Стихийный мир. Дракон - Вампир (СИ)

Впрочем, думать, конечно, можно все что угодно. А человек, как известно, не только лишен возможности составить какой-нибудь план хотя бы на смехотворно короткий срок, но не может ручаться даже за свой собственный завтрашний день. Хорошо хоть,по мою душу Аннушка масло не проливала, и на том спасибо.
Решив не ждать у моря погоды, то бишь пока в мою потрясающую комнату нагрянет судьба, Красный дож или прочая пакость, я подкралась к высокой двери, украшенной золотой лепниной,и тихонько приложила ухо. Нужно было бежать отсюда, да поскорее. С утра у меня во рту не было маковой росинки, одно только вино дожа, от которого стыдно вспомнить, что случилось.
В общем, как ни странно, ухо я приложила не зря. За дверью послышались негромкие мужские голоса,да еще и те самые, которые мне явились в первые минуты моего пробуждения в этом странном мире, чем бы он ни был.
– Эта девка должна быть огненной, прекрати нервничать. Вот, гляди, вот в эти покои ее велел поселить Великий дож. А значит, моя идея выгорела. Мне шестьдесят процентов.
– Ага, держи крылья шире. А что,если мы все же ошиблись? Платиновые шакры затолкают в твое мертвое,сжатое спазмом горло, не сомневайся.
Разговор был странным… Я уже отбросила мысль о том, что все вокруг – плод моего воображения. Не может быть сумасшествие или приступ шизофрении таким длительным. А я ведь уже и поспать тут успела!
В общем, приходилось нехотя признать, что все происходящее – фантасмагоричная, невозможная, дикая и чудовищная, но реальность.
А мужские голоса, в которых я опознала двух легатов красного дожа, тем временем продолжали говорить:
– С чего бы нам ошибиться? – проговорил первый, явно остановившись недалеко от моей двери. Звуки шагов пропали. – Она остановила удар моей магии.
– Да ничего она не остановила! Шар, небось, сам погас, а эта трусиха вырубилась. Вот и все. А нам отвечать за обман Великого дожа, едва это выйдет наружу!
Раздался глухой звук удара, словно кто-то стукнул по стене.
– Я думаю, что мы должны поправить ошибку, Кессер, – неторопливо произнес второй.
Снова пауза, в течениекоторой нехорошее предчувствие стало подкрадываться ко мне в душу.
– На что ты намекаешь? – спросил первый, и его голос стал еще громче прежнего. Теперь казалось, что он стоит прямо возле дверис другой стороны. Между нами будто бы не больше полушага, разделенных тонким слоем дерева.
– На то, что неплохо бы подчистить за собой, Кес, – медленно и тише сказал второй. – Сейчас ночь. Ты же понимаешь, что я имею в виду. Никто и не узнает, как получилось, что новая аурия Красного дожа умерла во сне.
Снова тишина, от которой меня уже начинает потряхивать. Я посматриваю на ручку двери, пытаясь отыскать замок и удостовериться, что он прочно закрыт. Должны же тут опасаться моего побега?
Должны?
Или нет?!
Замка я не обнаружила, как и отверстия для него.
– А деньги? – неуверенно спросил первый.
Похоже,идея убийства его нисколько не волновала. А вот нажива – еще как. Только мне-то что с того?
Думай, перманентная голова, думай!
Я начала впадать в панику.
– Деньги останутся у нас, – продолжал второй уже так тихо, что вряд ли кто-то мог услышать его,кроме неудачницы, застывшей за дверью, как примороженная. – Никто же не узнает причины случившегося. Аурия мирно уснет и не проснется. Всего-то делов.
– Зашибись… – пробормотала я одними губами. Трясущимися.
– Думай быстрее, Кес. А впрочем, я вижу, что ты умный мужик и все сам понимаешь. Лучше отрубить чужую голову, чем рисковать своей, не так ли?
Раздался тонкий скрип, словно кто-то повернул ручку моей двери.
– Наверное,ты прав…
Я обмерла, покрывшись с ног до головы холодным потом.
– Не волнуйся, грязную работу я, так и быть, возьму на себя. А деньги поделим пятьдесят на пятьдесят.
– Идет, – вздохнув, окончательно сдался сребролюбивый Кес.
И дверь открылась полностью, плеснув в мои дивные покои апельсиново-желтый свет из коридора дворца Красного дожа.
Меня пришли убивать.
У меня больше не было времени на раздумья, поэтому я схватила первый попавшийся под руку предмет и со всей силы опустила его на голову тому, кто появился на пороге моей комнаты.
 
Предметом оказалась тяжеленная напольная ваза, которую мне удалось поднять на диво легко. А незваным гостем, судя по всему, первый из легатов.
– Кес! – крякнул второй, быстро сориентировавшись и шагнув назад.
Кес уже валялся на полу, и вокруг его головы растекалось пугающее пятно. Такое же красное, как плащ в форме языка пламени за его спиной.
У меня затряслись руки. С оставшимся легатом мы скрестили взгляды, словно шпаги, и в том, что был направлен на меня, не читалось ничего хорошего.
Легат потянулся к поясу, на котором было прикреплено аж два кинжала – один длиннее другого. Одновременно с тем мужчина бросил быстрый взгляд в конец коридора, видимо удостоверяясь, что никто не увидит того, что должно вот-вот произойти.
– Деньги! – выкрикнула я, отступая назад, едва до моего нападающего дошло, что убивать лучше в приватной обстановке женских покоев, а не на всеобщем обозрении, и он резко зашел в помещение за мной.
Дверь за его спиной начала медленно закрываться, будто отрезая нас от остального замка.
– Что? – спросил он, приподняв бровь.
Кинжал в его руке блеснул холодным светом.
– Деньги, – повторила я уже тише, замечая, что глаза легата блестят почти также,как его оружие.
Я помнила, что из двоих мужчин именно этот проявил наибольший интерес к деньгам. Стоило хотя бы попробовать этим воспользоваться.
– Я новая аурия Красного дожа, – проговорила уверенно,повторяя слова самих легатов и понятия не имея, что это значит. – Я буду хорошо платить тебе, если ты будешь мне служить, а не пытаться убить.
Легат замер как вкопанный. Холодный блеск его глаз сменился каким-то другим. Он чуть склонил голову набок, оглядывая меня, и неуверенно проговорил:
– Ты слышала, что мы пытались убить тебя. И теперь хочешь меня нанять? Думаешь, я поверю, что ты не сдашь меня проведитору за предательство и измену?
– Не сдам, – напряженно проговорила я, не отводя взгляда от холодных глаз легата, вспоминая также, как его конь сегодня утром жевал мои волосы.
Неприятная личность с ног до головы. Но я должна была его убедить. А еще он мог оказаться мне полезен.
Но об этом я подумаю уже потом, когда самообладание начнет потихоньку возвращаться, а не сейчас, когда все внутри натянулось как струна перед тем, как лопнуть.
– Я чужая здесь, мне нужен свой человек, – добавила, почти не сбившись на испуганное заикание. – Им можешь быть ты. Я щедро заплачу.
Легат начал ухмыляться, кинжал в его ладони уже лежал не так крепко.
– А с чего ты взяла, что дож выделит тебя среди остальных? Что у тебя будет достаточно шакров, чтобы оплатить мою преданность, девчонка?
Да, теперь я была абсолютно уверена, что преданность этого легата сможет купить любой, у кого окажется больше денег. И даже если моя затея удастся, этот тип предаст меня при первом же удобном случае.
Но пока все шло прекрасно уже хотя бы потому, что я осталась жива.
– Зови меня Александра, – ответила я твердо. – Как твое имя?
Легат чуть стиснул зубы, но ответил:
– Эурон Антори Селестиан.
Похоже, он не планировал переходить к знакомству. Ведь такой диалог уже почти означает, что мы договорились.
– Что за странное имя – Александра? – проговорил он тут же, чуть прищурившись и оглядывая меня с возросшим интересом.–Ты не из нашей империи?
Вопрос с подвохом. Можно было бы ответить прямо, но что-то останавливало. Может быть,тот самый металлический блеск в глазах легата, а может,тот факт, что кинжал мужчина вдруг сжал чуть сильнее. Едва заметно.
– Из нашей, – ответила я, с трудом заставив себя не использовать слова “из вашей”. – Мама любила необычные имена…