Игры судьбы (СИ)

Доезжаем мы быстро. Внутри всё неприятно сжимается от волнения, во рту становится сухо. Отвожу взгляд и натыкаюсь на неоновую вывеску с ровной надписью «Эверест». Подруга быстро расплачивается с водителем, и мы направляемся в огромное здание, которое почему-то отталкивает, и вовсе не из-за своего внешнего вида. Скорее, из-за тяжёлой атмосферы.
Внутри царит полумрак, играет ободряющая музыка, ароматы различных духов смешиваются с запахом алкоголя. Множество людей раскованно танцуют и весело смеются.
Морщусь и слегка вздрагиваю. Только пришла, а уже хочется уйти.
— Хэй, кто к нам пожаловал! — слышу за спиной радостный мужской голос.
Поворачиваюсь в сторону Андрея и начинаю улыбаться. Тёмные джинсы с серой рубашкой, взлохмаченные волосы и горящие бездонные глаза, которые при таком освещении кажутся совсем чёрными.
Маша первой начинает поздравлять именинника, лукаво вещает пожелания и вручает подарок, а затем, извинившись, направляется в сторону туалета.
— С днём рождения, Эндрю! — целую друга в щёку и осматриваюсь по сторонам.
— Фу, не называй меня так. Чувствую себя властелином голубой лагуны.
— А мне нравится. — прыскаю, когда одногруппник смешно кривит нос. — Держи, это тебе.
— Надеюсь, там что-то из разряда восемнадцать плюс. — Андрей внимательно рассматривает упаковку и с интересом крутит её в руках. На лице появляется самоуверенная улыбка, глаза подозрительно прищуриваются.
— Нет. Там кое-что получше. Откроешь позже, хорошо?
— Как прикажешь, госпожа. Кстати, я еле узнал тебя и изо всех сил сдерживался, дабы не присвистнуть от твоего необычного прикида. Ладно платье, но макияж и распущенные волосы… Это точно та Александра, которую я знаю?
— Естественно, от меня так просто не отделаешься. И не смотри на меня таким взглядом, мне итак некомфортно. Ты бы знал, что я сейчас испытываю.
— Машка заставила. — скорее, утвердительно произносит друг и оценивающе сканирует мой внешний вид. — Красиво, конечно, но, как бы странно это не звучало, мне больше нравится настоящая ты, с весёлыми пучками и нелепыми нарядами.
— Ну, тогда хотя бы можно посмеяться, да?
— Ай, читаешь мои мысли, Ванга. — смеется именинник и, невесомо взяв меня под локоть, отходит в сторону, в более тёмный угол с минимальным количеством людей. — Здесь разговаривать спокойнее. Машка сказала, тебе нужна помощь.
И когда она только успела? Усмехаюсь своим мыслям и, нерешительно подняв взгляд на Андрея, вкратце излагаю ситуацию.
— Без проблем, на выходных я весь твой, как и моя машина.
— Спасибо. — искренне улыбаюсь и облегчённо выдыхаю. Ощущение того, что со мной поедет одногруппник, действует крайне расслабляюще.
— А теперь, пойдём веселиться, не зря же пришли сюда.
Друг вновь берёт меня за руку и ведёт к кожаным диванчикам, за что я ему безмерно благодарна: в туфлях сложно не только ходить, но и стоять весьма затруднительно.
— А вот и мы. — усаживается на отдельное кресло. Здесь уже вольно расположились Маша с Женькой и ещё несколько однокурсников, чьи имена я не удосужилась запомнить.
Нам приносят напитки. Кажется, мне достаётся какой-то коктейль, разноцветный и не совсем приятно пахнущий.
— Пей. — насмешливо изрекает один из друзей именинника, смазливый блондин с едким взглядом, и подсаживается ближе ко мне.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Делаю короткий глоток. Приторно-вязкая жидкость обжигает горло, оставляя странное послевкусие.
— Артём. — представляется собеседник и изучающе смотрит на мое платье. От этого цепкого разглядывания хочется съежиться и закутаться в тёплый плед как можно глубже.
— Понятно. — безразлично отвечаю и продолжаю пить коктейль.
— «Понятно» и всё? А как же назвать своё имя?
— Клеопатра.
— А если немного подумать? — не скрывая своих эмоций, заливается парень противным звонким смехом.
— Извини, не умею этого делать.
Вдох, выдох. Становится слишком жарко. Услышав новый трек, Андрей и несколько однокурсников быстро встают и направляются к танцполу, в то время как Маша с Женькой куда-то убегают.
 
— А ты потанцевать не хочешь? — снова подаёт голос блондин.
Отрицательно качаю головой. Беру новый стакан с алкогольным напитком, закрываю глаза и залпом выпиваю содержимое, не обращая внимания на разговоры Артёма. В животе неприятно сводит, по пищеводу распространяется тошнота, губы подрагивают.
Какая гадость. Нелепо встаю и быстро направляюсь в туалет. Каблуки царапают пол, края платья поднимаются вверх, волосы лезут в лицо. Делаю ещё один шаг и врезаюсь в высокую фигуру.
— Простите. — мямлю, не решаясь поднять голову вверх. В нос ударяет знакомый аромат духов, и я начинаю хмуриться.
— Суворова? — хриплое дыхание Довлатова опаляет висок. Он спокойно придерживает меня за плечо и прожигает долгим взглядом стальных глаз.
Мысленно выругавшись, пытаюсь отойти назад. Приступ тошноты усиливается, перед глазами мелькают чёрные круги, а по телу распространяется мелкая дрожь. Последнее, что я помню — блестящий от неоновых подсветок потолок.
А дальше наступает темнота.
  
Глава 11
 
Пытаюсь пошевелиться, но тело будто наполнено свинцом. В глазах появляется резь, во рту распространяется горечь. Устало вздыхаю и чувствую приятный цитрусовый аромат с примесью морского бриза. Кажется, он исходит от постельного белья. Нехотя распахиваю глаза и расфокусированным взглядом натыкаюсь на белоснежный потолок с массивной золотой люстрой. И вот тут назревает проблема.
Резко принимаю сидячее положение и сразу жалею об этом: пульсирующие головные боли усиливаются, перед глазами мелькают разноцветные точки. Так, спокойно. Вновь открываю глаза и мельком пробегаюсь по незнакомой комнате. Нет, я точно не в общежитии. Пустые бело-чёрные стены, тёмная мебель в виде деревянного шкафа, массивного стола и огромной кровати, на которой, собственно, я и сижу.
Перевожу настороженный взгляд на своё тело, и из губ вырывается нечто нечленораздельное. На мне белая футболка и, судя по размеру, явно мужская. Хмурюсь и закусываю губу. Вот тебе и погуляла в клубе.
Чёрт, ничего не помню.
Приподнимаю края футболки и с облегчением обнаруживаю наличие белья. Эротичным его, конечно, никак не назовёшь: белое, с улыбающимся Микки Маусом посередине. Ну хоть что-то радует, ибо такие трусы кого угодно смутят.
Поворачиваю голову в бок и замечаю стоящий на тумбочке стакан с чистой водой. Знаю, что нельзя трогать незнакомые вещи, но жажда берёт верх. Осторожно притрагиваюсь ладонью к прозрачной поверхности и подношу к сухим губам.
— Сушнячок, да? — слышится насмешливый голос возле двери, и я от неожиданности прыскаю, выливая всё содержимое рта на кровать. Резко поднимаю глаза, не в силах вымолвить ни слова.
— Вы? — шепчу и ошарашенно смотрю на Довлатова, который, оперевшись на косяк двери, стоит со скрещенными руками на груди. На очерченных губах играет полуулыбка, в серых глазах задорно пляшут чертята.
— Собственной персоной.
— И это ваша квартира?
— Нет, что ты. Мы проникли в чужой дом, кокнули хозяина, и ты решила немного подремать. — невозмутимо говорит лектор и пожимает плечами, а затем, оторвавшись от двери, медленным шагом подходит к кровати.
— Очень смешно.
— Абсолютно солидарен с тобой.
— Почему я в вашей одежде? — хрипло произношу, наблюдая за тем, как преподаватель плавно садится рядом со мной. Лицезреть его в чёрных спортивных штанах и такой же футболке — непривычное дело.
 
— А ты что, ничего не помнишь?
Отрицательно мотаю головой, пропуская мимо ушей его неожиданный переход на «ты». Боже, вот это позорище. Натягиваю одеяло до подбородка, пытаясь прикрыть обнажённые участки тела.
— А как же страстные поцелуи, жаркая ночь любви. Это ты тоже забыла? — в усмехающемся мужском тоне сквозит еле заметное удивление.