Ведьма в свободном полете (СИ)

Обошла почти весь дом, даже заглянула на чердак, сумев пробраться мимо груды мусора. Ничего и никого. Впрочем, поиски привели к интересному открытию: в доме имелся подвал, и он был заперт. От массивной металлической двери тянуло странной магией, не светлой, но и не ярко выраженной темной. Где-то я уже с такой сталкивалась.
Я провела ревизию ящиков с мелочевкой, на кухне и в комоде на втором этаже, перекопала их содержимое, нашла массу полезных вещей, от ржавых гвоздей до пожелтевших листков из книги «О вкусной и здоровой пище», но не ключ от подвала.
Однако место, где прятался таинственный режиссер «психического пфеномена», уже не было секретом. Я была полностью уверена, что злоумышленник заперся в подвале изнутри, сидит там и планирует новое представление.
Меня все же больше беспокоил другой момент, гораздо более прозаический. Нужно было во что-то переодеться и чем-нибудь подкрепить силы. Теперь я очень хорошо понимала Арчи, постоянно что-то жующего и литрами пьющего тонизирующий зеленый чай. Темная холодная магия – самая энергозатратная для ауры визарда. Недаром Галада ограничивала меня в еде и не давала подкрепить силы стряпней домовушек – ведьма ждала, когда я истощусь и прибегну к светлому чародейству.
Конечно, в поселке был магазин, но, оценив свой вид в потемневшем зеркале (свитер поверх вечернего платья и босоножки), я была вынуждена признать очевидное: я привлеку к себе не просто внимание, а ВНИМАНИЕ. В моей ситуации это было бы лишним. Я знала, что в несвед-мир не построишь таргет-портал и перемещение магическим «жучком» не отследишь, но есть ведь более банальные способы узнать, где я могу прятаться. Например, наведаться в деканат и просмотреть документы. Где-то в моем деле хранится мое заявление на выдачу бесплатного жилья.
Желудок бурчал, кожа покрылась пупырышками – аура медленно восстанавливалась, но я все равно начала мерзнуть от голода. Тогда я вышла и прогулялась по саду, под теплым весенним солнышком. В голове зрела решимость пройтись хотя бы до дома дяди Пети. А пока… пока пришло время вспомнить одну очень интересную пару по метаморфозам. Полезный все-таки предмет оказался.
Старая яблоня откликнулась почти сразу же: среди слабеньких молодых листочков на ветке набухло несколько цветочных почек. Раскрылись нежно-розовые лепестки – вокруг них закружились ранние пчелки. И вот уже с десяток крошечных кисловатых яблочек осыпались в подол свитера. С каждым кусочком в меня вливалась энергия. И даже желудок не выказал недовольства от столь странной диеты. В яблоках были не только питательные вещества и витамины – в них была сила Источника, накопленная яблоней за многие годы.
Я поблагодарила дерево прикосновением. Подпитала его светлой магией, прогнала прочь ауру тоски и отчаяния. Осмотрела сад ­– оценила фронт работ. ­­По крайней мере, скучать мне в доме не придется, заняться есть чем.
Я жевала яблочки и не замечала, что за мной наблюдают. Но потом дядя Петя вывалился из кустов и с благоговением пробормотал:
— Госпожа ведьма. Простите, что сразу не признал.
…Ситуация наладилась в том смысле, что дядя Петя притащил мне чайную заварку, сахар, пачку печенья с изюмом, пару котлет, хлеба и кринку парного молока. Молоко пришлось очень кстати. Я физически почувствовала, что с каждым глотком «белого золота» в меня вливаются силы. Теперь главное, чтобы ценный продукт животноводства не вступил в реакцию с не менее ценным, ранее употребленным продуктом садоводства.
— Ото ж… — умиленно бормотал дядя Петя, наблюдая за тем, как я опустошаю кринку, — … ведьма как есть. В былые времена ваше племя по селам промышляло, самых жирных буренок насухо сдаивало. Да и сейчас… бывает.
— Это не мы, — оторвавшись от молока и вытерев белые «усы», сыто и благодушно сообщила я. — Это другие ведьмы… плохие, короче.
— Не вы, не вы, — покладисто закивал дядя Петя. — Кто ж спорит? А по поводу одёжи и пропитания что-то придумать нужно. Моя супруга, — мужичок поежился, — вряд ли вам, госпожа ведьма, с моей стороны материальную помощь одобрит, строгая она у меня. Скажу-ка я в поселке, что вы от хмыря свого сбёгли, в чем были, в том и сбёгли. С кем не бывает? Бабы пожалеют, поделятся, кто чем может.
 
— Ага, — сказала я, — хорошая легенда, жизненная. Только есть одна проблема. Мой хмырь… а вы его тут видели, со мной приезжал… если приедет и такое о себе услышит… честно говоря, сама не знаю, как отреагирует.
Дядя Петя, видимо, представил маскулинного Юда во всей его красе и погрустнел. Однако за первой идеей не замедлила явиться вторая, более удачная.
— А что если вам, госпожа ведьма, — мужчина деловито прокашлялся, — услуги свои ведьминские в поселке предложить?
— Это какие? — заинтересовалась я. — Отвораживать-привораживать не возьмусь, нам запрещено.
— Да нет, тут такое вряд ли попросют, в поселке семейные все, благополучные, шуры-муры крутить, попусту время тратить – это увольте, не по-нашенски, не по-перпедыжевски. А вот в других областях, — дядя Петя важно поднял вверх палец, — проблемы у всех найдутся.
Я задумалась. Если потихоньку начать работать…хм… по профессии, пользуясь небольшими своими новообретенными талантами, то, возможно, что-то и выгорит.
Выяснилось, что в своей ежедневной рутине (включающей традиционный утренний опохмел) дядя Петя много передвигался по дачному поселку. Он был в курсе всех бед и радостей дачного люда. И первой, о ком он вспомнил, была девушка по имени Алиса.
… Она пришла примерно через полчаса после ухода дяди Пети. Вздохнула на пороге и решительно вошла, удивленно оглядываясь. На вид ей было около тридцати. Я оценила и простые на вид брюки и рубашку из хорошего хлопка, и туфли без каблука, явно из дорогого каталога, и аккуратную стрижку с той самой «натуральной» небрежностью и идеальным блондом.
На меня Алиса посмотрела с вежливым безразличием. Это я тоже оценила. Люблю людей с хорошим воспитанием.
— Вот, — девушка протянула мне холщовую сумку. — Я хотела деньгами, дядя Петя сказал – вещами. Кажется, мы одного роста, но вы худее. Все почти новое. В последнее время я слишком увлеклась шоппингом, там на многих вещах бирки.
— И помогает? — вырвалось у меня.
— Нет, — губы Алисы искривила жесткая улыбка. — Ничто не помогает, даже шопоголизм и алкоголизм. Так странно. Я только подумала, что пора обращаться к… нетрадиционным методам, и тут появились вы.
— Давайте я переоденусь, — предложила я, со словами благодарности приняв пакет. — И вы мне все расскажете.
Я закрылась на кухне и выбрала из стопки действительно новых и качественных вещей джинсы и длинную рубашку. С чувством облегчения провела рукой по мягкой ткани. Помощь пришла, откуда не ждали.
— А с вами что приключилось? — крикнула Алиса. — Простите, если лезу не в свое дело.
Сквозь полупрозрачное окошко на двери было видно, как она с интересом осматривает старинные напольные вазы в коридоре.
— Никаких проблем. Все просто. Отец женился на даме, с которой у нас разногласия в плане… аспектов метафизического характера. Конфликт разгорелся, мне пришлось срочно поменять место жительства. И вот я здесь – без одежды и денег. И вернуться за вещами пока не могу, папочка очень зол на меня… полагаю.
— Понятно, — отозвалась Алиса. — Я в студенческие годы много куролесила, один раз из дома сбежала. Сейчас вспоминаю – смешно, по сравнению с моими текущими проблемами.
— А вот с этого места поподробнее. Чаю?
… Чай я заварила в пузатом красном чайнике в крупный белый горох. Заварка была смешана с мятой. Печенье было недорогим, овсяным, но свежим и вкусным.
 
— Наконец-то я могу рассказать все и не бояться, что меня посчитают чокнутой, — тихо проговорила Алиса, едва прикоснувшись губами к краю чашки.
— Совершенно верно, — кивнула я.
И девушка начала свою историю.
Алиса родилась в обеспеченной семье. Это был как раз тот случай, когда интеллигентность прекрасно уживается с умением делать деньги на своих знаниях. Учеба в престижной школе, потом крупный вуз, любимая профессия. Алиса выбрала редкое по тем временам направление, медиа-дизайн, и тоже не прогадала. После вуза она работала исключительно на себя, ни от кого не зависела и не испытывала недостатка в предложениях от крупных компаний.