Право любить тебя (СИ)

— Она сумасшедшая, Виктор. Как ты можешь с ней общаться? Сколько ты знаешь эту потаскушку?
— Повзрослей уже, Валерия. — резко проговорил Виктор. — Она не такая.
— Я Виктория, не смей меня оскорблять. — с гневом посмотрела ей в глаза.
— Слушайте сюда, вы две маленькие сучки. Мне неинтересно ваши разборки друг с другом, не моя вина, что вы не поделили, но раз вы двое не в состоянии контролировать себя, я запрещаю вам находиться рядом. Ты Валерия, больше не придёшь в мой дом без моего разрешения.
— Виктор, это уже слишком. — в шоке проговорила она — как ты можешь встать на ее защиту?
— Молчать! А ты. — он кинул свой взгляд на меня — будешь в этом доме одна. Я уезжаю и оставляю тебя одну. Может это приведет вас в порядок.
Я ничего не ответила на это.
— Ладно, — рявкнула Валерия — если тебе так хочется, то, пожалуйста, я больше никогда не переступлю порог твоего дома. Но ты за это ответишь. Придурок. — девушка собрала свои вещи и вышла из дома.
Я молча встала и пошла не оборачиваясь на Виктора к себе в комнату. Я не знала, что мне говорить, как поступить. У меня не было плана как выпутаться из этой ситуации. И я была безумно зла на себя саму, за то, что не подумала о последствиях.
Я закрыла за собой дверь и оглядела лишенную всяких эмоций комнату. И тогда-то я поняла, что нет возврата к тому вакууму, в которую я превратила свою жизнь. Виктор пробудил во мне эмоции и желания, которые я похоронила глубоко в себе.
На дрожащих ногах подошла к кровати и присела. Я уставилась в пустой дверной проем, надеясь, что он придет ко мне. Слезы ослепили мои глаза. Я начала молиться, чтобы все было не так, как описала это его сестра. Что я была небезразлична ему, хотя бы немного. Что его огромная фигура появится здесь и все объяснит, или скажет, что все это не имеет значения, что он пришел, чтобы позаботиться обо мне. Что угодно… я бы приняла любое объяснение от Виктора.
Несколько минут спустя мои молитвы были услышаны и в моей комнате появился Виктор. Я молча смотрела ему в глаза.
— Что тебе рассказала Валерия? — спросил Виктор своим ворчливым голосом.
— Что она знает всех твоих любовниц. Каждую. Это так? — я и не пыталась скрыть это от него, я лишь хотела узнать правда это или нет? Я готовилась к его ответу.
— Все верно. — его лицо было бесстрастным.
Я достаточно наслушалась от его сестры, часть меня надеялась что это не правда, хотя другая часть меня верила всему.
— Я не строю отношения. У меня нет друзей, нет дамы сердца. Я живу лишь одним днём. Так же и девушки, на одну ночь, они это знают. Я не могу влюбиться в другую женщину. Для меня это как прыжок в неизвестность. Как только мы узнаем о твоих родителей наши пути разойдутся.
— Как… Как давно ты это решил? — спросила я.
— Как только нашел тебя. Я уеду на пару недель по работе. Как только я приеду, сниму тебе квартиру, а пока живи в этом доме. Я оставлю тебе деньги. Возникнут вопросы, обращайся к охране. Это все. — ответил Виктор, пристально глядя мне в глаза. Уже на пол пути к выходу меня осенила одна идея.
— Виктор? — остановила я его.
— Да? — обернулся он.
— Ээ… Мне нужна комната, любая. Для рисования. Ты можешь мне это устроить? — мой голос дрогнул, я была не в своем доме, и не знала как он на это отреагирует.
— Дом новый, не во всех комнатах есть мебель. Выбирай любую какую найдешь.
— Спасибо — мне удалось слабо улыбнуться.
На следующий день Виктор уехал. Я нашла возле своей комнаты небольшое помещение, явно предназначена для гардеробной. Так как Виктор оставил мне деньги, которые я обещала ему вернуть, я купила себе стол. В комнате почти ничего не было, если не считать большого полотна, стоящего на мольберте в центре помещения, и нового стола, на котором громоздились тюбики с краской, палитры и кисти всех размеров. Я понимала, что времени у меня немного. Я хотела хоть что-то сделать для себя. Мне почему-то казалось, что время не на моей стороне и всегда будет против меня.
Мое сердце билось быстрее обычного, когда я решилась сделать это, я взяла небольшую кисть и лихорадочно обмакнула ее в краску.
 
Вскоре на портрете появилось лицо и фигура подробно, объемно, моя кисть била по холсту коротко и уверенно, яркие краски трепетали… Но задний план неопределенный, это почти коллаж радужных тонов, в котором преобладают мягкие синие и желтые оттенки. Работа выглядела живой, яркой и роскошной. Она была радостной и полной надежд.
Я была погружена в себя, рисовала без конца, часами. Ближе к вечеру, когда лишь часть портрета была готова, я была уже вымазана красками.
Я так тщательно старалась смыть с себя краску, которая попала на моё тело, что расцарапала некоторые участки кожи мочалкой до крови.
В моей голове постоянно крутилось: «А что, если бы…». Я убеждала себя, что нет нужды думать об этом, потому что Виктор все решил за нас двоих, для меня нет места в его сердце. Я вышла из душа, обмотав себя полотенцем, и подошла к кровати, чтобы переодеться в чистые вещи. Я убрала сырые волосы в пучок, чтобы они не мешались, скинула полотенце на пол. Я разложила часть вещей, что были у меня на кровать, думая что же одеть, так как я была в доме одна я и не подумала скорее одеться. Я молча стояла и смотрела на кровать. Может лечь спать в одном нижнем белье? Или все же надеть майку? А если будут слишком жарко или наоборот холодно? Я взяла в руки поношенную довольно длинную футболку.
Внезапно дверь моей комнаты распахнулась.
— Я забыл тебе…
Мое сердце остановилось, а футболка выпала из рук. Ох, боже… мозг полностью отключился. Я тупо уставилась на Виктора, совершенно голая.
18
®Виктория
Мы стояли словно замороженные, полностью обездвижены моей наготой. Время остановилось, а Виктор… он продолжал смотреть на меня.
Жар прилил к моим щекам, спустился к шее и до самых моих ног. В его глазах был огонь и напряжение, которое ласкало мою кожу. Мои губы раскрылись, пульс участился, стуча в каждой клеточке моего тела. Не знаю, кто именно вернул мне здравый смысл. Я подскочила к кровати, хватая одеяло и прижала его к себе.
— Извини, — выдавил он, развернулся и вышел из комнаты.
Меня трясёт, словно лист на ветру, и мне отчаянно хочется расплакаться. Моё сердце бьётся так сильно, будто там лягается рассерженный осёл. Я стояла перед ним совершенно голая, а он и бровью не повел. Как можно быть таким бесчувственным? Другой давно бы уложил в постель, увидев девушку голой.
Через несколько минут раздался стук в дверь — Прости Виктория, я не думал увидеть тебя в таком виде, — говорил Виктор через дверь.
— Ты же уехал- проговорила я подходя ближе к двери.
— Я приехал за тобой, я узнал новости о твоих родителей, нужно проверить. Оденься и выходи я буду ждать тебя в машине. — после, я услышала звук его удаляющихся шагов.
Я чуть ли не задохнулась от подступившей внезапно злости. Сжала челюсти, чтобы не выронить грязное ругательство в его сторону и, схватив из сумки единственное платье и босоножки, отправилась в ванную, где могла взять себя в руки. Втиснуть себя в платье и надеть босоножки было делом парочки секунд. Пропустить волосы сквозь растопыренные пальцы ещё меньше. В зеркале на меня смотрел подросток, плюющий на все законы макияжа, моды и стиля и выбравший пугающую естественность.
Я закинула голову и закрыла глаза, тяжело вздыхая.
Для него девушки словно нектар, меня же он не хотел попробовать. Неужели его пугает моя девственность и неопытность?
Я расправила плечи и была готова встретить все, что приготовила для меня судьба. Я взяла сумку и вышла на улицу.
Я приблизилась к машине Виктора, он поворачивает голову в мою сторону. Я смотрю в его глаза, напряжённое выражение его лица почти пугающе. Я дарю ему улыбку в надежде вызвать ответную реакцию, но он только сводит вместе брови и произносит:
— Поехали. Нам предстоит трудная поездка. — Виктор садится на место водителя, я забралась на своё место придерживая платье, и скользнула по сиденью.