Выскочка (СИ)

Грустно улыбнувшись самой себе, Лера взяла с тарелки бутерброд, кружку с чаем и села на старый диванчик перед телевизором. Совсем некстати зазвонил сотовый телефон в сумочке рядом. Как же не хочется ни с кем разговаривать! Скорее всего, это Мирра Соколовская. Будет приставать с заявлением, с тем, что его надо оформить по закону, что у них серьезная компания и просто так уйти нельзя. Лера вздохнула и взяла трубку.
— Лерочка, Лера, как хорошо, что ты все же решила взять трубку, — услышала она сбивчивый голос Андрея. — Открой мне, пожалуйста, дверь. Я уже полчаса не могу достучаться до тебя.
— Достучаться? А ты стучал? — по привычке поднялась она со своего места и шагнула в сторону двери.
— Ну, конечно, стучал! — словно опасаясь, что она захлопнет перед ним двери, Андрей ввалился в прихожую и крепко прижал ее к себе.
Оказавшись в его руках, Лера почувствовала, как улетучиваются все страхи и обиды. Оказывается, ей не хватало его. Какой же ранимой становится женщина, влюбляясь! Он целовал ее, прижимал к себе, снова целовал, а она лишь всхлипывала, сглатывая слезы, и шептала: «Как же хорошо, что ты пришел… как это хорошо…»
«Как ты могла подумать, что я оставлю тебя одну со всем этим?» — шептал он в ответ, и его слова терялись в жадных поцелуях.
«И ты не уйдешь?»
«Нет, никогда не уйду. Мы справимся с этим вместе. Ты и я.»
«Да, только ты и я …»
«Ты поедешь со мной? Наша гостиница не принесет мне одному ничего хорошего…»
«Поеду… а там найдется место для моих картин и красок?»
«Да хоть целый этаж…»
«Какая неслыханная щедрость… ну, тогда я точно поеду. А ты не будешь злиться на меня за сотрудничество с Александром Даниловичем?»
«С этим старым вечно пьяным пеньком? Нет. Не буду».
Их резкий шепот обрывался, руки сплетались в порывистых объятиях, и мысли терялись в захлестнувшем чувстве единения перед внезапно возникшим препятствием.
А на утро, разомкнув опухшие от слез глаза, Лера обнаружила рядом с собой Андрея.
— Доброе утро, принцесса, — услышала она его мягкий голос, и ее губы дрогнули в улыбке.
— Доброе. Только какая же я принцесса? У меня волосы спутались, и глаза опухшие, — ласково провела она ладонью по его небритой щеке.
— Как это какая? Самая настоящая, — прикоснулся к ее ладони губами Андрей и сел на кровати.
— Ну, раз так, то я сварю нам кофе, — заулыбалась Лера. — Только после того, как умоюсь.
Потом они долго сидели за столом в кухне-столовой и обсуждали возникшие проблемы.
— Единственно верный выход для тебя сейчас — это написать заявление об уходе из строительной компании, — сказал Андрей. — Но перед тем, как я отвезу тебя к Мирре Соколовской, мы заедем в твой банк и закроем кредит на машину. Сколько ты должна за нее?
— Двести тридцать восемь тысяч, — поёжилась Лера.
— Хорошо, мы сегодня же закроем твой кредит.
— А как я расплачусь с тобой? — тут же нахмурилась Лера.
— Никак. Мне достаточно того, что ты будешь рядом. Я хочу, чтобы ты чувствовала себя комфортно, пока будешь искать другое место. А можешь и не искать его вовсе. Займись картинами. Заключи договор с Александром Даниловичем, и выделим этаж в гостинице под твою галерею.
— Это все слишком просто, чтобы стать правдой. Прямо хэппи-энд какой-то, — недоверчиво посмотрела в его сторону она.
— Но так оно и есть. А в субботу мы вместе пойдем на свадьбу к твоей подруге.
— Ох, я и забыла, что свадьба в эту субботу! Мне нужно платье, и туфли, и… и я теперь безработная.
— Без пяти минут безработная, — улыбнулся ей Андрей. — Собирайся, поедем в банк. Платье и туфли купим позже.
…Лера никогда не доверяла мужчинам. Вся ее прежняя жизнь показывала, как сильно можно обжечься, возложив ответственность за собственное существование на чужие, пусть даже сильные, плечи. И сейчас, сидя рядом с Андреем в его внедорожнике, Лера пыталась просчитать самые невыгодные варианты собственного будущего, чтобы постараться перекрыть им дорогу в реальность. Интуиция подсказывала ей, что самый стабильный вариант с наименьшими потерями — уволиться с работы и переехать в Краснодар. Туда, где все знакомо и где можно спокойно устроиться на работу в маленьком рекламном агентстве. Рисовать наклейки для баночек томатной пасты и газировки, а по вечерам ваять свои картины.
 
Но этот очень привлекательный вариант полностью перечеркивали отношения с Андреем. Лера украдкой взглянула на его бесстрастное лицо и отвела взгляд. Он поступает неразумно, продолжая удерживать ее возле себя. Он думает, что, если увезет ее с собой и запрет на десять замков, это никак не отразится на строительной компании. А Лев Константинович, скорее всего, думает совсем иначе.
И уже вторые сутки Лев Константинович не может сомкнуть глаз. Он ждет. Все ждет, когда же Андрей перестанет вести себя, как глупый влюбленный мальчишка и явится наконец хотя бы в свой рабочий кабинет. Потому что и Леру и Андрея надо гнать в шею из компании за такое поведение. Но Антон Владимирович в своей Москве сидит и ждет звонка от партнера по бизнесу, и ему даже в самом странном сне не снится, что белокурый ангел, на которого рассчитан проект с телевидением, отказался подписать контракт. И отнял у Льва Константиновича самое дорогое — сына. А без Андрея кругом аврал. Поставщики стройматериалов не могут договориться с прорабом, рабочие тянут резину, и каждые сутки простоя на трех строящихся объектах обходятся в крупные суммы. Андрей умеет со всем этим справиться. Его на стройках боятся и слушаются, и он в один миг может разрешить ситуации с поставщиками. А теперь Андрея нет на рабочем месте второй день, и это в самый разгар строительных работ перед пляжным сезоном!
Льву Константиновичу нравилось, когда в его строительной компании царил порядок. А к хаосу, как и к неподчинению, он не привык. Ему нужна была всего лишь одна маленькая подпись на контракте. А Валерия Росткова устроила в его владениях какой-то балаган! И при этом умудрилась соблазнить Андрея, который никогда никого не любил и женщин не подпускал к своему сердцу на пушечный выстрел.
И теперь Лев Константинович теряет все: доверие Антона Владимировича, крупные денежные суммы, а главное, в семье произошел раскол, и он теряет Андрея. А все из-за кого? Из-за нее, Леры Ростковой. И этого глава строительной компании никогда ей не простит.
— Лера, ну что ты грустная такая? — прервал ее размышления Андрей. — Улыбнись мне хоть… а то будто солнце скрылось за тучами!
— Я думаю, — послушно улыбнулась она. Но получилось как-то натянуто.
— О чем?
— О той ситуации, в которую мы поставили твоего отца.
— Да что ему станет? Одним сотрудником больше, одним меньше, — безразлично пожал плечами Андрей.
— Он не простит мне предательства.
— О каком предательстве ты говоришь? Это Антон Владимирович должен был сначала спросить твое мнение, а только потом вкладывать деньги в этот проект с телевидением! — фыркнул Андрей. — Выходи, приехали.
В банке они управились довольно быстро и спустя тридцать минут выходили оттуда с кучей бумаг, в которых черным по белому было написано, что отныне Валерия Росткова является безраздельной владелицей своего автомобиля.
А еще через час Наталья Васильевна Карташова бегала, причитая, по своему собственному кабинету и отказывалась принимать заявление об уходе от ассистента дизайнера, той же Валерии Ростковой. Но за спиной Леры, скрестив руки на груди, стоял хмурый Андрей Сотников и твердил, что не принять заявление Наталья Васильевна не имеет никакого права.
— Но как же так? Как же так? — растерянно перебирала бумажки на широком столе Наталья Васильевна. — Андрей, ты сейчас заставляешь Леру сделать это из собственного эгоизма, но подумай о ней самой! Как она будет дальше? У нее же нет никого!
— В Краснодар уеду, — буркнула Лера. — Примите заявление, не нервируйте меня. Я способна позаботиться о себе сама. А разрываться меж двух огней я не в состоянии.
— У нее есть я, и этого, мне кажется, предостаточно! — перебил ее Андрей, и тут же прикрикнул: — И забудь ты про этот Краснодар!