Первоклассная учительница, дракон и его сын (СИ)

Господи, о чем я только думаю! Это вино виновато, только вино...
- Ты ведь любил ее, - сказала я. - Возможно, они думали, что смерть жены так тебя подкосит, что ты не сможешь работать дальше. Уйдешь и больше не будешь искать тех, кто собирает магию и создает прост. проср.
Я закрыла рот ладонью. Икнула. Нет, все-таки вина было слишком много. Кайлен откинулся на спинку стула и стал смотреть на небо - звезды проступали в бархатной синеве.
Кажется, я заговариваюсь. Кажется, я полная дура. Хотелось верить, что наутро все это забудется.
- Сказать тебе честно? - предложил Кайлен. Я кивнула.
- Конечно. Иначе зачем это все?
- Я никогда не любил Айви, - припечатал Кайлен. С меня моментально слетел весь хмель. Нет, кажется, господин дракон изволили укушаться в дрова. - Мы поженились потому, что так решили наши родители. Она была. - правая рука Кайлена сжалась в кулак. Разжалась. - Она была совсем не такой, как другие драконицы. Тихая, спокойная, ласковая. Я ее жалел. Но любви не было. Благодарность за сына и за то, что она была рядом, какое-то душевное тепло, поддержка. но не любовь. Нет.
Некоторое время мы молчали. Мадс катал хлебный шарик по скатерти. Кайлен смотрел в небо, словно ждал, что кто-то там, наверху, почувствует его взгляд. У меня в душе было холодно и пусто.
Не любил. Почему тогда ему настолько больно?
- Должно быть, поэтому вы так часто ездите на кладбище, - негромко произнес Мадс. -Вам до сих пор стыдно за вашу нелюбовь.
Стыдно за нелюбовь? Разве такие люди, как Кайлен аш ан Тан, способны стыдиться подобных пустяков? Не любил, да - но заботился, берег, никогда и ничем не обидел. стоп.
- Как сказала Райна, когда приезжала сюда? «Помнишь наш отель? Мне казалось, что мы с тобой были там счастливы», - процитировала я. - Дело ведь не в стыде за нелюбовь. Дело в стыде за измену?
Кайлен посмотрел на меня так, что я сразу же нестерпимо захотела спрятаться под стол и закрыть голову руками. Возможно, мне не следовало так говорить, тем более, при Мадсе, но. Но и промолчать я не могла.
- Я тогда уехал по работе, - глухо ответил Кайлен. - Командировка на несколько недель... и она меня так вымотала, что я дышал-то через раз. А в последний день я пришел в свой номер в гостинице - и там была Райна. В моей постели.
Он устало провел ладонями по лицу, и я поняла, что в тот раз он не упустил свой случай. Кайлен не из тех, кто не обращает внимания на то, что плывет ему в руки - он сперва хватает, а потом разбирается, нужно ему то, что он схватил.
- Уже на следующее утро я об этом пожалел, - продолжал Кайлен. - Вернулся домой. перед этим сказал Райне, что если моя жена об этом узнает, то я оторву ей голову, и меня не остановит то, что она фрейлина королевы. Никто ничего не узнал. Райна понимает, что я не шучу такими вещами.
Я понимающе улыбнулась. Кажется, сериалы, которые я смотрела в родном мире, пошли мне на пользу.
- У нас есть мотив, господа, - сказала я. - Прямо железобетонный мотив.
  
Глава 8
 
Портрет Айви до сих пор висел у Кайлена в комнате.
Я никогда не была здесь - да и с чего бы мне сюда заходить? Но Кайлен открыл дверь, сразу же вспыхнули золотистые светильники, и послышалась едва уловимая музыка: дом приветствовал хозяина.
- Прошу, - негромко произнес Кайлен. - Взгляни, раз уж тебе так хочется.
Я вошла, стараясь не таращиться по сторонам и не показывать, насколько все это мне интересно. Это был странный интерес. Его не должно было быть, но я чувствовала, как что-то царапается в груди, шепча: посмотри, посмотри.
Самая обычная комната. Как раз такая, какая должна быть у мужчины уровня Кайлена аш ан Тана. Дорогущая мебель, ковер, по которому так мягко идти, картина.
Айви держала в руке пионы и смотрела на меня так, словно хотела загадать загадку. Платиновая блондинка с ярко-голубыми глазами, она не выглядела ни гордой, ни пошлой. Обычная молодая женщина. Я остановилась рядом с портретом, и мне вдруг почудилось, как незнакомый голос прозвенел в моей голове: значит, теперь ты заботишься о моем сыне? Береги его, он хороший мальчик.
 
«Конечно, я буду его беречь, - подумала я так, словно со мной действительно заговорил призрак Айви. Доброй, красивой и нелюбимой. - Я сделаю для него все».
«И Кайлена береги тоже, - теперь печальный голос звучал совершенно отчетливо, и я готова была поклясться, что это не мои мысли. - Он достоин любви».
В этом я не сомневалась.
- Ты все-таки любил ее, - негромко сказала я. Кайлен вдруг взял меня за руку, и мне почему-то захотелось закричать. - Иначе давно убрал бы портрет из своей комнаты.
Кайлен неопределенно пожал плечами.
- Это не любовь, Юлия. Это стыд. Она была хорошей женщиной, хорошей женой и матерью. А теперь ее больше нет. И я ничего не могу с этим сделать. Я уже не в силах что-то изменить и исправить. Но должен жить дальше, и иногда это невыносимо.
Кажется, я зря считала Кайлена циничным и бессовестным. Он слишком глубоко прятал себя настоящего - и ему было больно от этого.
- Знаешь, - сказала я, - в жизни бывают вещи страшнее измены и лучше любви. Хорошо, что ты это понимаешь, Кайлен, а я вижу, что понимаешь.
Кайлен едва заметно улыбнулся - просто дрогнули уголки губ. Что-то все звенело и звенело во мне: я понимала, что это просто хмель, но чувствовала, что стою на пороге чего-то очень важного.
- Почему хорошо? - спросил он.
- Потому что это делает тебя живым. Настоящим.
Какое-то время мы просто стояли рядом, Кайлен держал меня за руку, и из сада доносилась переливистая птичья трель. Жизнь продолжается. Я потеряла ребенка, маму и свой мир. Кайлен утратил жену и пытался вернуть сына. Жизнь продолжается - иногда это очень жестоко, но всегда правильно.
Надо жить дальше. Сейчас я окончательно это поняла.
- У тебя странный взгляд, - сообщил Кайлен. Я улыбнулась.
- Ничего особенного. Просто сейчас я наконец-то чувствую, что все мое прошлое осталось в прошлом.
«Уже не больно», - хотела сказать я, но почему-то не сказала. Кайлен сильнее сжал мою руку.
- Возможно, это прозвучит странно. Но... ты для меня важна. И я очень тебе благодарен за все, что ты делаешь для меня и Джолли.
Я рассмеялась. Посмотрела Кайлену в лицо - он выглядел одновременно сосредоточенно и очень весело, как актер, который боится забыть роль на сцене. Но это не было ролью. Сейчас Кайлен был искренен.
- И я тебе благодарна, - ответила я. - Ты два раза спас мне жизнь, если помнишь. Но. я не делаю для тебя ничего особенного.
Кайлен улыбнулся, и мой хмель окончательно отступил. Голова сделалась чистой и свежей.
- Делаешь. Ты со мной споришь. Ты заботишься о Джолионе, как о родном сыне. И ты. -Кайлен сделал паузу, словно ему было неловко об этом говорить. Хотя с чего бы? Он никогда не испытывал неловкости. - Ты не пытаешься забраться ко мне в постель, как это уже сделала бы любая на твоем месте.
Я отступила. Мне сделалось не по себе. Ветерок из открытого окна пробежался по спине прохладными пальцами - зато к щекам прилил такой жар, что стало больно дышать.
- Дракон. Богач. И министр, потому что бывших министров не бывает, - сказала я. Машинально дотронулась до щеки. - Я понимаю, да. Я понимаю.
Чего он ждал все это время? Что я начну кокетничать с ним? Надевать юбки покороче и блузки с вырезом поглубже, и все такое...
- То есть. - Кайлен улыбнулся. - То есть, я не то хотел сказать. Ты держишься с достоинством, Юлия. И это очень важно. и ценно.
- А! - я постаралась улыбнуться в ответ. - Вот в чем дело! Ну да, стараюсь... Завтра предлагаю все-таки собрать четки. И поплавать в бассейне. И поиграть в мяч. И лезть к тебе в постель - это то, чего я хочу меньше всего, можешь мне поверить.
Чего он хотел, когда привел меня сюда? Что мы изольем посильно наши печали друг другу, а потом утешимся прямо здесь? Щеки горели, мне было одновременно стыдно и.