Выскочка (СИ)

— А как давно у тебя с Андреем это началось? — спросила Мирра.
— Под Новый год. Он предложил вместе делать проект его гостиницы, и я согласилась. А дальше все случилось само собой, — Лера задумчиво смотрела на кончик дымящейся сигареты.
— А сама-то ты хочешь работать на телевидении?
— Если бы со стороны Антона Владимировича это было искреннее предложение, я бы ни минуты не раздумывала. Но в свете сложившихся обстоятельств подписать контракт означает быть нечестной по отношению к нему. Я так не могу.
Некоторое время девушки молчали.
— А знаешь что, Мирра? — вдруг оживилась Лера. — Позвони Льву Константиновичу и попроси найти мне замену. Ведь незаменимых людей нет, правда?
— Это еще как сказать, — нахмурилась та. — Но я попробую.
Лев Константинович был удивлен и обескуражен. А вернее, его сразила наповал глупость, которую, по его мнению, придумала Мирра Соколовская. Как можно отказываться от безбедного будущего, находясь в том положении, в котором пребывает Валерия Росткова? Ведь всем известно, что у нее почти не осталось родственников и что живет она только за счет работы в строительной компании. А работа на телевидении — это как минимум прекрасная зарплата, да и популярность. Так Лев Константинович и заявил Лере, вызвав ее к себе в кабинет вместе с контрактом час спустя.
— А с твоими внешними данными ты со временем сможешь вернуться в Москву! У Антона Владимировича там много знакомых в самых разных отраслях! — беспрерывно поправлял свои жесткие волосы с проседью Лев Константинович, бегая по кабинету вокруг сжавшейся в комок хрупкой девушки в черном платье. И чем больше он присматривался к ней, тем сильнее она напоминала ему об Анне, так некстати покинувшей этот мир почти два года назад.
— Но я не хочу в Москву, — как можно тверже отвечала ему Лера, про себя лихорадочно соображая, как еще объяснить всесильному Льву Константиновичу причину своего отказа, не открывая неприглядной правды про отношения с Андреем. — Меня устраивает мое рабочее место. И мне не нужна известность.
— А разве плохо иметь такого могущественного покровителя, как Антон Владимирович? Ты только подумай, какие возможности перед тобой это откроет! И общаться с ним придется не так часто — он бывает у нас в городе пару раз в месяц. Живи в свое удовольствие!
Лера лишь отрицательно покачала головой. Как же сложно порой объяснить свои чувства! А Лев Константинович даже не подозревает, что сейчас она защищает не только себя, но и его сына тоже.
— В общем, так, деточка. Пойди, погуляй по коридору и почитай контракт еще раз. А через десять минут вернешься, и мы подпишем его, — плохо скрывая раздражение, Лев Константинович вытолкал ее за тяжелую дубовую дверь. Ему всегда не нравилось в Анне именно такое упрямство. Ее было ничем не сломить. Вот и Лера стоит сейчас перед ним, такая хрупкая и милая, а в глазах горит холодный блеск, и ее не переубедить. А переубедить миловидного белокурого ангела просто необходимо. Потому что у Антона Владимировича в голове с некоторых пор появился пунктик насчет Леры, и от ее благосклонности во многом зависит лояльность московского партнера к делам в их городке. — Иди, иди, — подтолкнул он девушку к выходу.
Оказавшись в прохладном холле, Лера едва взглянула на сгорающего от любопытства секретаря Льва Константиновича и побрела в сторону финансового отдела. Вспомнила, как в первый раз пришла на прием к Андрею с документами Марты Сергеевны и как ее задело его презрительное отношение. Интересно, Андрей сейчас у себя? И почему она сразу про него не подумала? В конце концов, весь сыр-бор получился именно из-за их отношений, так почему бы ей не спросить совета напрямую у своего партнера?
Немного страшась реакции Андрея на свое появление, Валерия толкнула дверь.
— Лера! Какой сюрприз! — подскочил из-за стола Андрей. — Ты как здесь оказалась?
— Твой отец вызвал меня на ковер в связи с неподчинением, — ухмыльнулась она и присела на стул для посетителей.
- А что ты натворила? — озабоченно сел рядом Андрей и взял ее за руку.
 
— Отказалась подписать документ, передающий меня в безвозмездное пользование Антону Владимировичу, — криво усмехнулась Лера и протянула управляющему контракт.
— Что-что? — брови у Андрея поползли вверх. — Телевидение? Этого еще не хватало! С меня достаточно и твоих вечно пьяных дружков из художественной студии!
— Я отказалась, — успокоила его Лера. — Но твой отец считает, что Антон Владимирович в роли покровителя откроет для меня все двери и увезет со временем в Москву. Такой бедной девушке, как я, не стоит разбрасываться шансами. И он отправил меня в коридор погулять и подумать.
— Но это невозможно, — Андрей отложил в сторону контракт и поднялся. Он был белее мела, а в его глазах бушевала целая гамма чувств. — Я не потерплю других мужчин в твоей жизни.
— Я не посмела сказать твоему отцу, что люблю тебя, — сжала дрожащие руки Лера. — Я не знаю, как быть, Андрей. Мне очень жаль, что все так вышло. Но я много раз предупреждала тебя, что наши отношения плохо закончатся. Теперь меня точно уволят.
— Как же мне надоело слушать про это! — взорвался Андрей. — Поднимайся, давай проясним все вопросы, связанные с нашими отношениями, раз и навсегда!
Он крепко взял ее за руку и потащил за собой через просторный холл. Лера, спотыкаясь, умоляла остановиться. Но Андрей, объятый ревностью и злостью, даже не слышал ее. На вопросительный взгляд секретаря Андрей буркнул: «По личному вопросу»,— и уверенно толкнул тяжелую дубовую дверь.
Лев Константинович оторвал свой взгляд от бумаг, и недоброе предчувствие сковало его сердце. Андрей, не потрудившись захлопнуть дверь как следует, встал напротив отца и положил контракт ему на стол.
— Папа, разве в нашей компании торгуют людьми? — холодно начал он, а Лера села на свободный стул и от напряжения прикрыла рот ладонью. Она всегда знала, что рано или поздно это произойдет. Но сегодня утром у нее было такое хорошее настроение, и солнышко так мило пригревало, и ей совсем не хотелось, чтобы расплата наступила именно в этот день. Сейчас она потеряет Андрея навсегда, а вместе с ним и свое рабочее место, и больше не будет того стержня, на котором она держалась после возвращения из Москвы.
— О чем ты говоришь, Андрей? — таким же холодным взглядом смерил его отец.
— О контракте Леры и о твоих уговорах перейти в безраздельное пользование Антона Владимировича!
— Иметь покровителя называется безраздельным пользованием?! Для Леры это хороший шанс выбиться в люди и уехать отсюда! А для нашей компании благополучие сотрудников превыше всего! И я не понимаю, чем это задевает тебя? Да, у вас с Лерой получился хороший отель, но ваша совместная работа на этом подошла к концу! И она переходит на другой объект! Только и всего! — теряя терпение, уставился Лев Константинович на сына.
— Она не перейдет на другой объект, пока я здесь работаю! — хлопнул ладонью по столу Андрей.
— Так уходи! Что тебя держит? У тебя теперь есть собственное детище, его надо запускать и отбивать деньги, чтобы оплатить заем, взятый, между прочим, из совместных с Антоном Владимировичем средств, — с усмешкой посмотрел на сына отец.
— Если я уйду, то Лера уйдет вместе со мной, — спокойно отозвался Андрей и повернулся к зачинщице всего этого хаоса. — Я не отдам ее Антону Владимировичу.
— Это что за глупости такие?! Это что, заговор против компании?! — вскрикнул Лев Константинович, переводя взгляд с Андрея на Леру. И вдруг все понял.
— Этого не может быть… — не веря своей догадке, произнес он. — Ты что же, умудрился уложить ее в свою постель?! Да, Андрей? Да ты понимаешь, что своей интрижкой ставишь под угрозу целый проект?! Знаешь, сколько денег вложено в телевидение?!
Лера побледнела. Она и представить себе не могла, что ее ждет такое падение в кабинете главы кампании. Ей казалось, что у них с Андреем есть настоящее чувство, а его отец отозвался об этом как об интрижке, и только с точки зрения общей постели. То есть Лера — это просто безликая вещь, которую можно перекладывать из одного места в другое, возмущаясь лишь тем, что собственный сын замарал об это руки.