Путь в стаю (СИ)
А потом, под смешки наблюдавших за схваткой валькирий, мы и вовсе перешли к борьбе. Инициатором стала рыжая. Точно, решила развеять мою крамольную мысль о её недостаточном сексуальном темпераменте! Позволила прочувствовать себя уже сейчас, чтобы доподлинно знал, что именно получу в постели позже. Намекала, чертовка, что не прочь поиграть и там! Нет, определённо, я удачно зашёл.
— Ну как, ощутил меня? — поинтересовалась рыжая, склоняясь надо мной после очередного броска; попыталась скрутить, чтобы уже потом провести болевой приём.
— Ну, кошка! Всю тебя вылижу! — рыкнул в ответ, выкручиваясь и разрывая дистанцию. В этот момент меня немного повело, я еле сохранил равновесие.
— Ты чего? — удивилась валькирия. — Вроде бы сильно не прилетало…
— Я себе недавно кровопускание сделал. Нужно было немедленно вступить в бой с этой девчонкой, — кивнул головой в сторону Стефи. — Она после дуэли была, пищала, что устала. Вот и пришлось… уравнивать шансы.
Рыжая сначала недоверчиво зыркнула на меня, словно проверяя, не шучу ли, а когда не нашла в моём лице ни капли злорадства, задорно рассмеялась. Быстрым движением сократила разделявшее нас расстояние, заведёнными за спину руками обозначая мирные намерения, и вжалась в меня вся — доверчиво, всем своим роскошным тренированным телом.
— Первый раз слышу, чтобы так уравнивали шансы. Ты точно ненормальный. Но… Признаю, в этом что-то есть. Лучше скажи, где так драться научился. Ведь для такого развития мышц и связок с детства нужно заниматься, да и реакция у тебя на высоте. Ни один кот, с кем я имела дело, так не мог. Республиканцам в детстве не до рукопашного боя, им бы с девчонками своими сладить.
— Как ты лихо всё просчитала! Мне кажется… у тебя великолепный потенциал. И в бою это чувствовал, а теперь ещё и аналитические выводы, почитай, на коленке…
— Ты от вопроса не уходи, — однако мои комплименты были ей приятны, кошка ещё больше оттаяла, даже бёдрами о меня потёрлась. — Ещё несколько лет, и буду Высшей, тут ты прав. Как почувствовал грань? Был опыт тесного общения с Высшими? Что, тебя тоже эта рыжая ломала?
— Какая рыжая? — растерялся я.
— У нас только одна рыжая на котах специализируется… специализировалась, — поправилась девочка, глубоко вздохнув. — Валери О`Стирх.
— Она… ломала мальчиков в стаях? — огромного труда мне стоило сохранить хладнокровие.
— Мы все её любили. Все валькирии в ней души не чаяли. Она многих спасла этой своей привычкой постоянно доводить до конца… с каждой из нас. После боя всегда сестёр на ноги ставила, невзирая, чего это стоило лично ей. С каждой лично возилась, места в лучших медицинских учреждениях выбивала. Ей прощали абсолютно всё. Даже то, что она любила ворваться в чужую стаю и начать там играться с мальчиками. Двое её последних мужчин — как раз из стай. Сёстрам, конечно, было больно отдавать их ей, но… это же Тёмная Мать! Как можно ей не потакать в такой малости, когда она всю себя сёстрам вручает?! Но ты опять не ответил, — девочка резко отстранилась; впилась пальцами в мои плечи, вгляделась в глаза. Казалось, своим пронзительным взглядом зеленющих ведьмовских глаз она старается проникнуть в самые закрома моей души. — Я хочу знать всё. Где ты научился драться так. Почему ты дёргаешься при упоминании О`Стирх. С кем из Высших ты… спишь. Спишь ведь? Угадала?
Почему-то под этим взглядом не хотелось юлить, а ещё меньше — уходить от ответа. Я просто не мог не ответить, когда женщина смотрела вот так! Настолько требовательно, настолько сочувственно, настолько стремясь поддержать…
— Первую планету-прародительницу мне дали за Ведьму. Она тогда ещё не была Верховной дальней разведки. Я жил на варварской планете, в дальнем космосе, за секторами внешников. Там мы и встретились. Она сходила с ума после четырёх лет в дальней разведке. Я смог вправить ей мозги. Потом за ней прилетела Валери. Эвакуировать. Было нападение на станцию, я остался прикрывать их отлёт… хотел спасти мечницу… Потом… хотел просто сдохнуть и унести с собой побольше врагов. Я уничтожил всю их инфраструктуру. Три стратосферных лифта. Прилетел с ядерной бомбой на их крейсер. Готовился красиво умереть, взорвал его, но поля… сохранили жизнь. Валери вернулась за мной. Подобрала в открытом космосе. С тех пор мы с ней были… как одно целое. Наверное, она именно этого искала всю жизнь. Нашла. К сожалению, я не уберёг её… Натаскивала меня и в боевых искусствах, и в аналитике, и в управлении. До того тем же занималась Ведьма. Последнее время, после смерти Ри, шефство надо мной взяла Старшая стаи Милена, давняя боевая подруга О`Стирх и… Тина А`Гийн. Именно они вправляли мне мозги, катая на яхте по Республике и показывая местные достопримечательности… Я варвар по воспитанию, девочка. С детства тренировался на той планете, а потом мною плотно занимались уже мои женщины… Я ответил на твои вопросы?
— Так ты… Стой, да ты же… Меч Республики! Почему сразу не сказал?! — и уже своим валькириям, повернувшись в их сторону. — Сёстры, вы даже не представляете, кто попался в наши коготки! Это — Меч Республики! Тот самый, который вдвоём с Тёмной Матерью поставил на уши всю Литанию!
Валькирии не были тупой массовкой, поэтому восторженных криков от них не последовало. Они ответили на свой лад — все, как одна, оказались рядом. Опять вокруг меня образовалось чёрно-серебряное кольцо, только теперь ни в одной валькирии не было и тени былой настороженности. Напротив, девочки лучились радостью, азартом и… необузданной сексуальной энергией. Хотели попробоватьнеожиданно свалившуюся на их головы диковинку — и до того хотели, но сейчас их желание стало физически ощутимым.
Что ощущал я сам под прицелом столь острого внимания? Последние недели, проведённые в обществе валькирий, сформировали вполне конкретную реакцию на этот массовый психоз. Всё остальное, что было за кругом облепивших меня женщин, резко обесценилось, поблекло. Зато кошки вокруг, напротив, обрели манящий ореол единственно настоящего, надёжного и… родного. Неуёмная сексуальная энергия женщин встречалась с таким же сильным ответным чувством, и не в последнюю очередь — под впечатлением от лучащейся радостью снежки в моих руках.
— Ну, Синергия на твоей груди теперь понятна, — фыркнула, между тем, рыжая. — Но теперь всё сильно усложняется — теперь мы в ответе за тебя. Поэтому… мне нужно срочно поговорить с твоими женщинами. Если они тебе мозги вправляли все последние недели… Это серьёзно. Не хочу сделать что-то, о чём потом пожалею.
— Подожди, рыжая. Про мои планеты ты услышала. Расскажи теперь, за что получила свою Синергию, — эта деталь не давала мне покоя с самого начала. Ведь снежка оказалась единственной обладательницей высшей награды Республики среди её дочерей в этом зале.
— Это… мне неприятно это вспоминать, — призналась девочка, отводя взгляд.
— Откровенность за откровенность. Думаешь, я удовольствие получаю, когда вспоминаю те события?
— Сохранила много жизней. Очень много. Собиралась умирать, но не срослось. Вытащили. В последний момент.
— Дали за сохранённые жизни? Не за… убийства?
— Ты что, кот, в своём уме?! — рассердилась Старшая. — За смерти дают это (девочка прошлась мне коленом по внутренней стороне бедра, где серебрилась перечёркнутая когтями планета со счётчиком десантных операций), или это (ладошка снежки пробежалась по счётчику космических кораблей с правой стороны торса). А планеты-прародительницы… только за сохранённую жизнь. Вернее, жизни.
— В Литании…
— В Литании ты сохранил бессчётное число жизней своих боевых сестёр, которые в противном случае занимались бы принудительной реколонизацией. Да, они теперь могут умереть в другом Секторе, который решат реколонизировать вместо Литании, но они бы там уже умерли. А теперь… считай, они получили вторую жизнь. Все кошки, все валькирии, — блеснула глазками довольная произведённым ошеломляющим эффектом снежка. — Благодаря тебе получили.
Я ошеломлённо молчал. Никогда не смотрел на высшую награду Республики с такой стороны — считал, она досталась мне за уничтожение вражеских кораблей, за разложение флота и, в конечном счёте, выбывание Литании из колониальной войны. Но так… Поразительно.