Настя (СИ)
Партнёр был весьма доволен поездкой. Производители «Унимогов» были рады продать сотню двигателей и наборы комплектующих деталей в Советский Союз. Министерство закупает всё это на свой счёт и передаёт нам в Павлово в сборочный цех. Так до конца года мы сдаём министерству сотню машин, неплохо на этом заработав и, получив опыт производства лёгкого грузовика. Параллельно доводим к декабрю свой «Унимог» которого я предложил назвать «Бычок».
Шестернёв на свой страх и риск заказал на 1951 год поставку двух партий шариковых ручек Бик Кристалл. Производство начнётся в декабре этого года. Полгода-год задорого поторгуем импортом, а там наши научатся делать дешёвый аналог. Причём Шестернёв изначально запланировал подключить капиталы московских и ленинградских артелей, заинтересованных в продаже и производстве европейских новинок.
Джинсы, больше похожие на ковбойско-заводскую спецодежду, партнёра не впечатлили. Тяжёлые, плотные как брезент они никак не походили на элегантные лёгкие брюки. Но, я помнил фотку Джеймса Дина в джинсе над кроватью брата и был уверен в триумфальном шествии этих штанов по всем сторонам и весям. Во всяком случае у «золотой молодёжи» они будут пользоваться спросом только потому, что все западные шмотки в их представлении — Вещь. В любом случае из десятка образцов я отобрал три отдалённо напоминавшие дефицит 60-70-х. Мешок с фурнитурой был тоже оценен положительно. Начнём в СССР выпуск одежды скотоводов на три десятка лет раньше. Шестернёв покривил нос, но что-то записал в свой ежедневник насчёт заказов в московских и горьковских ателье и на фабрику медных изделий.
С зажигалкой было всё просто. Нужна полная копия с теснением, например, звезды. Здесь главное за счёт объёма производства снизить себестоимость, чтобы вещь стала доступной для простого народа…
На закуску партнёр оставил самое интересное… К нам приедет Адольф Дасслер. Ну, не к нам, а в Москву, но не суть. Он будет предлагать к выпуску свои кроссовки и бутсы по лицензии. Выкуп Шестернёвым права на производство двух тысяч пар немец посчитал заниженным. Этот обувной гений просто не мог представить, что каждый моток промышленной кожи помечен и распределён в министерствах. Так, что пусть встречается с артельщиками — максимум несколько сотен пар в год — вот их предел. На следующий то год они смогут развернуться, но в этом мы первыми снимем сливки. Шестернёв даст задание скупить все свободные запасы кожи на уже выписанных в министерстве складах. Начальство уже дало добро на закупки кожи по письму Спорткомитета подписанному Гранаткиным. Так, что бутсы и кроссовки с уже тремя белыми полосами у нас практически в кармане…
Довольный Владимир Владимирович откидывается в кресле и начинает потягивать французский коньяк под кубинскую сигару. Я тоже доволен. На ближайшие годы имеется подушка комфорта и безопасности. В следующем году пойдут дивиденды и можно будет себе многое позволить. А то Колобок уже достал бренчанием и ночным чтением. Да и Настю нужно от генерала отрывать. Красавчик то поди её в бархат и шелка обещает рядить…
— А где электроника, то есть радиотехника? — быстро поправляюсь я.
— Вон, под автомобильным журналом посмотри. — говорит Шестернёв, беря в руку телефонную трубку.
Отсеиваю всякую шелуху и вот. Предложение немцев Матаре и Велкера о производстве транзитронов сначала шокировало.
Как это два года выпускают? А где американцы с транзисторами? Охренеть…
Положивший трубку партнёр, перевёл с немецкого… Готовы организовать производство для радиотехнической промышленности. Ценник зашкаливает. Мы не потянем. Это другой уровень вложений…
А вот и, как сказал Шестернёв, релейный гроб на колёсиках. На фото я никаких колёсиков не вижу, но очевидец говорит, что есть. Двигают шкафы на колёсах, чтобы пыль под ними протирать. «Вычислитель Z4 Конрада Цузе». Далее идёт схема и назначение устройства с тактовой частотой вычислений сорок герц. Предусмотрен язык программирования — Планкалкюль.
— Стол и несколько шкафов с реле. Будет готов к продаже в конце года. Для работы жрёт много электричества и требует ухода и обслуживания десятка человек. Стоит эта игрушка как десяток новеньких «Жуков». Я слышал в Киеве наши что-то подобное делают. Только ещё больших размеров.
Нужно Рамееву позвонить, рассказать про это чудо техники. А не выпить ли коньячку благородному дону? Тем более на халяву!
Вечер прошёл в составлении краткосрочных и среднесрочных планов по всем нашим направлениям. Я думал, что у партнёра случится затык из-за нехватки средств, но в такие моменты Владимир Владимирович доставал один из своих пухлых ежедневников, и либо сразу звонил будущему нашему партнёру, либо переписывал координаты в наш бизнес-план.
В общежитии Васёк дал почитать письмо Попандопуло с Дальнего Востока. Он там с Амет-Ханом на разведку летает. То из Владика над одним берегом пролетит, то из Порт-Артура над другим, а то и к Японии слетают. Над морем наших не трогают пока. Под Пусаном высадка американских и ооновских войск идёт и днём и ночью. Пирсов не хватает. Части высаживаются в японские порты. Такую махину нагнали — скоро вдарят. А китайцы тоже готовы, солдат и техники на северной границе Кореи — плюнуть некуда. Северные то с южными навоевались уже. В наступление идти не желают, а вот китайцы и американцы те очень даже да. Правда «полосатики» хотят сначала на земле всё пожечь, а потом пехоту с танками пускать. Чтобы так сказать без потерь следовать за огневым валом. А ещё наши советники рассказывали, что у них там поначалу в американские дивизии гребли из Японии всех подряд. А обслуга-то в основном «чёрная». Если «белые» части стояли крепко, то «чёрные» драпали, только пятки сверкали. Это после того как в один американский полк через местных мешок с чёрными головами прислали с запиской, что негров будут возвращать из плена по частям… Еще написал как хоронили капитана Грачёва в Порт-Артуре. Наш первый погибший в Корее. А ещё у Порт-Артура курган местные коммунисты насыпали в память о сожжённых жителях города во время одной из японо-китайских войн. Здесь так порой зачищают территорию, убивая всех подряд жителей без разбора. Такие вот тут военные традиции…
На этом военная часть письма закончилась и начался обычный трёп про лётчиков, женщин и еду. Когда Колобок угасающим для меня голосом читал как три китаянки выступали перед стёпиным экипажем под русскую песню, то я представил, как наша девушка поёт нашу песню на китайском, улыбнулся и незаметно заснул. https://youtu.be/drNTuRL8doM?t=212
11 июня 1950 года.
Снайперша уже десятый раз забегает к нам в комнату, чтобы подогнать нас с Колобком. Покрутилась, и не найдя приличного зеркала, убежала к себе смотреться. Васечка охренивает:
— А зачем так рано приходить? Ей с Лёвой молодых гостей встречать? А нам то что делать? А то ишь ты — «гармошку дам на неделю напрокат»… Как будто я на свадьбу с инструментом колымить пойду… Я б и так взял. Хорошо хоть «Человека-амфибию» дала почитать… А то «ты страницы загибаешь»… Ну, и загибал… Загибаю и буду загибать…
Прям как Саня Кержаков журналистам…
Ресторан «Прага» закрыт на спецобслуживание. Нас, значит, будет обслуживать. Заходим внутрь. Показываем документы. Я то примелькался, а этих долго осматривают. Даша так нервничает, что чуть сумочку не уронила при досмотре…
Ну, вот наконец и Лёва со вторым Лёвой. Булганин восхищённо оглядывает подругу и забирает Дашу «показывать оранжерею» в реставрируемом крыле здания.
Дело молодое. Лишь бы платье не порвали…
Колобок с завистью поглядел им вслед. А потом обратил свой взор на меня. Пару секунд играли в гляделки, а потом начали ржать, вызвав переполох среди охраны и удивление элегантного Збарского…
