросила я прямо. Самсонов вздохнул.
— Мог, — сказал в итоге, я чуть не выругалась, отворачиваясь.
— И вы знаете, за что? — уставилась на мужчину исподлобья, оперевшись локтями на колени.
— Я уже говорил, Катя, не думаю, что вам стоит в это лезть.
— Я тоже так не думала, но кажется, мне особенно не дают права выбора.
— То есть? — теперь Самсонов напрягся.
— Георгия убивают во время обеда со мной, тут же появляется Петренко с расспросами, за мной следят какие-то непонятные субъекты, мою квартиру перевернули вверх дном. И если вы мне сейчас опять скажете, что это никак не связано с убийством Георгия — я рассмеюсь вам в лицо.
Самсонов устало вздохнул, закрывая глаза. Немного так посидев, выпрямился, устремляя на меня взгляд.
— Он был моим другом, Катя, — сказал мне. — Но я, честно, мало знаю о том, что он затевал.
— Затевал?
— Гоша хотел податься в политику. Я обещал посодействовать в этом вопросе, но ему было мало подобного движения по лестнице. Он хотел всего и сразу, такой тип человека.
— И? — нахмурилась я.
— Он что-то задумал. Я не знаю, что, правда, не знаю. Гоша говорил последнее время полунамеками, обещал рассказать, когда дело выгорит. Он был уверен в успехе. Сказал, что раскопал золотую жилу, которая позволит ему сразу выдвинуться вперед и занять высокое место в нашем городе, да и, возможно, не только в нашем. Я пытался выпытать подробности, но Гоша молчал, боялся спугнуть удачу, так он говорил. А примерно за неделю до смерти вдруг настроение его изменилось. Сказал, появились некоторые трудности, кое-какие люди могут начать вставлять палки в колеса, надо подготовиться к встрече с ними. Я спросил, какие, но он не стал вдаваться в подробности. Через пару дней вдруг ни с того ни с сего Гоша позвонил и попросил о встрече, стал выспрашивать подробности о Петренко. Конечно, что-то и сам знал, я уже говорил, Ярослав в нашем городе личность известная. Единственное, что я мог предположить, что Гоша каким-то образом задел интересы Петренко. И я сказал ему: не лезь к этому человеку, он тебя сметет и не заметит. А Гоша ответил: еще посмотрим, кто кого. И все, больше я ничего не смог из него выпытать. Понял только, что они могли сцепиться на почве общих интересов.
 
— И Петренко велел от него избавиться, — закончила я, Самсонов вздохнул. — Вам не кажется странным с его стороны выбрать такой способ убийства? Не особенно надежный, скажем так. Проще нанять киллера, нет?
Самсонов усмехнулся.
— Вы, Катя, рассуждаете прямо как боевая подруга Джеймса Бонда. Хотя да, в случае Петренко, наверное, проще, только…
Мужчина снова замолчал, погружаясь в раздумья.
— Только что, — поторопила я его. Он поднял на меня глаза.
— Только в случае Петренко нельзя быть заранее уверенным ни в чем. Говорят, он большой затейник, и может так все закрутить, что ты даже не заметишь, как давно пляшешь под его дудку.
  
Глава 15
 
От Даньки я выходила в растерянности. Уселась в машину и уставилась перед собой. Мысли упорно разбегались. Вот ты значит какой, Ярослав Петренко, очень умный хитрый тип, привыкший играть чужими судьбами. И я — часть этой игры? Самсонов утверждал, что Георгий не упоминал обо мне в связи с последними событиями и своими планами в политике. Как друг Геннадий знал о той истории, когда Матвеев охмурил меня, чтобы проверить чувства к его сыну, но был уверен, что после моего с Данькой расставания история полностью закончилась. Только вот, судя по всему, Георгий не спешил делиться с другом всей информацией.
Но я чувствовала: каким-то образом он вплел меня в свою жизнь. Не знаю, связано ли это с политикой и его грандиозной идеей покорения мира, но что-то определенно есть. Следователь предположил, в моей квартире что-то искали, то есть некто тоже нащупал эту связь между мной и Георгием. Нащупал настолько, что решил: Матвеев мог мне что-то дать на хранение?
Или все-таки и это только игра? Очередной ход в моем запугивании, попытка создать иллюзию того, что я нахожусь под пристальным наблюдением многих глаз, так ведь сказал Петренко? И ребятки, следившие за мной, и разгром — может быть, это всего лишь часть игры Ярослава. Игры, финала которой я, к сожалению, не вижу.
Мотнув головой, я достала телефон. Как бы там ни было, а поговорить с Петренко не помешает.
Набрала его номер, разглядывая данную мне визитку, он ответил почти сразу. И голос такой вкрадчивый, низкий, аж завораживает. Наверное, долго тренировался.
— Привет, это Катя Авдеева. Мы можем встретиться? Есть разговор, — я постаралась придерживаться нейтрального тона.
 
— Конечно, я сейчас в ресторане, приезжай, — он назвал адрес.
Знаю я этот ресторан, в центре, жутко дорогущий и пафосный. Самое место для Петренко.
— Я буду минут через десять, — сказала в ответ, мы распрощались.
Отложив телефон, глубоко вздохнула. Ладно, один разговор, и на этом на сегодня закончим изыскания, нужно все хорошенько обдумать, прежде чем действовать дальше. Впрочем, как действовать, я все равно не представляла.