Дуэлянт (СИ)
Окунувшись в тень здания, Максим почувствовал, как к нему окончательно возвращается самообладание. Он развернулся и пошел обратно той же дорогой, которой ранее следовал за инопланетянином.
Глава 7
Увиденное потрясло Максима. До этого дня он не встречал других акридов, кроме обычных Солдат и Лейтенантов. Он был наслышан о существах, похожих на земных насекомых, которых инопланетяне использовали там, где люди применяли технику. Но никогда парень не видел их даже на изображениях, не то что вживую.
Максим, как и многие дети, рос далеко от военных действий и, несмотря на тяжелые условия существования, за все время в эвакуации видел акридов пару раз на картинках и фотографиях. Впервые повстречаться с ними ему удалось, когда он перебрался в город. При взгляде на их черные угловатые тела его пробирало чувство отвращения. В каждом их движении ему чудилось надменное превосходство победителей, сломивших непокорный народ. Само их присутствие выглядело насмешкой над сдавшимся человечеством. Казалось, они находятся на каждом углу и с наслаждением наблюдают, как проигравшие и покорившиеся люди пытаются жить дальше, будто ничего не изменилось.
Фактически после Вторжения участие акридов в жизни людей ограничилось лишь присутствием. Даже свои поселения, так называемые ульи, в которых, по официальным данным, не удалось побывать ни одному человеку, инопланетяне строили вдали от городов. Единственное взаимодействие акридов с человечеством выражалось в нападении на вооруженных людей. Причем количество инопланетян в таких случаях, как правило, совпадало с количеством бойцов. Полный список предметов, вызывающих реакцию пришельцев, не был известен, но в него точно входило все огнестрельное и стрелковое оружие, боевые лазеры, гранатометы, огнеметы и минометы, а также некоторые виды холодного оружия.
Несмотря на то, что обычному человеку нечего было опасаться, Максим испытывал сильный дискомфорт в присутствии инопланетян. Можно сказать, он их ненавидел. Как и многие, он винил их во всех бедах, выпавших на долю его народа, и считал акридов оккупантами. Он надеялся, что однажды люди возьмут реванш.
Тем вечером Максим увидел не просто большого жука акридов. Какой-то обряд? Жертвоприношение? Или это было что-то вроде полевого госпиталя для единственного пациента? Плачевное состояние твари не вызывало сомнений, но что же делали с ней ее хозяева? Может, это форма какого-то издевательства?
В тот вечер Максим испытывал жалость к беспомощному существу, прикованному к черному постаменту. Но со временем юноша убедил себя, что нельзя сочувствовать врагу, который, скорее всего, не проявил бы взаимного сострадания. Единственное, что он мог бы сделать — попытаться оборвать жизнь твари, избавив ее от мучений.
После недели колебаний он все же решился на это. И теперь молодой человек в полном вооружении стоял во дворе перед домом из четырех стен. Но сначала ему предстояло расправиться с охранником, который должен был появиться с минуты на минуту.
На этот раз небо было затянуто тучами, и прибор ночного видения отображал окружающий мир в оттенках зеленого. Двор перед разрушенным домом представлял собой небольшой сквер, через который крест-накрест проходили две дорожки из потрескавшихся и расползшихся в разные стороны плиток. В месте пересечения дорожек из таких же плиток была выложена небольшая круглая площадка, по краю которой стояли либо лежали опрокинутые лавочки. В дальнем левом от Максима сегменте, в стороне от дорожки, ржавели обломки детской площадки. Они торчали из высокой травы, словно кости какого-то диковинного животного. Другие сегменты были засажены деревьями, пространство между которыми заросло сорняками и кустами.
Максим надеялся навязать противнику бой на центральной площадке, где было достаточно места для маневров. Если что-то пойдет не так, он планировал использовать ближайшие заросли как укрытие для обхода или, в крайнем случае, для отступления.
Акрид вышел из дома на противоположном конце сквера и, увидев вооруженного человека, метнулся в сторону кустов, трижды выстрелив на ходу из энергетической пушки. Максим не ожидал столь резких действий от инопланетянина, но с легкостью увернулся от зарядов, с треском разрывающих воздух, и начал пристально всматриваться в заросли. Тень промелькнула между деревьями, после чего две вспышки, сопровождавшиеся сухим треском, осветили сквер. От первого выстрела Максим увернулся. Второй попал в правый наплечник, не пробив его, но плечо под броней обдало жаром.
Когда парень отошел к зарослям, чтобы укрыться в них, из-за деревьев на краю пятачка выскочил инопланетянин и ринулся на прямо на него. В правой руке он сжимал коготь, насаженный на рукоятку, которая напоминала сегмент из соединенных между собой удлиненных позвонков неизвестного животного. Максим достал обрез и выстрелил в несущегося на него пришельца, но тот увернулся, сделав быстрый рывок в сторону. Следующим прыжком инопланетный воин сократил оставшееся между ними расстояние.
От силы первых двух ударов Максим чуть не потерял равновесие, но сумел устоять, отступив на несколько шагов.
Акрид наносил удары с такой скоростью, что молодой человек с трудом уворачивался и защищался от них, каждый раз делая шаг назад. В том месте, где деревья росли более плотно, стало немного легче: у противника стало меньше возможностей для атаки. Но также не было их и у самого Максима.
Воспользовавшись небольшим замешательством акрида, когда тот проходил между двух близко посаженных деревьев, человек ударил его ногой в живот. После чего нанес удар в голову рукой и уже замахнулся дротиком для завершающего удара, как инопланетянин резко выпрямился, атакуя своим мечом снизу вверх. Максим развернул корпус так, что лезвие прошло в нескольких миллиметрах от нагрудника. Одновременно он нанес колющий удар в грудь противника, но тот с легкостью уклонился от них.
Постепенно они вошли определенный ритм, передвигаясь между деревьев и нанося друг другу удары, будто в диковинном танце, поставленном убийственной природой двух хищников, не знающих пощады.
Все существо Максима было сосредоточено на этом завораживающем и смертельно опасном деле. Удар, удар, удар, шаг в сторону, поворот, удар, шаг назад, еще удар, блок, шаг вперед и удар, разворот. Каждое действие служило одной простой и ясной цели — убить противника. В этой пугающей простоте движений присутствовала некая свобода и легкость, сродни ощущению полета перед жесткой встречей с землей.
Максим не заметил, как они выбрались на окраину сквера, постепенно смещаясь к стенам пустого здания без крыши. Несмотря на появившийся простор, он держался со своим противником наравне и все чаще совершал рискованные и неожиданные маневры, направленные на завершение этой дуэли. Парень выхватил из кобуры обрез и взял его за ствол. Когда акрид попытался уколоть его своим мечом, он сумел поймать острие в спусковую скобу и, поворотом заклинив лезвие, резко потянул на себя. Одновременно он сложил дротик для большего удобства и ударил врага в живот. Неожиданно инопланетянин отпустил свое оружие и, продолжая наступать, выхватил дротик, развернулся вполоборота и потянул человека вниз.
Максиму показалось, что он с разбега налетел на скалу. Воздух с громким глухим звуком вырвался из сжавшихся до боли легких. В глазах потемнело, и дротик выскользнул из руки. Не успел он снова вдохнуть, как второй удар в грудь отбросил его к стене. В зеленом тумане визора молодой человек разглядел очертания быстро приближающегося кулака пришельца, после чего лицевые пластины шлема прогнулись, с хрустом ломая нос и разбивая губы. Зеленый свет погас, защитное стекло покрылось паутиной трещин, через которое были видны только движущиеся тени. Максим почувствовал, как акрид прижал его к стене, после чего последовали выстрелы. Первый — резкий жар обжег правую сторону живота. Второй — жар усилился до такой степени, словно к животу приложили раскаленное железо. Теряющий сознание парень пришел в себя и закричал. В этот момент ему показалось, что он слышит не только собственный голос, но и шипение горящей плоти.