Знахарь. Черная полоса (СИ)

— Медузёнок!? — опять потрясённо выдохнула Злюка.
— Ты называешь ЭТО медузёнком? БлЯдь! Это вообще за гранью моего понимания. Как ты выжил то? Еб твою мать! Ты не человек, а какой-то нереальный монстр. — мне пришлось высказать предположение.
— Так я мамка медузёнка. Или папка. Или акушер-гинеколог. Или хрен знает кто. Я роды принимал. Причём его мамка была уже более суток как мертва. Этого в видео нет. Вот и получилось, что я на вторые сутки после своего появления в Улье оказался самым первым существом, которое он увидел.
Медузёнок рос на моих глазах, а я ему ещё и одну красную жемчужину скормил. Мне достались в наследство несколько жемчужин, а я боялся их принимать. При всём при этом мне и самому непонятны причины нашего необычного общения. Может между нами возникла какая-то родственная связь или эмпатическая или ещё хрен знает какая, но мы друг друга чувствуем в пределах этого кластера и постоянно общаемся, не произнося ни слова. Сейчас медузёнок свинтил куда-то. Сильно подозреваю что кормиться, но к перезагрузке быстрого кластера он нарисуется хрен сотрёшь.
Кстати! Ты помыться не желаешь? Но как ты понимаешь в моём присутствии — у меня душ на улице. Я ж не думал, что кто-то появится, вот и строил всё под себя. Если медузёнок тебя в моё отсутствие сожрёт, я расстраиваться буду. Потом сделаем тебе помывочную в том помещении куда мой приятель проникнуть не сможет, а я поговорю с ним чтобы он тебя не убил ненароком.
— Поговоришь? — тут Злюка окончательно и бесповоротно выпала в осадок.
— Ну … — замялся я, а потом продОлжил.
— Не бери в голову. Это я так наше общение назвал. Говорить мы не говорим, но общаться общаемся. Как это происходит я пока и сам не понял, но мы друг друга понимаем и помогаем друг другу. Я пока не буду об этом много распинаться — это только наше, но он однажды мне точно жизнь спас. Это когда я в черноту по дурости залез и потерялся там. Впрочем, я тоже его однажды прилично выручил. Так что надеюсь, что ты у меня приживёшься, а там посмотрим, что будем делать. Главное убедить его что ты не враг, но и ты сиди здесь и без меня не высовывайся. Я без понятия как медузёнок себя поведёт, но носится он куда там скаковой лошади. Причём в отличие от самого быстрого скакуна он препятствий вообще не замечает. Так что если я буду находиться достаточно далеко, то просто не успею ничем тебе помочь. — собственно на этом вечер вопросов и ответов закончился, и мы пошли мыться. Не мог же я отказать себе в таком удовольствии, а потом мы занимались всем тем, чем постоянно занимаются все взрослые люди в любое время дня и ночи, в любую погоду и в любом из известных человечеству миров.
Как это ни странно, но медузёнок на Злюку особенно не среагировал, хотя то, что она появилась на нашей территории прекрасно знал. Я постарался максимально доступно объяснить своему приятелю за каким мне понадобилась эта самка человека, но понял он это или нет так и осталось за гранью моего понимания. Опять-таки медузёнок прекрасно знал для каких целей мне необходима особь противоположного пола. Он неоднократно наблюдал весь процесс и прекрасно осознавал, что я всегда жду, когда этот объект переродится, поэтому это не особенно вкусная еда.
Может быть, я объяснил всё это примитивно, но думаю, что медузёнок просто принял данный факт к сведению. Тем более что в эту перезагрузку я по-быстрому перебил ему шесть десятков людей и крупных собак про которых точно знал, что они переродятся. Ну а дальше всё пошло по накатанной и уже через трое суток медузёнок не прощаясь свалил по своим делам. Так что на четвёртый день, не обнаружив в кластере своего приятеля я вывез Злюку на экскурсию по своему кластеру. Надо было попариться в баньке, попить холодненького пивка и в приятной обстановке отпользовать податливую девочку, а Злюка стала просто потрясающе податливой после того, как она своими глазами увидела с помощью квадрокоптера как я хожу по кластеру рядом с самым опасным существом мира под названием «Стикс». Правда того как мы с моим приятелем общаемся Злюка, мозгами принять так и не смогла, но я считаю, что ей этого и не надо.
 
В последующие семь дней мы опять занимались тотальной мародёркой, но теперь уже в два лица и с пояснениями Злюки что ценится в мире людей, а что из того, что я набрал имеет смысл просто выкинуть. К примеру, то же золото и серебро можно было выбросить — никакой ценности в Стиксе эти металлы не представляли, а всё остальное необходимо было оставить здесь. При этом свой арсенал я Злюке не показывал. Всё оружие я складировал в одном из дальних подвалов, а один гранатомёт и несколько видов стрелкового оружия с боеприпасами вкорячил на крышу завода.
Оказалось, что в людских стабах ценилось только оружие, боеприпасы и потроха с тварей. Всё остальное можно было легко набрать на таких же быстрых кластерах в котором я появился. Хотя конечно же Ингу поразила лёгкость и безопасность проживания в найденных мной кластерах. Заодно я выпытывал у своей пленницы любую информацию о мире Стикса и проживающих в этом мире людях. Бывали дни, когда свой прелестный ротик Инга закрывала только когда уходила в свою комнату и ложилась спать. Мы по-прежнему жили в разных комнатах. И мне и ей так было удобней.
Следующая перезагрузка должна была произойти через шестнадцать дней, а потом был длинный период, и я собирался перебраться через черноту и поохотиться на неиммунных. У нас заканчивались спораны. Потребление же возросло ровно в два раза. Некоторый запасец у меня ещё был, но это была капля в море.
Перезагрузка и кормление моего приятеля прошли в штатном режиме и медузёнок опять через трое суток свинтил в ведомые только ему дали, а на следующий день Злюка выкинула полностью нелогичный фортель. Она опять меня ограбила, уехала к черноте и попыталась пройти по тропе. Мы с ней к черноте ездили — я заходил забирать то оружие, которое ещё оставалось в машине, а Злюка видимо углядела следы, выходящие из черноты, и попыталась от меня сбежать. Что на это можно сказать? Только словами песни из моего мира: «малолетка дура дурой».
На беду этой дурной девчонки, я в этот день поехал на «мародёрку» один, чтобы приготовить баню, потому что Злюка слепила классическую отмазку из серии «я устала и у меня болит голова», а я не обратил на это внимания. В конце концов мой опыт прошлой жизни показывал, что иногда необходимо друг от друга отдыхать и я устроил нам такой небольшой отдых.
В черноту Инга зашла и даже по тропе прошла метров семьдесят, а потом предсказуемо сошла с тропы и потерялась во времени и пространстве. Там как раз был поворот почти под девяносто градусов.
Я нашёл уже умирающую Злюку, метрах в ста от тропы. Причём ходила она пока у неё ещё были силы какими-то кругами и даже восьмёрками вдоль полосы черноты, а не в какую-либо сторону к свету.
Из черноты я Злюку вытащил, но вид её был страшнее некуда. От молоденькой девчонки не осталось практически ничего — сморщенная кожа и сухие кости. Даже волосы потеряли свой цвет и неряшливыми космами топорщились на обтянутой коже черепа. Жить Инге оставалось даже не несколько дней, а несколько часов. Она уже даже говорить не могла, а только молча глядела на меня блёклыми потерявшими свой цвет глазами и беззвучно плакала, но я всё же попытался спасти эту идиотку.
Кстати говоря, передвижение по черноте для меня оказалось достаточно странным процессом. Чернота не была однородной. В по бокам от вполне безопасной тропы я стал подсознательно воспринимать её как жгучую крапиву. В некоторых других местах это подсознательное воздействие было слабее, а были участки, на которых я чувствовал себя вполне комфортно. Было это на самом деле или это были взбрыки моего больного воображения я пока не понял, но Инга, сойдя с тропы сразу же вломилась в такой особо жгучий участок и почти мгновенно, как и я в своё время потеряла ориентацию в пространстве.
У меня появились по этому поводу кое какие соображения и теперь мне надо было их проверить, а заодно, раз появилась такая возможность попробовать развить свои дары. С приёмом красной жемчужины у меня появился дополнительный дар, но был он скорее косметическим. То есть развивал мой организм переплетаясь с даром знахаря, а вот как именно работает этот дар я пока не очень понял.