Наша неправильная любовь (СИ)

Взяв швабру, чтобы подмести рассыпанный картофель фри, я подумала о том, в каком невероятном унисоне друг к другу живут братья Джентри. Такое можно увидеть редко между взрослыми мужчинами. Но потом вспомнила ужасную историю о бассейне и подумала о том, что, вероятно, была сотня других, которых я ещё не слышала. Братьев связывала кровь и тяжкие испытания. Только благодаря тому, что они старались защитить друг друга, им удалось выбраться из Эмблем живыми.
Я убрала швабру, и внезапно мне передалось беспокойство Корда. Он привык к постоянной опасности. В результате у него развился инстинкт, чтобы распознавать её. Даже не видя Дэвина раньше, он уже знал, что встречаться с ним наедине будет плохой идеей, хотя тот и обещал мне вести себя тихо.
Если Корд беспокоился, что брат не выходит на связь, возможно, у него действительно были причины для беспокойства. Появился Эд и щёлкнул пальцами, предупреждая, чтобы я не бездельничала. Я вернулась к работе, ненадолго забыв обо всём остальном, кроме неотложных требований посетителей. На улице стемнело. Я стояла перед семьёй из восьми человек, послушно принимая их мудрёный заказ, и услышала на заднем плане вой сирен. Я не обратила на него внимания, пока не услышала, как сирены приближаются, кричат ​​мне в уши и бросают повсюду широкие полосы голубоватого света. Первая машина припарковалась перед спортзалом, и вскоре к ней присоединились другие.
К окну я подбежала с узлом бессвязного страха, который поднялся у меня в животе. В дверь проскочила пара долговязых парней. Увидев, как они жестами указывают на суматоху на другой стороне улицы, я подошла к ним.
— Знаете, что случилось?
Они были не из тех парней, к которым обычно обращались за информацией. Им так и не терпелось поговорить.
— В переулке за спортзалом вырубили какого-то бедного чувака.
— Кого? — прошептала я.
Они с любопытством посмотрели на меня.
— Ну, я не знаю, кто это, — сказал один из них.
Другой подал голос.
— Судя по тому, как парень выглядел, я сомневаюсь, что его узнала бы и собственная мать.
Бросая фартук на пол, я выскочила на улицу, не обращая внимания на оклик Трули. Светофору потребовалась целая вечность, чтобы переключиться на зелёный. Я перебежала улицу, понимая, что нет никакой разумной причины для того, чтобы моё сердце болезненно застряло в горле. Толпа зевак сгрудилась на тротуаре. Полицейским с трудом удавалось сдерживать их, пока беднягу грузили на носилки.
Высокий мужчина с крысиной бородкой держал свой телефон над головами всех присутствующих, очевидно, записывая в своё больное вуайеристское удовольствие, словно человеческая трагедия, разворачивающаяся на наших глазах, была поставлена для его развлечения. Я оттолкнула его и силой опустила его руку, на что он посмотрел в недоумении.
— Сука, — выругался мужик, когда телефон с грохотом упал на бетон.
Протиснувшись сквозь толпу и нырнув под руку усталого полицейского, я сумела подобраться к месту происшествия на расстояние нескольких футов. На носилках лежал мужчина. Он поднял мускулистую руку, чтобы коснуться окровавленного лица. Те парни, которые вбежали в ресторан, были правы. Родная мать, возможно, не узнала бы его. Но не я. Он был так похож на мужчину, которого я любила.
Женщина средних лет в куртке парамедика преградила мне путь.
— Я знаю его, — выдохнула я, когда носилки подняли в машину скорой помощи. — Чейз!
При звуке моего голоса Чейз слегка дёрнулся, но один из парамедиков осторожно придержал его, забираясь в машину скорой помощи вслед за носилками.
Женщина-фельдшер обратилась к полицейскому.
— Эта девушка говорит, что знает потерпевшего. — Она похлопала меня по плечу. — У него не было никаких документов, — объяснила она.
Молодой офицер, который выглядел так, словно проработал на этой работе около десяти дней, молча стоял и ждал, что я скажу.
— Его зовут Чейз Джентри. С ним всё будет в порядке?
Офицер не ответил на мой вопрос.
— Вы член семьи?
— Нет, я… я друг. Боже мой, мне нужно позвонить его братьям.
 
Офицер уже говорил по рации, повторяя имя «Чейз Джентри».
Фельдшер, которая казалась по-матерински заботливой, потянула меня прочь.
— На твоего друга, очевидно, напали в переулке за спортзалом. У него несколько травм головы и, возможно, внутреннее кровотечение.
— Куда его везут? — спросила я, когда двери машины скорой помощи закрылись.
— В больницу Святого Луки, — ответила она, пожимая мою руку. — Если вы знаете, как связаться с его семьёй, пожалуйста, сделайте это немедленно.
Затем она оставила меня среди гомонящей толпы и забралась на переднее сиденье машины скорой помощи.
Я уставилась вслед удаляющемуся автомобилю. Часть моего разума продолжала настаивать на том, что это было ненастоящим, что окровавленный мужчина, которого я видела на носилках, не мог быть сильным остроумным Чейзином Джентри.
За исключением того, что это он. Абсолютная реальность.
Мои ноги, казалось, вот-вот откажут мне, поэтому я опустилась на бордюр, вытаскивая телефон, чтобы сказать самые трудные слова, которые мне когда-либо приходилось произносить.
— Насколько всё плохо? — спросил Корд ровным голосом.
— Я не знаю, — прошептала я. — Его отвезли в больницу Святого Луки.
Я слышала, как Корд повторил эту новость Криду, который издал страдальческий крик.
— Встретимся там, — сказала я, вставая и готовясь перейти улицу. — Корд, мне жаль. Я люблю тебя.
Он уже повесил трубку.
Когда Эд сказал мне, что совсем не годится покидать работу прямо в обеденный час пик, я ответила ему, чтобы он пошёл на х*й. Я бесстрастно наблюдала, как у него отвисла челюсть, а затем протиснулась мимо него, чтобы взять свою сумочку из шкафчиков. Вероятно, у меня больше нет работы, но мне было наплевать. Трули протянула мне руку и крепко пожала.
— Дай мне знать, если тебе что-нибудь понадобится, — сказала она на прощание.
Я знала её достаточно хорошо, чтобы понять — она говорила серьёзно.
По дороге в больницу мои вялые мысли превратились в ревущее торнадо. Я волновалась за Чейза, потому что теперь видела Крида и Чейза не просто как двух братьев Корда. Они были моими друзьями, и я переживала за них. Однако мои страхи не ограничивались только травмами Чейза. Когда Корд ворвался в дверь дома Дэвина, вцепившись прямо в горло ублюдку, в тот момент я поняла, — он сорвался и не смог сдержать ярость, которая угрожала всем. Как он отнесётся к тому, через что прошёл его брат? И ещё более важно, на что пойдут Корд и Крид ради мести?
К тому времени, как я добралась до больницы, Чейза уже поместили куда-то в её антисептические глубины. Поскольку я не была членом семьи, женщина за стойкой в регистратуре слегка улыбнулась и пригласила меня присесть. Но сидеть я не могла. Я стояла перед зданием, зная, что в любой момент туда приедет Корд.
Старый «Шевроле» остановился с визгом. Крид выскочил первым. Казалось, он вот-вот разрыдается.
— Ты что-нибудь знаешь? — спросил меня.
Я покачала головой.
Парень в коричневой рубашке-поло с вышитым логотипом больницы подошёл к Корду и начал кричать, что он не может там припарковаться.
Корд остудил того взглядом, затем бросил ключи.
— Делай с ним, чёрт возьми, что хочешь, — прорычал он.
Я попыталась сдержать его, но он выглядел так, словно был сделан из древесины твёрдых пород. Корд мрачно посмотрел на здание больницы.
— Ты видела его, Сэйлор?
— Только секунду, — сказала я, касаясь его щеки. — Он лежал на носилках. Чейз выглядел довольно плачевно.
Голубые глаза Корда закрылись, словно он пытался стереть ужасные образы.
 
Крид уже направился внутрь. Я положила руки на спину Корда и подтолкнула его к двери.
— Всё будет хорошо, — подбодрила, пытаясь притянуть его ближе. Он посмотрел на меня с острым недоверием.
— Откуда, чёрт возьми, ты это знаешь?
Я не могла ответить, потому что и правда не знала. Это был просто оборот речи, то, что говорят, когда кажется, что всё пошло не так.