Магия и банды Токио (СИ)
Она вгрызлась в меня внезапно. Атаковала с трех направлений: иглы внутри черепа, огонь в паутине магических каналов и жуткое давление на магическое ядро в груди.
Я не выдержал и упал на колени. А затем вцепился зубами в предплечье, чтобы не заорать во весь голос. Во рту тут же стало тесно от скопившейся слюны, накатила тошнота от привкуса крови, но я все силы отдавал борьбе с собственным телом, а потом все вдруг взяло и закончилось.
— Ох, мать моя Аматерасу, что ж так больно-то! Почему магию нельзя изучать с выбросом в кровь всяких дофаминов? Произнес заклинание — получил дозу. Так нет же, нужно испытывать мои нервы на прочность, — Ворчал я, пока поднимался с пола.
— Кодзуки-сама! Я почувствовала… Что с вами, Кодзуки-сама?! — Раздался рядом обеспокоенный девичий голосок. Вот черт, даже не услышал ее шагов. Сильно меня, видать, торкнуло.
— А, все нормально. Очередной магический эксперимент, чтоб его приподняло да шлепнуло, — Раздраженно бросил я. Вышло скорее смешно, учитывая то, что я только-только вставал на четвереньки. Цуру даже не улыбнулась. Вот что значит настоящая преданность!
Я невольно хмыкнул своим мыслям и поднял голову. Перед глазами тут же показались веселенькие пижамные штанишки, а я в который раз пожалел, что вообще рассказал про такой вид одежды. Спала бы в нижнем белье и радовала мои глаза.
— Ваш гримуар..! — Я поднялся на ноги и теперь мог лицезреть удивление на заспанной мордашке моего первого вассала. Умилившись картине, я перевел взгляд на свою книгу, и на лицо сама собой наползла довольная улыбка. В середине обложки, на том месте, где была выдавлена круглая полость, теперь переливался лазурным цветом оттиск стихии. Вода. Ничем другим эмблема быть не могла.
— Как красиво! — Восхищенно сказала девушка. Я молча с ней согласился. Мой медиатор теперь выглядел совершенно по-другому: все еще книжка в черной обложке, но назвать ее мрачной или неприятной уже не поворачивался язык. Максимум — таинственной. А все благодаря красивому знаку стихий посередине.
Он выглядел весьма примечательно: как символ Инь-Ян, только вместо привычных черного и белого цветов — спокойная лазурь Ян, что переходит в штормовое море Инь. С подобной эмблемой книга уже не выглядела монохромно, наоборот: черная кожа как бы оттеняла центральную синь, делала ее ярче, заметнее. В итоге, конечный результат действительно притягивал взгляд.
— Значит, вода, — Пробормотал я, пока Цуру следила за переливами внутри оттиска и наклоняла голову то в одну, то в другую сторону, — Уже хорошо.
Вместе с землей — самая универсальная стихия. А то выпало бы мне какое-нибудь дерево, и что бы я делал? Нет, понятно что — посмотрел в книге, но про воду я знаю куда больше. И в целом, и в связи со всяким оккультизмом.
— Кодзуки-сама, а вы не чувствуете ничего странного? — Вдруг спросила меня девушка, когда вдоволь насмотрелась на игру света водной эмблемы. Я убрал гримуар, попытался сосредоточиться на организме, но не ощутил ничего особенного.
— Да нет, все в порядке… — Я попытался сделать шаг вперед, однако едва не упал. К счастью, птица-оборотень успела подхватить меня под локоть.
— Это что еще за фигня? — Неприятно удивился я. Откуда ни возьмись появилась слабость, одышка, по телу прошел легкий озноб. И вместе с этим — где-то в районе солнечного сплетения стало зарождаться новое, доселе неведомое мне чувство. Я мог ощутить, как капает вода из-под крана, как бурлит закипающая в чайнике жидкость, как едва заметно дрожит поверхность остатков чая в гостевой кружке, вибрируя вместе со звуками на кухне. Ощущение быстро пропало, но не исчезло бесследно. Скорее затаилось где-то внутри моего организма.
Первая моя мысль после осознания нового чувства, в дополнение к остальным пяти, оказалась довольно глупой: «Надо будет помыть чертову кружку. Еще позавчера отставил после ухода Рю, да так руки и не дошли. Плохо. Я теперь чувствую, как в ней начинает зарождаться новая жизнь…»
Мой тупняк прервала стоящая рядом девушка:
— Эта необразованная Цуру плохо знает человеческую магию, но, кажется, Кодзуки-сама можно поздравить с обретением стихии! — Девушка радостно захлопала в ладошки, но потом зевнула и смутилась. Какая милота.
— Спасибо, — Я тяжело опустился на стул, — Кажется, следующие несколько часов придется прожить без магии.
— Эта прилежная Цуру дала бы полдня. У вас, господин, типичное магическое истощение. Даже у старейшин Журавлиного Клина она восстанавливается по шесть-семь часов.
— Клина? — Недоуменно переспросил я, а потом сам же себе и ответил, — А, твоих соплеменников. Типа птичий клин. Забавно. Потом надо будет поспрашивать насчет… — Девушка как-то разом погрустнела и я тут же съехал с темы:
— В смысле, заодно и сравним скорость восстановления. Ты пока иди умывайся, а я посмотрю, что тебе сделать на завтрак. Откроешь шкафчик, там будет новая щетка и… — Я посмотрел в ее чистые, невинные глаза и понял, что она в принципе не подозревает о существовании каких-то там щеток. Пришлось идти и показывать.
Пока Цуру умывалась, я успел быстренько пожарить яичницу да вскипятить воду. Пусть сама выбирает что пить: чай, кофе, asahi super dry… Ох, шучу, конечно. Я не настолько добрый, чтобы делиться с ней пивом. Да еще добытым с таким трудом.
Подошедшая ко мне птица-оборотень казалась смущенной, но за стол все же села. Оказывается, это она должна мне готовить пищу. Вот только в их «клине» никто ее обучением бытовым мелочам не заморачивался, а сама девушка могла разве что чай заварить. И то, по упрощенной церемонии.
А уж всякие продвинутые скилы, типа разогревания еды в микроволновке, варка круп, макарон или пельменей, а также священное таинство заваривания бич-пакетов прошли мимо нее. Чувствую, я еще намучаюсь с ней.
— Кодзуки-сама, а вы ели другое, — Цуру с любопытством посмотрела пустой картонный стакан из-под «Cup Noodle», но тут же смутилась и затараторила:
— Эта жадная Цуру благодарна Вам за завтрак и будет есть любую еду…
— Успокойся, я тебя не объедаю. И не злюсь из-за таких мыслей, — Хмыкнул я, — Яичница более здоровая и сытная пища. То, что перед тобой, это так называемый «фаст фуд». Быстрая еда, если переводить. Ее не нужно готовить, но она менее вкусная и куда менее полезная. Ну, обычно. Этот рамен еще ничего. Готовить я тебя еще научу, но позже, — Я предугадал ее следующий вопрос/просьбу.
— Сейчас тебе нужно привыкнуть к людской жизни. Научиться пользоваться приборами, понять ход мыслей людей, их менталитет, культуру и так далее. Сначала основы, потом продвинутый вариант.
— Эта наивная Цуру поняла вас, Кодзуки-сама, — Все еще смущенно сказала она. Видимо, ей претила роль нахлебника, которым она по сути сейчас и являлась. Несмотря на все свои вассальные клятвы.
— Потом поможешь мне выбрать концепцию для стихии. Может ответишь на пару вопросов. Я в мире магии новичок, так что твои знания для меня гораздо ценнее бытовых навыков, — Подсластил я пилюлю.
— Эта одаренная Цуру обязательно будет вам полезна, — Как и ожидалось, возможность проявить себя успокоила ее лучше, чем всякие увещевания и рациональные доводы, — Я уже поела, так что можем приступить прямо сейчас! — Загорелась она энтузиазмом. Слишком рано.
— Это все будет позже, — Обломал я птицу-оборотня, — Сейчас мне придется отойти по делам на полдня. Доедай и… Блин, ты что, всухомятку ела? — Девушка вильнула взглядом в сторону, а я тяжко вздохнул и потер переносицу.
— Слушай, Цуру, я ведь говорил тебе предупреждать меня о своих потребностях. В конце-концов, я уже давно живу один (ага, больше, чем ты на этом свете), и могу забыть о чужих потребностях. Вот сейчас я просто хотел спросить, какой напиток ты хочешь, но отвлекся. В следующий раз спрашивай меня, ладно? И еще…
М-да, легко здесь не будет. Ожидаемо, но все равно слегка неприятно. Девушка чихнуть боиться в чужом доме, и быстро такое не перебить. Минимальные блага придется ей буквально впихивать, но с остальным можно разобраться более плавно. Посмотрим по ходу.