Любовь и кабачковые оладьи (СИ)

— Марина…
Он порывисто протянул руки и прижал девушку к себе, плед соскользнул на бетонную дорожку.
— Мариш, — прошептал он, зарываясь в ее волосах.
Марина подняла голову, губы встретились. Вот и их первый настоящий поцелуй — сначала робкий, нежный, потом горячий, страстный, обжигающий, крышесносный. Подхватив плед и завернув в него Марину, Андрей поднял свою любимую ношу и понес в дом.
— Может все-таки чай? — промурлыкала девушка, когда он проносил ее мимо кухни.
— Лучше кофе, завтра утром.
И Андрей понесся вверх по скрипучей лестнице. В мансарде их ждала уже нагретая Мариной постель. И здесь его прекрасная гостья оказалась для Андрея тоже загадкой: с одной стороны она была робкой неопытной девушкой, и он это чувствовал, ощущал под пальцами легкую дрожь бархатной кожи, но с другой — она отчаянно кидалась в новый, неведомый ей мир, отдавалась его рукам, смело шла ему на встречу. И от этого у Андрея кружилась голова, а желание накрывало все новыми яркими волнами. «Маришка, Мариша», — шептал он и искал в темноте ее губы.
А потом они лежали, обнявшись, и молчали, иногда очень приятно просто вместе молчать… и слушать, как в окно бьется ночная бабочка. Андрей легонечко дул в милый висок, отчего мягкие пряди плясали на девичей щеке. А Марина небрежно водила пальчиком по покрытой легкими завитушками мужской груди, и хотелось мурлыкать не хуже соседского кота, завистливо мяукающего где-то в кустах.
  
11
 
— Андрюш, вставай, — сквозь дрему долетел до него ласковый голос.
Андрей приоткрыл один глаз, Марина, немного взъерошенная, с розовыми от смущения щечками, в легком халатике стояла возле кровати.
— Привет, — улыбнулся Андрей.
— Привет, — прилетела ответная улыбка. — Вставай, опоздаешь.
— А который час? — Андрей с трудом открыл и второй глаз.
— Полшестого. Вставай-вставай, — протянула она руку, чтобы потрясти его за плечо.
— Ну, так у нас еще вагон времени, — дернул он Марину за руку, опрокидывая на себя.
Она взвизгнула, они начали в шутку бороться. Конечно, Андрей победил. Халатик полетел куда-то на пол.
— Опоздаешь, — шептала она, но при этом крепко обнимая его за шею и целуя мочку уха.
— Будешь так делать, вообще никуда не поеду, — пригрозил Андрей, довольно откидываясь на подушку.
— Андрюш, а ты… — Марина замялась.
— Что я? — наклонил он голову.
— А ты не будешь свидетельницу целовать? — Андрею было забавно видеть обеспокоенное Маринкино лицо.
— Ну, не знаю, если заставят, — протянул он, хитро прищуриваясь.
— Уши откручу, — с очень серьезным видом проговорила Марина.
— Тогда не буду, как-то без ушей не охота ходить, — хмыкнул Андрей.
И они опять стали целоваться.
В квартиру к Витьке Андрей влетел без пяти девять. «Успел!» — выдохнул он, сбрасывая ботинки в прихожей, и на ходу кивая многочисленной родне Скориковых.
— Ой, Андрюша, ты зачем разулся? — покачала залаченной головой тетя Галя. — Мы здесь так ходим. Да уж выходить пора. Ты завтракал? Бутерброды на кухне.
В спальне от стены к стене, весь при полном параде, в кремовом костюме курсировал Витька, явно нервничая. Юрка, развалившись на кресле, задумчиво жевал бутерброд с икрой. Колян обносил открытую коробку конфет, со снисходительной усмешкой бывалого супруга глядя на взведенного жениха.
— Наконец-то! — кинулся на вошедшего Витька. — Ты где бродишь?!
— Да я вроде не опоздал, — улыбнулся своей пунктуальности Андрей.
— Мог бы и пораньше, — буркнул жених. — Это тебе цветок, в петлицу цепляй. Это деньги на выкуп — здесь мелочь, здесь покрупнее.
— В смысле выкуп? — опешил Андрей.
— Не перебивай. Кольца во внутренний карман положи. Демыч, не потеряй! Это самое важное.
— Да не потеряю, — отшатнулся от Витькиного напора Андрюха. «Хорошо, костюм надел, кольца есть куда пристроить».
— Дай ключи от своей тачки Коляну, — приказал жених.
— Это зачем? — испуганно глянул Андрей на жадно тянущуюся к нему Колькину руку.
— Ты со мной в лимузине едешь, а у нас гости не помещаются. В твою Юрца посадим, Лерку с Коляном и потом еще подружки Жанны сядут. Коль, бери ключи, дуй ленты цеплять.
 
— Юра, бери ключи, — проигнорировал Кольку Андрей. — И за рулем поедет Дубцов.
— Ну, я же говорил — он мне не доверит, — встал в картинную позу оскорбленного Колька.
— Это не обсуждается, — отрезал Андрей, вкладывая ключи в руки Юрке.
Друзья ушли превращать скучную Андрюхину машину в гламурный свадебный автомобильчик. Жених со свидетелем остались одни.
— Лера просила посадить Кольку за руль, чтобы он не напился, — с укором сказал Виктор.
— А машину новую она мне потом купит? — приподнял бровь Андрей. — Чего, братан, волнуешься?
— Да есть малость, — Витька подошел к окну, — и лимузин все никак не подъедет. А ты чего так поздно? Я думал, ты раньше всех придешь, — в голосе звучала детская обида. Так давным-давно Витька обижался, когда Андрей по дороге в школу заходил первым за Юркой, а не за ним.
— Пробка была.
— Из подъезда в подъезд перейти, — надулся Витька. Они по привычке и новые квартиры купили в одном доме.
— Я с дачи, — улыбнулся утренним воспоминаниям Андрей.
— Не стыдно брехать? Я твою машину вчера на парковке видел, проспал, так и скажи.
— Она соскучилась, я и сорвался ехать. Успел же, вон еще лимузин твой ждем.
— В смысле она? — как-то странно дернулся Витька.
— Она, — счастливой улыбкой расплылся Андрей.
— У тебя девушка появилась? — показно засуетился Витька, в десятый раз проверяя карманы.
— А что у меня девушки не может появиться? — теперь обиделся Андрей.
— А у тебя с ней серьезно или…
— Да что вы все ко мне пристали! — взвился Андрюха.
— Демыч, ну ты, если что, на нас не обижайся. Мы же не знали, — бросил уж очень странную фразу Витек.
Андрей хотел спросить, что тот имел ввиду и на что ему не надо обижаться, но тут в комнату ворвалась тетя Галя:
— Сынок, лимузин приехал! Выходим, — она порывисто обняла сына, перекрестила и, наклонив голову, поцеловала в лоб.
— По коням! — горланил в прихожей дядя Женя.
«Начинается!» — отчего-то разволновался и сам Андрей.
У Жанкиного подъезда жениха со свитой уже ждали. Подружки невесты, хихикая и шушукаясь, плотной группкой перекрывали дверь, явно не собираясь запускать гостей просто так.
— Давай, торгуйся, — подтолкнул сзади Андрея Колька.
— У вас товар, у нас купец, — ляпнул первое попавшееся свидетель. — Девчонки, мы за невестой, пропускайте.
Он попытался протиснуться между подружками, но не тут-то было. Все они имели на Андрюху зуб, поэтому с удовольствием оттоптались по его начищенным ботинкам.
— Девочки, мы заплатим, — подал робкий голос жених.
— Другой разговор, выстилаете дорожку из денег до квартиры и невеста ваша.
— Ничего себе! — полетело среди группы поддержки жениха.
— Да ну ее, Витька, пошли подешевле поищем, — влез в торг Колька.
— Уйди! — рявкнул на него жених. — Мы согласны. Демыч, стели.
«Стели, — пробормотал Андрей, — денег надо было больше давать!» Одно радовало, что невеста жила на третьем, а не на девятом или тринадцатом этаже. Начал дружка с мелочи, широко отставляя одну монетку от другой.
— Эй, это жульничество, так не пойдет! — закричала круглощекая то ли Надя, то ли Ната, носком пододвигая монетки ближе.
— Дамы, мы так в ЗАГС опоздаем, — до обморока нервничал Витька, чуть не припрыгивая за спиной Андрея.
Мелочи хватило на один пролет, в ход пошли бумажки. Андрюха чувствовал себя Кисой Воробьяниновым, разбрасывающим баранки. Купюры закончились на втором этаже. «Тысячи три простелили».
 
— Девочки, нет больше, — он демонстративно вывернул карманы.
— Тогда пусть жених вспоминает, за что он любит невесту и втыкает по зубочистке в яблочко, пока оно не превратится в ежика, — предложила садистский конкурс Надя-Ната.