Однажды под Новый год, или Кто такие Монстры (СИ)
Гриша только вытянул короткую переднюю лапу, остановить ее, но где там!
Она снова сунула морду, понюхать хотела. А заросли папоротника затряслись, и оттуда ломанулся какой-то мелкий зверек. Нина снова отпрыгнула, на сей раз не так нервно, похоже, привыкать стала. Осмысливать. Почесала нижнюю челюсть:
- Гриш? А у нас тут из животного мира враги есть?
- Нет, - ответил он гордо, - мы тут вершина пищевой цепи. - Потом с сожалением добавил: - Были когда-то.
И зашагал вперед.
Сзади опять слышался шум, и земля сотрясалась от подозрительных скачков. Точно надо было уводить ее из оврага, пока своими скачками не разнесла все. На сей раз он повернулся к ней и сделал строгое лицо. Дождался, пока она подошла, и осторожно выглянул за пределы балки.
Потому что за пределами начинался большой мир.
Вроде чисто. Он повернулся и мотнул мордой в сторону выхода - мол, пошли. Нина оглядела все кругом и прошептала жутким рокочущим контральто:
- Гриша, мне здесь так нравится! Всё такое красивое! А небо! А воздух сладкий… ммм... Его пить хочется.
Он только шевельнул бровными дугами и горделиво проурчал:
- А то.
Дальше дорога шла по небольшому плато, спуск с него был пологим и заросшим высокими травами неизвестных земной науке видов. А ей же надо было все понюхать и попробовать. Сначала, когда Нина сворачивала с дороги и начинала увлеченно рассматривать какую-нибудь былинку или букашку, он еще умилялся. Потом в какой-то момент ощутил себя мужчиной на шопинге. И уже глухо молчал.
Но два часа?!
Теперь он просто мрачно тянул ее за хвост, пытаясь оторвать от «ужасно интересных» образцов местной фауны и флоры. Так свечереет скоро, а они тут на виду торчат, как прыщи на лысине! Не ночевать же в чистом поле. Он с дамой, в конце концов!
Пока Гриша вертел головой, размышляя на эту тему, она нашла себе новый объект для изучения. Он только успел среагировать.
- Млин! – проорал сквозь зубы, оттаскивая ее от дикобраза. - Ты зачем напугала несчастного? Хорошо еще он носом к носу с тобой столкнулся и все свои иглы в валун пустил. А если бы тебе в глаз? Или мне?
- Гриша, не будь занудой, - решила возразить она. - Я знаю, с какой стороны подходить к дикобразу.
- Ага! А если бы это был местный скунс?
- Так у скунсов нет иголок, и они полосатые!
- Ха-ха! Вот и не угадала!
- Что? Есть?
Он загадочно промолчал. Удалось-таки поселить хоть какие-то сомнения в ее пустой голове! Правда, Григорий никогда не видел тут скунсов. Но что с того?
Зато Нина перестала разбредаться одновременно во все стороны, и, кажется, им удастся продолжить путь. Гриша знал, что поблизости есть пещеры, вот там неплохо было бы переночевать. И вдруг услышал:
- Гриш, я есть хочу.
Он даже замер, внезапно тоже вдруг захотелось есть.
- Щас. Поймаем какую-нибудь парнокопытную на ужин, - пробормотал он и стал осматриваться.
- Ты что?! Будешь убивать безвинных животных?! – вытаращилась на него ящерша.
- Нина, - нет, он пытался быть терпеливым, он пытался объяснить по-человечески. - Мы плотоядные. Мы звероящеры, понимаешь? Мы питаемся мясом. Ты же ешь мясо, курятину?
- Так это совсем другое! Я мясо в магазине покупаю!
- Нина, - зашипел доведенный до белого каления мужик в образе тираннозавра, - ты здесь где-нибудь видишь магазины?
Магазинов вокруг не наблюдалось, но она все равно обиженно сопела. У Григория вмиг разболелись все зубы.
- Хорошо. Давай вернемся к порталу, там есть схроны с курятиной и яйцами. Правда, они не сегодняшние и даже не вчерашние, но есть можно. Если не принюхиваться.
Мысль вернуться Нине, видимо, не понравилась. Она оглянулась на пройденный путь... Нет, определенно не понравилась.
- Ну ладно, - неуверенно и недовольно так.
- Что «ладно»?! – рыкнул мужик.
- Командуй.
- То-то же! - статус-кво был восстановлен.
Еще немного осмотревшись, Гриша нашел-таки подходящего размера дыру в каменистом склоне, в которую смог бы протиснуться крупный ящер.
- Так, Нинка, я тут нашел место нам на ночлег. Сейчас пойдем, я тебя там оставлю и поймаю чего-нибудь на ужин.
***
Заселение в пещеру прошло не без драматических сцен. Оказалось, что ее уже облюбовал под свое логово пещерный лев. Но куда ему, льву, против тираннозавра-то? Хе-хе…
Гигантский звероящер Гриша произнес простую и понятную формулу на всеобщем зверином языке (на самом деле просто оскалил жуткую пасть, в которой лев мог бы исчезнуть незамеченным, и негромко зарычал). Умный лев все понял и тут же без звука испарился.
Даже добычу свою оставил - упитанную антилопу. Видать, только приволок, даже надкусить не успел.
«А хорошо быть вершиной пищевой цепи», - неожиданно пришел к выводу Григорий, когда Нина, уважительно глядя на него, пророкотала:
- Добытчик.
Если бы он мог дотянуться коротенькой передней лапой, погладил бы сам себя по головке. Но, оказалось, что не все еще препятствия на пути к спокойному отдыху преодолены. Теперь она отказывалась есть мясо сырым.
«Надо же, еще не успел жениться, а уже начинаю понимать Отелло», - подумалось мужику.
Но вслух он сказал, потихоньку зверея от безысходности:
- И как ты себе это представляешь? Как я вот этими лапками тебе костер разожгу? Нина, мы ящеры! Понимаешь? Мы здесь не люди, а ящеры! И мясо едим сырым! В крайнем случае - тухлым!
При слове «тухлым» ей, видимо, поплохело, а Гриша негромко взвыл и рванул антилопу за бок. Запахло кровищей. И тут...
- Гриша… А что это так хорошо пахнет? – она уже облизывалась.
- Ужин твой пахнет! – в сердцах рявкнул Григорий.
- Дай-ка я попробую маленький кусочек…
Через секунду она уже рвала тушу антилопы зубами и лапами и урчала от удовольствия. Гриша, глядя на нее, млел непонятно почему - казалось бы, сам-то без ужина остался. А когда наевшаяся ящерша наконец сыто икнула и отвалилась со словами: « Спасибо, ничего вкуснее не пробовала», - он простил ей все.
Но теперь же приближалось время спать.
А как спать?
Рядом? Мужик, в смысле тираннозавр, невольно сглотнул. Пусть ему ничего не светит (ну в этой-то форме - точно ничего, они теперь исключительно людьми размножались, ибо монстры, опасность и... были еще нюансы). Но сама мысль ему нравилась.
Смущало только одно. Ее реакция.
Ящерша расправилась с антилопой, оставив ему только рога и копыта, да еще кусок шкуры. Впрочем, с ужином он уже мысленно попрощался и настроился на тот интим, который в данных условиях возможен.
И тут да. Да-а-а.
- Гриш? - она оглядывалась в пещере. - А где я буду спать?
- Здесь и будешь, - проговорил он, сохраняя невозмутимое выражение «лица».
- В смысле? Прямо тут?
- Видишь ли... - начал он.
- А ты?
Вот сейчас надо было подать информацию правильно.
- Да. Я тоже, - сказал он твердо.
И уже приготовился отстаивать свою позицию, как вдруг она сказала:
- Ой, как хорошо.
- Э? - мужик слегка завис.
- А то я подумала, вдруг не все знают, что мы вершина пищевой цепи. И мало ли...
Млин. Так ей попросту страшно, а он... Хех! Знал же, что не светило.
Спать они улеглись рядом, хвостом к хвосту. И ни-ни. Мужик полночи промучился, сна ни в одном глазу, как будто спички вставили. Заснул только под утро.
Он даже видел сон.
Из разряда дивных. Из тех туманных снов, в которых слышатся неясные вздохи и видятся смазанные движения, полные огненной страсти. А накал растет, желание продлить это острое, ни с чем не сравнимое…
И тут... Мл-л-лииин!
Что это? Что за отвратительный звук? Словно ему втыкают электроды в мозг и включают сварку. Он чуть не взвыл. Ну почему именно сейчас?!
А когда открыл один глаз, понял.
Крыса. Крупная такая, упитанная пещерная крыса.
Просто потрясающе! И вот как?! Как объяснить эту присущую всем женщинам боязнь грызунов?! Нет, еще можно понять, когда маленькая хрупкая женщина при виде крысы залезает на стул и визжит от страха. Но когда, поджимая когтистые лапы, визжит от страха огромная тираннозавриха?! Мужчине этого не понять!