Опасная помощница (СИ)
Юрист меня опередил, приехал раньше.
— Итак? — вопросительно посмотрела я на Илью и уселась за стол.
— Будешь что-то? Я заказал тебе апельсиновый фреш, как в прошлый раз.
— Спасибо. И?
Меня уже потряхивало от волнения. Какую сумму согласилось выплатить руководство клиники? Пусть раскошеливаются! Они очень передо мной виноваты. Илья смотрел на меня с загадочной улыбкой.
— Предупреждаю: моё терпение заканчивается, — с тихой угрозой сообщила я. — Сейчас ты получишь. Даже не знаю, что я с тобой сделаю!
В ответ на мои слова Илья расстегнул чёрную папку, достал бумаги и положил их на стол передо мной. Указал глазами: читай!
Я торопливо пробежала взглядом первые абзацы, перевернула страницу и…
Аааааах!
У меня оборвалось дыхание. Я вцепилась в ледяной бокал сока и сделала судорожный глоток.
— Семь с половиной миллионов? — охрипшим голосом прошептала я и подняла на молодого человека непонимающий взгляд.
— Угу. Сто тысяч долларов. Неплохое приданое для твоего ребёнка, согласись?
Я не могла говорить, потеряла дар речи. Дышать было трудно, перед глазами всё плыло, строчки договора сливались.
— Представляешь, Алиса… Папашка твоего детёныша круто наехал на моё начальство. Пообещал порвать их в клочья, если они не выплатят тебе нормальную сумму в качестве моральной компенсации. Серьёзный мужик. Даже если бы ты подала в суд, ты бы вряд ли получила такие деньги. Так что, соглашайся, Алиса.
Я всё ещё не могла прийти в себя. Понадобилось несколько минут, чтобы немного успокоиться.
— Это же в пятнадцать раз больше, чем вы предложили вначале…
— Да ты и в уме хорошо считаешь, — подколол Илья. — Какая невероятная блондинка!
— Хватит острить, умник. Но я всё равно прочитаю договор. Мало ли, что вы там дописали втихаря, — упрямо заявила я.
— Ух, как ты мне нравишься, Алиса! Но там ничего ужасного. Читай. И подписывай.
Вскоре я достала авторучку и поставила свою подпись на двух экземплярах договора, так как не нашла в тексте никакого криминала. Думаю, Степан тоже изучил и одобрил этот контракт, раз уж он взял это дело в свои руки. Значит, для меня здесь не может быть ловушки.
— Прямо рад за тебя, Алиса, — сказал Илья. — По крайней мере на первое время ты обеспечена, о деньгах можешь совсем не думать, будешь спокойно заниматься ребёнком. Тебе повезло, что папаша — нормальный мужик, адекватный. Видно, что он встал на твою сторону. Давай я провожу тебя домой, а то ты сейчас как пьяная.
Ещё бы! Получить такие деньжищи! Да я и не мечтала.
Дома я снова перечитала свой экземпляр договора и едва не разревелась. Эмоции зашкаливали. Илья сказал, что деньги поступят на счёт сразу же после праздников, когда заработают банки. Я не сомневалась, что медцентр не обманет и переведёт всю сумму, потому что иначе Демидов с ними разберётся.
Тёплое чувство к моему защитнику затопило грудь.
Какой же он упрямый! Я отказалась от его денег, тогда он зашёл с другой стороны: наехал на медцентр. Теперь нельзя сказать, что он заботится исключительно о ребёнке, а меня считает инкубатором.
Нет! Заставив клинику выплатить компенсацию, он сделал меня менее уязвимой. Ему было бы выгоднее, если бы у меня не было ни гроша за душой, и я всецело зависела от него, нуждалась в его помощи…
Теоретически, если захочу, теперь я могу отказаться от работы в «Монолите» и даже уехать в другой город. С семью миллионами не пропаду при любом раскладе, мне этих денег надолго хватит.
Но, конечно, увольняться и уезжать я не собираюсь.
…Минут пятнадцать гипнотизировала телефон, не решаясь набрать номер Степана. При мысли о том, что нажму кнопку и услышу в динамике его бархатистый баритон, внутри всё сжималось от волнения…
Наверное, я ошибаюсь, думая, что Степан не испытывает ко мне никаких чувств и воспринимает меня, как временное приложение к его ребёнку. Мы три раза занимались любовью, потому что каждый раз нас так сильно влекло друг к другу, что у обоих отказывали тормоза. Ведь это же не просто так!
Я сжимала в руке смартфон и понимала, что ужасно соскучилась по Степану — по его голосу, взглядам, прикосновениям, запаху… Даже если бы мы просто сейчас очутились в офисе, босс — в своём кабинете, я — в приёмной, уже и это доставило бы мне удовольствие.
Но нет… Так и не позвонила.
Демидов, конечно, поступил благородно, но это не значит, что я его простила.
*****Праздники никак не заканчивались, я уже устала отдыхать, хотелось поехать в офис и поработать. Всё же я люблю свою работу.
Но у меня появилось новое развлечение — теперь я зависала на сайтах недвижимости, искала себе квартиру. Славно, если у нас с малышом появится собственное гнёздышко. Машину тоже хочу, пусть не новую и не престижную. Но когда ты на колёсах, можно успеть в десять раз больше.
На улице стояла изумительная погода — тепло, свежо, ветрено, все газоны покрылись жёлтыми одуванчиками. В восемь вечера я пересекала двор, шла с остановки. На ходу расстегнула плащ, так как стало жарко. Заметила, что у меня изменилась походка. Теперь я уже не летала, как раньше, передвигалась степенно, осторожно.
Сегодня я съездила в гости к маме, надеялась, что смогу с ней поговорить, но так и не решилась посвятить в свою тайну.
Как признаться, что малыш, о котором она тоже мечтает, нам чужой?
Всё откладывала и откладывала этот разговор. Мама, конечно, тяжело воспримет эту новость, вероятно, будет плакать… Ладно, время есть, поговорю с ней позже.
Прямо у подъезда меня караулил… Виталик! Поднялся со скамейки и перегородил дорогу.
Вот же принесла нелёгкая! Видеть его не хочу.
У бывшего мужа — да, да, теперь он бывший, у меня уже восемь дней в паспорте стоит штамп! — был такой вид, что я испуганно попятилась и оглянулась в поисках поддержки. Как назло, кроме нас у подъезда никого не было. Неподалёку на детской площадке гуляли мамы с малышами…
— Зачем ты пришёл? Что тебе?
— Развелась со мной, надо же, — презрительно бросил бывший супруг. — А что теперь? Свободная стала, да? Губы-то как намалевала… И разоделась, как проститутка. Постеснялась бы — пузо уже вон какое заметное…
Я отступила на шаг и быстро запахнула плащ, чтобы спрятать округлившийся живот от Виталия.
— От кого этот ребёнок? От нового босса? Это он снимает тебе квартиру? Поэтому и на работу тебя взял? Давно ты с ним трахаешься? Сколько месяцев водила меня за нос? Когда начала обманывать? Шлюха!
Я в ужасе смотрела на искажённое злобой лицо бывшего. Не могла понять, куда исчез тот парень, в которого я была влюблена долгие годы? Его нет! Передо мной сейчас совершенно чужой человек. Пылает ненавистью и говорит гадости.
В ответ на оскорбление захотелось ударить посильнее. Жаль, что могла это сделать только словами:
— Да. Ты, как всегда, прав, — спокойно произнесла я, хотя внутри всё кипело. — Это ребёнок моего нового босса, Степана Андреевича. Он, между прочим, успешный бизнесмен, в отличие от тебя. Ты-то как? Не прогорел ещё — в сто пятидесятый раз? Анжела помогает тебе оплачивать кредиты или дала уже пинка под зад? Знаешь, Виталик, ты лучше держись от меня подальше, потому что Степан Андреевич — очень серьёзный человек, ему не понравится, что ты тут околачиваешься.
— Ах ты, сучка! — прошипел бывший. Он тяжело дышал, сжимал кулаки.
Виталий подскочил ко мне и схватил за руку. У меня заледенела спина и сорвалось дыхание. Сейчас я была очень уязвима: а если этот гад швырнет меня на асфальт или ударит в живот?
Я попыталась выдернуть руку и увернуться, но Виталий вцепился мёртвой хваткой, у него раздувались ноздри, а глаза налились кровью.
Но в этот момент, когда я уже была готова умереть от ужаса и ждала любой гадости от разъярённого негодяя, сзади хлопнула дверь автомобиля, и чья-то огромная тень метнулась в нашу сторону.
Степан — это был он — в одно мгновение отодрал Виталькину клешню от моей руки, развернул Мельникова к себе и коротко, без замаха, ткнул его кулаком в лицо. Удар был молниеносный и, если смотреть со стороны, вроде бы несильный. Но бывший муж клацнул зубами и с воплем улетел на пять метров. Приземлился на влажном чёрном газоне. Пока суетливо поднимался, весь извозился в грязи.