Новый мир для Киани. Школа стражей 2 (СИ)

— И на что же мы менялись? — Боль не отступила, но я уже смог оградиться от нее и не обращать внимание.
— На одежду, книги. Еду она не принимала, ела мох и пила воду. Ухаживала за тобой.
— Ухаживала?
— Помогала с линькой, охлаждала твою кожу, не давала слугам Илиаса мучить тебя.
— Тогда почему я отдал её тебе?
— Рисрока помнишь? — Я кивнул, черного конта трудно было забыть, особенно после того, как он пытал и убивал первых жертв на моих глазах. — Он смог подкинуть этой крохе маг сеть, запускающую непереносимость драконов. Сеть ненормально отреагировала, и стала убивать девчонку. Чтобы спасти ей жизнь, ты позволил мне забрать её. Пообещав, что за это не будешь убивать и мстить мне.
— Почему тебе?
— Я заинтересовался этим ребенком. Такая кроха, но ее дар был уникальный. Как демон просто не устоял.
— Где она сейчас?
Демон дернулся, отвел глаза, но врать не решился.
— Она умерла. Сеть уже была активирована, и вдобавок в погоню увязались слуги Рисрока. Следы девочки затерялись, но, когда я решил отыскать ее, наткнулся на лагерь целителя, куда её направили. К сожалению, там все было уничтожено. Тела детей тоже были, но обожжённые до не узнавания. Мне сказали, что девочка не выжила. А жаль.
Я не чувствовал фальши, в голове все отупело от боли, я опустился на колени, понимая, что нет сил двигаться.
— Зачем ты пришел в школу?
— Девчонка, Наследница. Она владеет даром духа демона. Мне сказали — это мой предок, я хотел проверить.
— Твоя жизнь — хорошая цена за твоё любопытство?
— О чем ты?
— Я отпущу тебя сейчас. Раз обещал, но, если я почувствую тебя рядом с Наследницей, я уничтожу тебя! — Последние слова я произнес с рыком драконьего пламени, и демон попытался отползти от меня. — Уходи!
Осторожно, стараясь не провоцировать меня, Наргайл поднялся:
— Знаешь, я действительно хотел её спасти, — произнес демон. — Она была, как глоток жизни. Ты воспрял духом и даже был готов бороться за нее. Мне действительно жаль, что она умерла.
Демон ускользнул в портал, а я остался на земле раздавленный и оглушённый. Я вновь получил подтверждение, что был не один в плену, но то, что ребенок был связан со мной, шокировало меня. Ни одно живое существо, кроме самих драконов, не может влиять на чешую дракона, а этот ребенок смог, и он умер.
Я вытащил свой медальон, в котором хранилась моя чешуйка, измазанная в крови. Теперь я знал, откуда кровь и почему, но легче от этого не стало. Мысль о смерти того, кто был связан со мной, обессилела.
Мелькнула вспышка, и рядом со мной выскочила из портала матушка вместе со своим мужем. Увидев меня, они тут же бросились ко мне.
— Ар! Мальчик мой! Что случилось?
— Как ты нашла меня? — Простонал я
— Что за глупости ты спрашиваешь, я всегда на внутренней связи со своим ребенком! Что случилось? Почему ты здесь?
— Она умерла, она умерла, — голос сорвался на хрип.
Иво нажал на несколько точек у меня на голове, и боль отступила. Вот только на душе легче не стало.
— Ар, сынок, кто умер?
— Ребенок, ребенок, что был со мной в плену. Он умер!
— От чего? Что произошло?
— Сеть, её поразили сетью непереносимости дракона, и она умерла!
— Кто тебе об этом сказал? — Иво довольно грубо тряхнул меня за плечи. Матушка попыталась осудить его, но он одним взглядом остановил её. — Хочу тебе заметить, что со смертью кровная магия проходит сразу же.
— И что? — Меня мутило.
— А то, что чешуя с кровью все еще помогала тебе. Вроде бы как после смерти ребенка, тебя не напрягает?
Отчим потянул меня вверх, заставляя подняться. Я обхватил рукой медальон. Чешуйка в ореоле истинного пламени тихо стукнулась о стенку сосуда. И я согнулся пополам, изрыгая из себя содержимое желудка.
— Ар! — Матушка взволнованно окликнула меня.
— Все в порядке, — тут же успокоил её Иво. — Частичная ломка печати памяти. Сейчас заберем его домой, и укрепляющий сбор снимет последствия.
— Печать памяти? — Переспросил я.
— Да. Но об этом тебе лучше спросить своего отца. В любом случае она поставлена по его воле, вот пусть и объясняет, — холодно заметил Иво.
 
— Мама!
— Ар, Иво прав. О печати тебе лучше спросить отца.
Я разозлился, ведь знают его характер, зачем отправляют меня к нему.
— Её поставил Фарх! Лучше я спрошу его! — Я дернулся, но головокружение в голове от резкого движения чуть не сбило меня с ног. Иво и матушка подхватили меня под руки. Блеснул синевой портал.
— Ты, конечно, можешь спросить об этом Фарха. И даже, возможно, он тебе ответит. Но учти, это будут его последние слова тебе.
— Почему? — Я еле перешел портал, всем телом повиснув на отчиме.
— Когда ты проходил обучение в замке Истинного, Фарх явился, чтобы снять с тебя печать и вернуть память. Твой отец запретил ему делать это и наложил узы смерти от слова и дела. Если Фарх снимет печать без разрешения твоего отца, он умрет.
Меня, оглушенного этой новостью, усадили в кресло, а через пять минут вручили чашку с обжигающим отваром восстановления. Я сделал глоток и закашлялся. Мама присела рядом.
— После освобождения, ты бился в агонии. Печати спали, и твоё тело разрывалось от силы, что в неё влили. Отец принял это решение, спасая тебя.
— Спасая? От чего? Смерти? А ты знаешь, что этот ребенок связан со мной через чешую?
— Что? — Матушка и Иво потрясенно переглянулись.
— С чего ты это решил?
— Мне рассказали, что там, в пещере, я обменивал свою чешую на книги и одежду для ребенка. Ребенок был против обмена, и моя чешуя темнела при передаче.
Мама вскочила, заметалась по комнате. Иво перехватил её, обнял успокаивая.
— И что теперь? — Холодно спросил он. Я немного растерялся от его вопроса. — Бросишь все свои дела и начнешь его искать? Оставишь службу, Наследницу?
Упоминание Киани резануло по сердцу болью, и я сморщился.
— Да, согласен. Ребенок с долгом — это важно. Но прошло уже четыре года, а никто возврата не потребовал. Твоя чешуйка все еще излучает магию крови. И у меня нет сомнений, что ребенок из пещеры решил пойти своим путем.
— Предлагаешь забыть? — Спросил и тут же засмеялся. Как глупо это прозвучало, я и так все забыл!
Сделал пару глотков, не обращая внимание, что жидкость обжигает гортань. Зато в голове прояснилось.
— У тебя сейчас есть обязательства, — тихо сказал Иво. — Наследница. Прорывы. Если ты сейчас вернёшь себе память, то минимум на месяц не сможешь вернуть контроль сил, которые ты обрел. Твоя память сметет все линии контроля, что ты себе поставил. Ты готов к этому?
Я молчал. Киани. Закрыл глаза. Как же я хотел быть с ней. Признаться в своих чувствах. Добиться ответных. Я знал, что не безразличен ей. Сегодня на балу…
Допив отвар, отставил чашку в сторону. С трудом поднялся и направился к балконной двери.
— Ар! — Матушка потянулась ко мне, но я покачал головой.
— Я все понял. Не сейчас.
Не сейчас, не сейчас.
Ни любви, ни долга. Ни ответов. Только вопросы и разрывающее чувство сожаления, что гложет сердце. Я вышел на балкон. Глотнул свежего, морозного воздуха и тут же, расправив магию, взмыл в небо, не реагируя на зов матери.
Ребенок из пещеры. За четыре года мы встречались в моем мире только два раза. Но… Иногда я чувствовал чьё-то присутствие рядом, когда мне было плохо. И ощущал помощь и поддержку. Я усмехнулся. Мы действительно связаны, вот только даже в разлуке, ребенок помогал мне с поддержкой чаще, чем я ему. И опять же я не могу сейчас отправиться на его поиски, потому что не удалена опасность для Киани. Наследницы.
Киани. Даже когда я убью жрецов, я не смогу вернуться к ней и быть рядом. Мне нужно будет вернуть память, найти ребенка. Выплатить свой долг. Я не знаю, сколько времени это займет. Имею ли я право заставлять её ждать? Может, просто исчезнуть из её жизни сейчас? Ни обязательств, ни откровений между нами не было. Но мысль, что я покину эту девушку, болью сдавило грудь, и я в крике выпустил в небо столб огня.