Путешествие за смертью. Книга 2. Визитёр из Сан-Франциско
– Do you have any whiskey [11]? – осведомился Баркли по-английски.
Услышав, вероятно, единственное знакомое слово, кельнер покачал головой.
– And cigars [12]? – не унимался американец.
– No [13], – выдавил из себя ресторанный лакей.
– What a pity! [14]
– Не стоит расстраиваться, мистер Баркли, – на ломанном английском начал объяснять Войта, – можно заказать услуги ресторанного посыльного и через четверть часа сюда доставят и виски, и сигары.
– Великолепно! Тогда, мой друг, сделайте одолжение, попросите купить бутылочку «Джонни Уокера» и коробку «Упмана». Прошу вас, выберите любые блюда, которые вам по душе. Я так же не откажусь от ваших рекомендаций и с удовольствием попробую чешскую кухню. Виски и сигары будут приятным дополнением к нашему вечеру.
Пока Войта, зная вкусовые пристрастия шефа, делал заказ, Баркли наклонился к Ардашеву и, вынув вечное перо, вывел на салфетке: «$15 000 cash, ок? [15]». Клим Пантелеевич раскрутил свой «Waterman» и дописал: «In advance, tomorrow». [16] Цифры и буквы расплылись, меняя очертания и, превращаясь в кляксы.
– Sure [17], – согласился банкир и скомкал салфетку.
– Ситуация в которой вы оказались, очень серьёзная, – поведал частный детектив. – Вас отравили.
– Как? Чем? – воскликнул американец, подпрыгнув на стуле так, будто ему сунули под нос свежего нашатыря.
– Вчера я провёл химический анализ содержимого бутылки «Джонни Уокера», который вы пили.
– Вы были у меня в номере? – вылупив удивлённо глаза, спросил он.
– Прежде я протелефонировал в отель, чтобы сообщить о принятии вашего предложения, но портье сказал, что вас увезли в больницу. Заподозрив неладное, я поехал в «Де сакс» и поднялся к вам в конату. Там я встретил знакомого полицейского. Он опрашивал ваших подчинённых и…
– Господи, я совсем забыл о них! Но ничего. Завтра утром соберу всех вместе…Простите, что перебил вас. Пожалуйста, продолжайте.
– В вашем виски содержится сульфат морфия. Взаимодействуя с алкоголем, он мог привести к смерти. Симптомы очень похожи на те, что были у вас.
– Вы хотите сказать, что всезнайка Эдгар, чопорный историк Алан или красотка Лилли плеснули в мой «Джонни Уокер» отраву?
– Я сказал именно то, что сказал: «В вашем виски содержится сульфат морфия». А вот, как он там оказался – предстоит выяснить. Действительно, это мог сделать любой из них, но нельзя исключать и сговора. Кроме того, преступником может быть кто-то из персонала отеля и, наконец, добавить сульфат морфия в виски вполне по силам и постороннему злоумышленнику, пробравшемуся в комнату инкогнито. Дождаться, когда вы покинете гостиницу, незаметно проследовать мимо портье, открыть дверь отмычкой и смешать таблетки морфина с виски – проще, чем выкурить сигару. Поверьте.
– Вы упомянули полицейского. Вы не знаете, кто его вызвал?
– Поняв, что вы иностранец, врач скорой помощи решил перестраховаться и протелефонировал в полицию. Полицмейстер прислал инспектора, который не нашёл явных признаков отравления, но в больнице вам, на всякий случай, вкололи атропин. Он-то и вытащил вас с того света. Я лично исследовал содержимое бутылки в лаборатории и потому ошибки быть не может. Таким образом, о причине вашего недомогания осведомлены четверо: вы, я, Войта и преступник.
– Но ведь это невозможно. Морлок в Америке. Как же мог морфин попасть в виски?
– Хороший вопрос.
– Это возможно, если Морлок – один из ваших сотрудников, – высказался Войта.
– Или если он в Праге. И приехал сюда вместе с вами, – добавил Ардашев.
– Да откуда у него деньги на билет, чтобы пересечь Атлантику? – проронил Баркли, удивлённо подняв голову.
– Вы же сами сказали, что отослали ему две тысячи долларов, – напомнил Клим Пантелеевич.
– Верно, я совершенно об этом забыл.
Неожиданно возник официант. Он откупорил виски, поставил рюмки и, положив на стол коробку «Упмана», застыл в нерешительности.
– Предлагаю скрасить ожидание блюд прекрасным «Джонни Уокером» и сигарами.
Ардашев и Войта согласно кивнули и, кельнер, разлив по рюмкам виски, удалился.
– «Упман» и «Джонни Уокер» прекрасно дополняют друг друга, – выпустив колечко дыма, вымолвил Войта.
– А вы, господин Ардашев, отказываетесь от сигары? – спросил Баркли.
– Я избавился от этой привычки много лет назад.
Появился официант с подносом.
– Ну наконец-то, – недовольно проворчал Войта.
– Всё как заказывали, господа, вепрево колено, запечённые свиные рёбрышки в мёде, телячья вырезка под соусом, свиная печень с обжаренным луком и мучным соусом и запечённый карп. Пиво нести?
– Обязательно! Пльзенское! – велел Войта.
– Даже не знаю с чего начать, – поднял взгляд американец. – Столько всего! Хотя, вепрево колено я уже пробовал. Говорят, здесь хорошо готовят карпа. Вот его и попробую.
– «Хорошо» – не то слово! – выговорил Войта. – Карп восхитительный! В Чехии его обязательно подают на Рождество. Перед этим рыбу специально несколько месяцев подкармливают, чтобы появился жирок. Самые крупные особи вымачивают в тёмном пиве сутки-двое и потом, начинив пассированным луком, морковью и шампиньонами, запекают в сметанно-пивном соусе с лимоном. А две-три чешуйки носят в кошельке. Считается, что они приносят деньги.
– Интересный рецепт, надобно взять на вооружение, – улыбнулся Клим Пантелеевич. – Лет двадцать назад мне пришлось поколесить по странам Магриба [18]. Туземцы в тех краях готовят свой улов просто: на подготовленной к жарке рыбе делают косые надрезы на боках. Затем, её поливают смесью воды, лимонного сока, соли и перца. После того, как она пропиталась этим раствором, её смазывают сливочным маслом и запекают. Вкусно и незамысловато.
– Замечательное пиво! – вытирая салфеткой пену с усов, выговорил американец.
– К тому же, пиво и виски – братья, их делаются из ячменного солода, – продолжил мысль Войта.
– Отсюда и появилось мнение, что родственные напитки можно смешивать в течение вечера, не опасаясь утреннего похмелья. Это же относится к вину и коньяку. А вот водка и пиво, или водка и вино – враги, поскольку в основе их приготовления лежат совершенно разные материалы. Судя по всему, человеческому организму трудно распознать эту смесь – отсюда и утренние мучения, – вторил помощнику Ардашев.
– О! Очень интересное мнение!
– Кстати, мистер Баркли, а что за письмо вам принесли вчера утром? – осведомился Клим Пантелеевич.
– Письмо? Какое письмо? – удивился банкир.
– То самое, после которого вы, по словам ваших подчинённых, расстроились, прошли в другую комнату и выпили виски. Вам вскоре стало плохо, вы почти потеряли сознание и пришлось вызывать карету скорой помощи.
– Ах да, коридорный вручил деловое письмо из Америки. – Он покачал головой. – Действительно, я расстроился. Сорвалась выгодная сделка.
– А что было в четвёртом письме Морлока? Вы упоминали, что преступник угрожал Эдгару Сноу, вашему помощнику, не так ли?
– О да! В нём он оценил голову моего помощника в пять тысяч долларов. Оно осталось в Америке… А не выпить ли нам ещё виски, если, как вы сказали, мы можем запросто чередовать пиво и «Джонни Уокера»?
– Почему нет? – просиял Войта. – Я не против.
Опустошив рюмку, Баркли сделал несколько неглубоких затяжек и сказал:
– Мистер Ардашев, завтра утром я проведу небольшое совещание в гостинице, потом обналичу в банке чек и в час пополудни снова навещу вас. Я был бы очень признателен, если бы вы составили небольшое соглашение на поимку Морлока и указали бы там сумму, которую мы с вами уже обсудили. Командировочные расходы отнесите на мой счёт.