В космосе холодно (СИ)

Хватит. Надоело.
Мужчина был выше неё, и, наверное, сильнее, но сейчас ярость и страх прибавляли ей сил.
— Что у вас здесь происходит? — срываясь на фальцет, взвизгнула Сол, уже не заботясь, что подобный вопрос выдает её с головой. — Где люди? Куда все подевались?
Вращая глазами как полоумный, мужчина замер, не дыша, словно боялся сделать вдох. Сол ждала. Он сделал попытку вырваться, но Сол держала крепко.
— Что происходит? Отвечай! — потребовала она.
Затравленно озираясь по сторонам, мужчина сипло забормотал что-то на незнакомом ей языке. Сол чуть не застонала от злости и отчаяния.
— Я не понимаю твоё чёртово наречие! — она чудом сдержалась, чтобы не влепить ему хорошую затрещину. — Отвечай нормально!
А что, если он не знает других языков, кроме этого?.. Однако её пленник заговорил вновь — и на сей раз Сол смогла понять его речь.
— Смерть… — содрогаясь всем телом, прохрипел он. — Смерть пришла из преисподней, из адских глубин. Это кара небесная, перед которой не устоит никто. Смерть шагает по миру и собирает свою дань. Она заберёт всех, кто встретится ей на пути. Никто не избежит этой участи, никто не останется в живых… Ни ты… ни я. Апокалипсис… грядёт, — он закашлялся, схватившись за горло, и Сол чуть ослабила хватку.
— Что ты несёшь? — сердито воскликнула она. — Какая ещё небесная кара, что за чушь?!
Может, этот старик — всего-навсего умалишённый, городской сумасшедший, и всё, что он сейчас ей наговорил, — плод его больного воспалённого воображения?
— Люди… Погибли… — продолжал бормотать старик. — Погибли… за считанные дни… Конец света, предсказанный в пророчествах… Настал… Покаяться… Смириться… — он вновь перешёл на незнакомый Сол диалект, бормотание стало совсем уж нечленораздельным, и больше она не смогла добиться от него ни слова.
Она разжала руки, и мужчина, пошатываясь, побрёл по дороге — туда, откуда пришёл. Сол обнаружила, что у неё дрожат руки — почти как у её невольного информатора.
Что же здесь творится?..
Тяжёло дыша, Сол зашагала дальше, продолжая дёргать ручки дверей, попадавшиеся ей на пути. В конце концов ей повезло: в одном из помещений первого этажа стёкла были выбиты — можно было забраться через окно. Хрустя усыпавшими тротуар осколками, Сол подошла ближе, с опаской заглянула внутрь. В помещении царил полумрак; похоже, здесь похозяйничали мародеры.
— Эй, — негромко позвала она. Ответа не последовало, и Сол, подтянувшись на руках, вскарабкалась на подоконник и спрыгнула вниз.
Судя по всему, раньше это был продуктовый магазин, сейчас же от его внутреннего убранства остались только пустые стеллажи да разбитые вдребезги витрины. В углу на полу была рассыпана какая-то крупа — Сол успела заметить упитанную серую мышь, шустро юркнувшую за плинтус.
Она тщательно обыскала помещение, но людей здесь не было. Зато она обнаружила нечто оказавшееся куда более информативным: измятый обрывок газеты.
На Йорфсе до сих пор были в ходу бумажные газеты и журналы.
Сол жадно вцепилась в свою находку, расправила газетный лист и пробежалась по нему глазами, с замиранием сердца вчитываясь в строки.
"Неизвестный науке вирус косит человечество", — с ужасом прочитала она.
Что?
"Новая вирусная инфекция, которую уже успели окрестить "Вестником Апокалипсиса", свирепствует уже вторую неделю по всей планете. Вирус, получивший название "SS", необычайно заразен и обладает крайне высокой устойчивостью к факторам внешней среды. В процессе своей жизнедеятельности вирус выделяет токсин, поражающий центральную нервную систему, что и приводит к летальному исходу".
Дрожа, Сол перевернула газету.
"Прогнозы специалистов неутешительны… Международная группа врачей-вирусологов ведет круглосуточную работу над изучением ДНК вируса "SS" и возможности разработки вакцины… Вирус убивает в считанные дни, инкубационный период крайне мал и характеризуется полным отсутствием каких-либо симптомов, что затрудняет работу медиков. По оценочным данным, невосприимчивость к "SS" имеет всего 1 % человечества… Мы настоятельно просим всех сохранять спокойствие… не поддаваться…"
 
Дальше газетный лист был разорван по диагонали, и текст становился нечитабельным. Сол огляделась в поисках оторванной части, но ничего не нашла.
Надо же. Удача улыбнулась ей — гадкой беззубой улыбкой мифической старухи с косой. Теперь она знала, в чём причина произошедшего, но легче от этого знания не стало. В полной прострации она вышла на улицу, толкнув дверь, — та слетела с петель и с грохотом рухнула на тротуар.
Всё оказалось напрасно. Все их усилия по спасению этой злополучной планеты разбились о незыблемые скалы суровой безжалостной действительности.
Ветер швырнул ей под ноги пригоршню пожелтевших листьев, и она сбилась с шага.
Теперь ясно, почему тот человек так шарахнулся от неё — боялся заразиться смертельным вирусом. Хотя ему-то как раз можно не беспокоиться: если он до сих пор жив, скорее всего, у него иммунитет.
Но откуда взялся вирус, как смог распространиться так быстро, почему последствия оказались столь фатальны?
Надо же, какая ирония судьбы: она отправилась на Йорфс в надежде сменить обстановку, отвлечься, отойти от шока, а в итоге оказалась свидетельницей куда более глобального бедствия.
Она вспомнила неунывающую улыбку Хенрика, фанатичную решительность Греты, мудрое и печальное лицо Густафа Грина. Ей не верилось, что никого из них, скорее всего, уже нет в живых.
И тут её словно молнией прошило: Жак.
Трясущимися руками Сол вынула свой собственный аппарат из внутреннего кармана куртки, — он был куплен в тот же день, и всё это время она с ним не расставалась; оставалось только надеяться, что несовершенная техника Йорфса смогла выдержать радиационный удар коллапсировавшей звезды. В памяти услужливо всплыл номер — коротенький, всего десять цифр: перед тем, как оставить своего подопечного на Йорфсе, она купила ему мобильный телефон и строго-настрого велела не расставаться с ним ни на секунду.
— Ну же, включайся, ты! — она с силой вдавила тугую упрямую кнопку.
Аппарат пискнул, экран засветился белым. Кажется, работает. Еле дождавшись появления индикатора сети, Сол набрала номер. Аппарат ответил почти сразу.
— Сол?
Его голос звучал как из бочки, вдобавок, связь то и дело прерывалась.
— Жак? — завопила Сол в трубку. — Это ты? Ты жив? С тобой всё в порядке? Где ты? Что тут у вас творится?
— Со мной всё в порядке, — Сол еле смогла разобрать слова за множеством помех. — Скажи лучше, где ты сама?
— Я оставила Вольтурис на острове, — сбивчиво затараторила Сол, чувствуя, что соединение вот-вот разорвётся и боясь не успеть сообщить всего. — Нашла моторную лодку, добралась до континента. Проклятье, я даже не знаю, как называется этот город! И я не уверена, что найду топливо, чтобы переплыть обратно на остров и добраться до корабля.
— Ясно, — видимо, Жак тоже опасался, что соединение ненадежное, и разговор может прерваться в любой момент, поэтому был по-взрослому собран и краток. — Отправь мне свои координаты. В телефоне есть такая функция, найдёшь. И никуда не уходи. Я прилечу за тобой, жди.
Несколько часов спустя они сидели в кабине вертолёта.
— Жак, наши друзья… — Сол запнулась. — Что с ними? Они… — Ей не хотелось произносить вслух "погибли" — словно, прозвучав, эти слова непременно бы воплотились в реальность.
— Я не знаю, — мальчуган понуро опустил голову. — Кажется, господин Грин и Грета укрылись в каком-то бункере, вместе с теми, кому удалось избежать заражения.
 
— А Хенрик? Что с ним?
— Хенрика я не видел, — признался Жак. — Какое-то время мы были вместе. Он мечтал научиться управлять космолётом, не умолкал ни на минуту. Я старался объяснить ему всё, что знаю сам, мы даже немного тренировались на Эродиуме — ну, на том катере, что Альтаир держит здесь на экстренный случай. А потом началась вся эта суматоха с вирусом, и мы разделились… Вроде бы Хенрик оказался в числе инфицированных, но я слышал, что он как будто бы выжил. И в списках погибших его имя не значилось. Только я не знаю, правда ли это, — мы с тех пор больше не виделись. Не представляю, где он сейчас.