Сто миллиардов солнц (СИ)

Завершив испытательную пробежку корабля, Иван раскрыл боковой шлюз и привычно уселся на ступеньку трапа, смакуя весеннюю погоду. Осталось завершить несколько настроек системы управления, и покою придет конец. Теперь, пожив здесь почти полгода, можно легко понять Лину и других уроженцев Рьялы. Эта уютная маленькая планета притягивает и заставляет быстро сродниться с ней. Вот и получается, что одновременно есть три совершенно разных желания. Тоска по Земле, жажда снова оказаться в глубоком космосе и желание долго-долго сидеть вот так, неподвижно, нежась в оранжевых лучах местного солнца.
И что, возвращаться на Землю? Теперь такая возможность имеется, но как быть с незавершенными делами? Лина со своим наследством более-менее разобралась, не обращаясь к Совету Кланов, но теперь застряла на организационной стадии. Впрочем, это уже ее личные дела. А вот Майра все еще терпеливо ждет, когда Иван исполнит свое обещание и доставит ее в кластер Тримар, откуда она родом. Терпение у нее не лопнуло лишь потому, что Иван привлек ее к переоборудованию корабля, объяснив, что пока оно не закончится, никто никуда не полетит. И ведь сработало!
Рядом с кораблем прошелестела и остановилась знакомая машина, и из-под ее колпака аккуратно выбралась знакомая красно-белая фигурка. Длинные волосы летят по ветру… И она сейчас одна. Это тоже немного странно, раньше она частенько появлялась вдвоем с Дари, но уже почти месяц инженер появлялся в гордом одиночестве, а Лина не появляется вообще. И тут такой сюрприз! Интересно, Дари знает, что Лина все эти недели звонила или писала Ивану и Альбине почти каждый день?
— Получила данные по пробежке, — с улыбкой произнесла Лина, подходя к трапу. — И сразу примчалась. Извини, что без приглашения.
— Да какое там, к Копателю, приглашение! — ответил Иван, радостно обнимая ее. — Что видишь, все твое, везде в своем дому! Не просишь ни о чем, не должен никому… (стихи М.В.Ломоносова — прим авт.)
— Я сейчас кое-что попрошу, — возразила Лина. — Но главное, что корабль готов.
— А я так увлекся железками, — почесал в затылке Иван, — Что забыл обо всем. Зато теперь все работает. А помнишь, как мы об этом мечтали, когда сюда летели?
И ведь он чуть не забросил это дело! Сначала хотел справиться за месяц, потом чуть дольше. В результате, окончание работ уехало «вправо» до самой весны. Иван уже начал подумывать о том, чтобы вернуться на Землю и заняться переделками в заводских условиях, но что сказать Майре? И главное, что с ней делать, снова брать с собой? Тогда на ее благодарность и хотя бы минимальную лояльность в будущем можно не рассчитывать. Но Иван просто не смог бы так поступить с ней, потому что… не смог бы, и все!
И Альбина ему так и сказала: люблю, мол, тебя за то, что ты такой неравнодушный, и Майра для нас обоих не чужая… А кто с этим спорит? Достаточно в глаза ей заглянуть и представить, как будешь объяснять свою неспособность исполнить обещание. Поэтому Иван в зародыше придушил мысли о капитуляции и взялся за дело с удвоенной энергией.
Идея безопорного привода не нова, но только в рамках «старой» физики она неумолимо разбивалась о закон сохранения энергии. Опираясь на «пену» из виртуальных частиц, составляющих метрику пространства, никакого движения не получишь, но узнав, что пришельцы это ограничение как-то обошли, Иван много раз безуспешно возвращался к своим уравнениям, пытаясь отыскать лазейку. Это было еще на Земле, и даже помощь Мельникова и его молодых коллег ничего не дала. Лина в физике микромира совершенно не разбирается, Майра тем более, а заполучить неповрежденный образец движителя тоже не удалось, поэтому вопрос был отложен. Позже, уже на Рьяле, Иван получил доступ к живым, работающим зондам, и снова ничего не понял. В них просто не было ничего похожего на движитель!
К счастью, зайдя в тупик, Иван не постеснялся спросить об этом Дари. Где система движения? Да вот же, ответил озадаченный инженер, показывая место на схеме зонда. Эту деталь Иван уже неплохо знал, но несколько с другой стороны, но от этого легче не стало. Дело в том, что Дари указал на схеме не что-нибудь, а энергетическую капсулу.
 
Это заставило Ивана почти сутки бродить по музейной стоянке, разглядывая экспонаты из прошлого и обдумывая собственную зашоренность и неспособность мыслить за рамками очевидного. Капсула, даже сделанная по недостижимым для землян техпроцессам, это всего лишь капсула, и Иван считал, что неплохо разобрался, как минимум, в основах. Он может заблокировать генерацию тоннеля, проломить кинетический щит или попросту подорвать капсулу, но о такой возможности просто не подумал! Капсула и есть движитель, нужно только подобрать параметры синхронизации! Иван снова вытащил из арсенала трофейный зонд и начал эксперименты.
В те напряженные дни ему особенно не хватало советов друга Бориса, а просить о помощи местных ученых нельзя, будет слишком много вопросов, ведь даже Дари слегка удивился тому эпизоду с капсулой. Но, проведя ряд экспериментов и проследив за потоками энергии, Иван, наконец, получил долгожданные цифры, которые можно было подставить в уравнения. Решив их, Иван снова потерял самообладание, поняв, что кинетические щиты, которые он давно научился генерировать и проламывать, делают, по сути, то же самое. Виртуальная «пена» сама по себе энергетически нейтральна, но ее можно вывести из этого равновесия, затратив определенную энергию. Вот тогда, и только тогда, на нее можно физически опереться! И это открытие дало надежду на то, что задачу можно решить без заводской переделки всего корабля.
Но всплыла и другая проблема, вечный вопрос прочности конструкции. Теперь понятно, почему в оружии капсулы расположены там, где это удобно, а в зондах они буквально намертво вшиты в силовой набор, да еще и залиты упругим наполнителем. Достаточно вспомнить, как метался зонд, стороживший подземелье, и какие усилия при этом развивал…
На «Мурене» и ее «систершипе» резервные капсулы, не предназначенные для питания двигателей, тоже расположены внутри мощного киля почти в середине корабля. Но увы, их крепления никак не рассчитаны на то, чтобы выдержать массу машины даже при минимальном ускорении. На первый взгляд эта задача не решается, но только на первый…
— Я верила, что у тебя получится, — призналась Лина, словно угадав его мысли. — А ты еще переживал, что нестандартные ходы тебе плохо даются!
— Мне стало стыдно, — усмехнулся в ответ Иван. — Если бы я быстрее соображал, мы бы в пару месяцев уложились. Но что есть, то есть.
И в самом деле, решение получилось из двух частей. Во-первых, Иван все-таки усилил крепления, насколько это возможно, с использованием местных материалов. Почти целую неделю провозились всей командой, монтируя армированные расчалки и цементируя пустое пространство упругим наполнителем. Получилось добротно, но все равно недостаточно прочно.
И тут помогло то, что капсул на корабль поставлено с избытком, поэтому Иван заставил их работать попарно. Одна служит движителем, вторая при этом удерживает напарницу кинетическим барьером, распределяя нагрузку вдоль киля корабля. Иван очень боялся неправильно рассчитать нагрузку, поэтому проверял и перепроверял цифры не один день, почти забыв про еду и сон…
— Проходи на борт, — пригласил Иван, стряхивая хаотичные мысли о физике и сопромате. — Расскажешь, что у тебя нового.
— Я немного нервничаю, — призналась Лина, и только сейчас Иван обратил внимание на объемистый рюкзачок у нее за спиной. Интересно, что там и куда она собралась?
— С чего бы? — усмехнулся Иван, тщательно закрывая шлюз и проверяя защиту. — Даже дядюшка Стен перестал постоянно оборачиваться, ища нож в спине. Даже молекулярную фабрику дал напрокат, не поскупился. А тебе-то с чего волноваться?
— Есть от чего, — вздохнула Лина, беспокойно осматривая нижнюю палубу. — А где все?
«Спортивный уголок» оказался пуст, и именно на это она обратила внимание. Более, того, в «кладовке» нижней палубы все очень тщательно прибрано и закреплено «по-штормовому». Испытания, мало ли что…