Путь в стаю (СИ)

Я старался в основном спрашивать, тем более, из парня пёрло, как из прорванной канализации. Жуткий типаж. Глядя на него, мне было понятно пренебрежительное отношение валькирий к котам. Да, на потрахаться они способны. Даже броню одеть могут. Но на что-то большее… А ещё благодаря Арту мне стала понятна одна из извечных истин бытия. Общаться с девочками можно, даже если нет общих тем — в конце концов, всегда можно просто перейти к сексу, — но вот что делать с мужчиной в той же ситуации?.. Думаю, за это валькирии котов и любили — общих интересов может и не быть, зато всегда можно приятно провести время с помощью… кхм… специально созданного природой инструмента общения.
Когда льющийся из парня словесный поток меня окончательно доконал, я мягко намекнул, что пора и честь знать. Попросил его приходить завтра с утра, отговорившись плохим самочувствием после операции. От говорильни реально разболелась голова, должно быть, послеоперационная слабость так сказывалась. Арт на удивление не стал навязывать своё присутствие. Всё же какие-то задатки такта — или чутья на неприятности, что вероятней — у него были, и юный кот смог уловить моё плачевное состояние. Посему он поспешил попрощаться… но обещал вернуться. Как Карлсон из земной детской сказки — один в один.
Едва гость ушёл, на столе сам собой образовался ужин. Республиканская система подачи блюд на этот раз сработала поразительно вовремя. Чуть раньше — и мне бы от кота уже не отделаться, точно напросился бы на совместную трапезу. В животе предательски заурчало. Только сейчас осознал, насколько голоден. Так что съел всё, до последней крошки, и только затем завалился на кровать — чтобы мгновением позже провалиться в сон.
Проснулся ранним утром, бодрым и свежим. Организм работал как часы, в очередной раз подтверждая высокие генетические кондиции своего обладателя. Однако не прошло и часа медитаций, как в комнату без стука заявилась очередная посетительница. На этот раз ею оказалась очаровательная ассистентка Риты — Илина. Я почувствовал снежку даже с закрытыми глазами, но эта оторва решила немного поиграть и довольно бесцеремонно наступила мне изящным сапожком на бедро. С толикой ленцы открыл глаза, никак не реагируя на болезненное нажатие, зато тут же среагировал на соблазнительный образ прелестницы.
Илина заявилась ко мне в чём-то обтягивающем, блестящем добрым десятком разнообразных оттенков красного. Одеяние подчёркивало её ладную фигурку, очень изящную, без толики лишних мышц и жира. С моего ракурса особенно отчётливо была видна обтянутая переливающейся тканью вздёрнутая вверх грудка каплевидной формы. Я невольно залюбовался открывшимся мне видом, девочка же от моего неприкрытого восхищения во взоре совершенно поплыла.
— Смотрю, ты в порядке? — немного грудным от возбуждения голосом заявила снежка. — Готов на подвиги?
— Да, Илина. Если прикажешь.
— Тогда можешь начать с моей ножки, — благосклонно изрекла прелестница, постреливая горящими возбуждением глазками.
Я тут же решил наплевать на рекомендации лекарши. Тем более рядом была не абы кто, а её ассистентка! Которой с высот медицинской науки тоже что-то, да видно. Например, что нашу игру вряд ли можно назвать физической нагрузкой — так, рутинное отправление естественных потребностей. Я уже дошёл до бёдер девочки и собирался переходить к сладкому, когда дверь в очередной раз распахнулась и на пороге возник… Арт.
— Так и думал, что ты уже встал! — заявил этот республиканский аналог Карлсона. — А что это вы тут делаете? Я тоже хочу!
Словно речь шла не о предстоящем сексе, а о какой-нибудь детской игре… или банке варенья. Я даже растерялся от такой наглости юного кота.
— Эй, котик, ты не видишь, что мы тут не в игрушки играем? — с трудом сдерживая рвущийся из горла рык, поинтересовался я.
— Так и я не в игрушки играть буду! — расплылся в улыбке предвкушения этот безбашенный котяра.
— Хватит трепаться, мальчики! — рыкнула изрядно возбуждённая снежка в моих объятьях. — Давайте уже, решайте, кого я буду трахать!
 
Я поднял исполненный недоумения взгляд на медноволосую — это был удар ниже пояса.
— Тебе что, реально всё равно, с кем сейчас спать?
— Да хоть с вами обоими! Так, ты давай лижи, а ты…
Но дослушивать оды перевозбудившейся республиканки я не стал. Поднялся и воззрился на котика. Тот уже пожирал девчушку взглядом, весь был с ней и в ней. С уголка его губ протянулась ниточка слюны. И это он только в дверях стоит!
— Арт, ты реально собираешься с ней спать?
— Да! — запальчиво бросил юнец, уже на полпути к Илине.
— Хорошо. Уберёшь потом за собой.
Но кот ничего не ответил, ему было уже не до меня — снежка полностью взяла его в оборот. Мазнув ещё раз взглядом по сплетающимся в страстном танце телам, я молча покинул комнату. Из закрывающейся за спиной дверной мембраны доносились стоны дорвавшейся до сладкого лекарши. На душе было погано. Понятно, что для Илины всё это — игра, развлечение. Но чтобы ей было настолько безразлично, с кем спать?! Зачем тогда приходила именно ко мне? Валькирии теперь казались мне единственными достойными партнёршами, обычные же республиканки виделись… Не знаю, какими-то неконкретными, что ли? Почему-то вспомнились те две гражданские, которые на лайнере пытались использовать меня в собственных разборках. Они и эта — одного поля ягоды. Как вообще у Арта на такую поднимается?.. Но это его дело. В конце концов, он — мой боевой брат, я должен поддерживать его по мере сил. Да, он не до конца прав. Да, ворвался в мою палату без стука, почти снял с женщины. Но зато он приоткрыл мне глаза на эту самую женщину. Впрочем, своё он получит, но позже. Да и проблем с Илиной мне не нужно. Пусть девочка трахается. Она всего лишь гражданская. Ещё и с ветром в голове.
Коридор вывел меня к переходу между корпусами. Стены, пол и потолок перехода оказались полностью прозрачными, открывающийся отсюда вид завораживал, будоражил кровь. Казалось, ты стоишь прямо в воздухе, а под тобой — бескрайний вечный лес. Недолго думая, я уселся прямо на прозрачный пол и ушёл в медитацию.
Наверное, это смотрелось дико — сидящий посреди коридора человек, в сердце серьёзного медицинского учреждения. Но за всё время медитации я почти не видел людей. Мимо в основном проплывали дройды, которых мало волновало поведение человека, а люди… Пару раз меня окликали пробегавшие мимо медицинские работницы, но, не получив никакого отклика, уносились по своим делам. Им не нужно было волноваться о моём самочувствии, потому что все необходимые датчики содержались либо в виде колоний нанитов в самом организме, либо были интегрированы в одежду. Девочки тут же получали исчерпывающую информацию о моём состоянии, что же до странностей поведения… Да мало ли что взбредёт в голову мужской ипостаси валькирии? Для республиканок и обычные валькирии были живой загадкой, а уж коты и вовсе — загадкой в квадрате.
В какой-то момент в голове щёлкнуло, словно повернули некий переключатель. Пришло время возвращаться в палату: по моим внутренним часам прошло ровно три часа. В принципе, к тому, что ожидало внутри, я был готов. Кот не посчитал нужным даже привести в порядок мою кровать, и теперь сидел за столом, полностью умиротворённый. При моём появлении он расплылся в насмешливой улыбке, которая, впрочем, тут же погасла после первого же удара — прямым в глаз.
— Не вижу причин для веселья, котик, — спокойно заметил я, давая Арту возможность прийти в себя и подняться — всё же драться, сидя в кресле, не очень удобно, а так меня никто не обвинит в пристрастии к нечестным методам ведения спарринга.
 
— Эй, ты чего, охренел?!
— Сейчас я немного поучу тебя правилам хорошего тона, котик, — я даже не обратил внимания на его гневный окрик. — Во-первых, нужно стучать, прежде чем заходишь в чужую комнату.
Кот попытался провести удар, но он был слишком неуклюжим, мужчине не хватало скорости и техничности. Я пропустил его кулак над плечом и ударил встречным в печень. Такой удар сложно выдержать, это работает сильней, чем удар в солнечное сплетение, так что Арт просто кулем осел на пол. Едва он немного отдышался, я напомнил о себе.