Богатырь и Звезда Сварога (СИ)

Вино ударило в голову Яромира и огоньки восковых свечей на стенах стали задорно троиться в глазах.
— И, всё же, не могу поверить… — Яромир опасно качнулся на стуле, едва удержав равновесие, чтобы с него не кувыркнуться. — Вот, совсем недавно, я пил медовуху у Ерёмы на свадьбе, вздыхал по зеленоглазой Верее и думал, кабы мне от старика по шее не схлопотать… А теперь что? Я в столице и сам великий князь меня братом называет. Брат, может и меня водяной на болотах упокоил, и я попал в Ирий? Лежу поди себе, там, в грязи, разодранный на куски, и всё это мне только мерещится…
Игорь устало улыбнулся Яромиру:
— Для меня ты тоже, как сон. — теперь Игорь подлил вина Яромиру. — Говоришь, что ты умело на нечисть охотишься? А мне, хоть я и князь, никого кроме волколака встречать не доводилось… И то лишь ребенком наблюдал, как Руевит бросил его собачью башку к отцовским ногам. Правдивая молва ходит, что водяные получились одними из самых отвратных чудищ?
— Ещё какими… Силища невиданная, а вонь от него какая…! — Яромиру вспомнился смрад водяного, и он тут же скривился. — Полагаю, повезло мне, что этот однорукий оказался, а то так бы точно руки и ноги поотрывал. У отца не было ни шанса…
— Тогда, как же ты смог? — Игорь коварно прищурился, а в голосе проскользнула лёгкая издёвка.
— Старик научил. Я, наверное, со всеми возможными чудищами управляться умею…
— Значит, не только следопыт, но ещё и «чёрный охотник»? Ты полон неожиданностей, брат… Любопытно, чем же ты меня ещё удивишь?
— Чёрный охотник?
— А что, откуда ты пришёл не так называют тех, кто нечисть гоняет?
— Лихом лесным называли, отребьем, пришлыми…
— Воистину, Сварга велика и полна тайн. — заключил Игорь. — Ну, давай, не держи в себе. Спрашивай дальше?
— Расскажи про брата и сестру. — неожиданно для самого себя, вырвалось у Яромира.
Игорь поперхнулся вином и залился краской:
— Варвара — проклятая, своенравная визгопряха и ерохвостка! Вот, что ты думаешь, мужики тыкают друг в друга ржавыми железяками, да кишки наружу выпускают? Её рук дело и только! Нет, чтобы хоть раз проявить позорность и помочь брыдлорылому Ольду откинуть копыта, так она ведь сбёгла в первую же ночь и как в воду канула! Теперь, этот старый дурак, считает, что я её прячу, да ещё и ненаглядную мою Марину совратить хотел, недомерок! — опьяневший Игорь гневно ударил кулаком по столу. — А я никому даже смотреть на неё лишний раз не позволяю! Слышишь?! Никому!
Яромир понятливо кивнул.
— А что с братом?
— Ванька-то? Славный богатырь, как и подобает… — глаза Игоря наполнились тоской. — Эх, какой славный молодец был, а как мечом владел — загляденье! Хворь чёрная его забрала, через зиму, как мы с Мариной свадьбу отыграли. Он ведь немногим старше тебя был. Ваня, Ваня… Давай-ка, поднимем же за нас — внуков Сварога!
Братья стукнулись и осушили кружки.
— Погляди, — Игорь указал Яромиру на почти догоревшие свечи. — уже почти и ночь пролетела… Многое тебе, Яромир, предстоит узнать и ещё большему обучиться. Дам тебе день обвыкнуться, а там, с утра, и начнём. Сейчас же пора на боковую.
Игорь трижды хлопнул в ладоши и в комнату осторожно вошли служанки, до этого купавшие Яромира.
— Они проводят и будут совсем не против согреть для тебя перину! — Игорь загадочно ухмыльнулся. — Мне же пока обдумать нужно… Всё, ступай! И, пожалуйста, ни в чём себе не отказывай.
— Доброй ночи, брат. — Яромир встал из-за стола и поклонился Игорю.
Яромир, покачиваясь, вышел из комнаты. Служанки закрыли за ним дверь и под руки повели его в глубь длинного коридора.
Выделенная для Яромира комната оказалась небольшой, но уютной, с широкой кроватью и пышной периной.
Девушки раздели и уложили Яромира, но заснуть с ними он смог только ближе к обеду.
  
Глава 21: «Хватит лясы точить, за дело!»
 
Яромир почувствовал на щеках легкое прикосновение обжигающих солнечных лучей и от приятного прохладного ветерка зачесалась борода.
 
Борода?!
Яромир открыл глаза, но в этот раз он очутился не под чёрным солнцем, а посреди леса, если его можно было так назвать…
Огромные, необъятные деревья, казалось, доставали макушками до облаков. Их сухие опавшие ветки походили на добротные сосны, а вокруг, гулким эхом разносился по окрестностям стук многочисленных топоров.
Явно зачищали свежий сруб от неровностей.
В этот раз Яромир не мог управлять своим новым телом. Ему оставалось только лишь наблюдать.
Такой высоченной, густой и зеленой травы он не встречал нигде, а за спиной возвышались величественные горы с заснеженными вершинами.
Кем он оказался на этот раз?
Яромир чувствовал силу в этом теле, будто бы ему было подвластно само мироздание.
Он подошёл к готовому массивному стволу, забросил его на плечо будто пушинку, молча похлопал крепкого мужика, сидящего на корточках и подтачивающего топор бруском, по плечу и пошёл в сторону гор.
Яромир вспомнил о том, что Гришка рассказывал ему былину, о острове Буяне, где, перед Репейскими горами, простирался волшебный лес из величественных царь-дубов. Но, то лишь былина, а этот лес совсем не казался сказочным…
Яромир расслышал быстро приближающийся топот и его обогнала колесница, запряженная четырьмя красивейшими белыми скакунами.
Возничий, серебряные волосы которого блестели в солнечных лучах, одной рукой держал поводья, а другой золотую цепь, обвязанную вокруг большой стопки подготовленного бруса, волочащегося по земле в след за колесницей.
Неожиданно воздух перед ним заискрил, образуя проход, в котором, будто в водной глади, отразилось людское поселение.
Возничий беспрепятственно въехал в проход, а Яромир вошёл следом за ним.
По ту сторону простирался широкий холм, тот же самый, где в прошлый раз светило черное солнце, а на этот раз во всю кипела жизнь.
Вместо пепла и дыма от тлеющих кустов и деревьев всё вокруг цвело и зеленело. Здесь больше не было ни мертвых тел, ни темного войска, а туда-сюда ходили очень даже живые люди, занимавшиеся каждый своим делом.
По левую сторону, вдоль длинной линии домов, стояли пахари с мотыгами, которыми руководила золотоволосая девушка в платье, сплетённом из сотен полевых цветов. Она указала всем отойти подальше, взмахнула руками и из только что вспаханной земли поднялись колосья пшеницы, которые тут же стали срезать серпами жницы.
Заметив Яромира, она приветливо улыбнулась и помахала ему рукой. Он кротко кивнул в ответ и едва не запнулся о детей, бегающих по двору.
Детвора, заливаясь смехом, удирала от двух мальчишек, сильно отличавшихся от остальных.
Один был с рыжими, больше походившими на пляшущие огоньки, волосами, другой наоборот — обладал иссиня-бледной кожей и сосульками на голове.
Яромир окинул детей грозным взглядом и они, с громким смехом, бросились в рассыпную.
Он улыбнулся и направился к колеснице, которая остановилась перед большим строящимся домом.
По уже выложенному крыльцу и подклету Яромир узнал в нём княжеские палаты Слав-города.
Неужели сейчас он был самим Славомиром?
Множество мужчин сидели на венцах и вырубали в огромных бревнах пазы под клети и обла. К ним же присоединился и среброволосый возничий.
По его руке пробежала искра, похожая на молнию, и в ладони материализовалась зачарованная секира, которой он принялся вырубать засечки на только что привезённом срубе.
По левую руку от палат, молодой парень с ярко-желтой, топорщащейся во все стороны шевелюрой взмахом руки отрывал готовые брёвна от земли и подавал наверх, где принимавшие плотники укладывали их по нужным местам.
Но Славомир нёс свою ношу не к ним.
Чуть дальше палат пролегала только начинающаяся возводиться линия оборонительных сооружений, в которой уже можно было насчитать несколько десятков тыновых бревен.
Рядом, на стопке сруба, сидел огромный, больше походивший на гору человек и заострял торцы брёвен для тына с помощью меча-кладенеца, который в его руках казался не больше простого засапожного ножичка.