В ожидании тебя (СИ)

Выходные и понедельник были как в тумане. Я сделала все заказы, подтянула все хвосты, и успела выздороветь. Лекарства, что привез Артем, должна признать, куда эффективнее, но они и стоят куда дороже. Если он заикнётся на счет денег, скажу, что лекарств хватило, чтобы оплатить картины.
Вот и вторник, я уже иду в школы, болтая с подружкой, как оказалось, переступив порог школы, я не угодила в рой слухов и сплетен, все шептались о чем-то другом, и повод был. В школе весь день ходят полицейские. Сейчас физика и к нам заходят эти служители правопорядка.
— Лизок, что случилось?
— Я не знала, как тебе это сказать. Артема вчера не было, и по школе пошли слухи, что в пятницу он ограбил банк, и убил охранника, и сейчас следствие идет. А теперь похоже слухи подтвердились.
— Лиза, Мила, прекратите. — строго начал физик, и полицейский продолжил.
— Нам важны показания каждого, кто мог видеть его в ту ночь. Возможно он и не виновен, хотя это вряд ли. — во взгляде этого дядечки читалась победа, похоже Артем им уже насолил, и они рады, что он за решеткой. Он хоть и не святой, но мне его жалко. Понимаю, он мог все это совершить, но не в пятницу уж точно.
Пока я в мыслях прокручивала весь вечер пятницы, потерялась во времени, и очнулась, когда мужчины в форме уже не было в кабинете. Я хотела побежать в до гонку, но не смогла. Не хочу сплетен, они ведь разрастутся с новой силой. Пойду после урока, ведь он последний. Пятнадцать минут уже погоды не сыграют.
Участок полиции был дальше моего дома, поэтому мы с Лизой шли по нашему обычному маршруту, хотя очень хотелось бежать, но я не могла, я боялась.
— Даже не верится, что Беркутова посадили, казался неуловимым. Убил человека, а теперь отнекивается. Вот же гад.
— Да не убивал он никого, и банк он это не грабил. Хватит! — уже не выдержав осекаю подругу.
— Мил, очнись! Он убийца! Ты его защищаешь? Да радоваться надо, что наконец его поймали. Как он мог так притворяться? Ведь ты так в него поверила, даже убедила, что он хороший. А по факту…
— Не совершал он этого! А если в прошлом и убивал, то кого? Вот кого?
— Ты спятила, как можно его защищать? Ты его все-таки не знаешь! Он просто пустил тебе пыль в глаза. Хорошая моя, я же о тебе забочусь! — она хотела меня обнять, но я не позволила.
— Знаю, и точно знаю, что это не он!
Я обиделась на подругу и пошла в участок. Получив пропуск, прошла куда сказали. Около кабинета был шум, а под кабинетом сидели его друзья. Стало не по себе, ведь они смотрели на меня с таким презрением, словно я его сюда спрятала.
— Что, пришла злорадствовать? — сказал один парень.
— Паш, угомонись, а! — второй осадил его. — Я Витя, ты, наверное, нас не помнишь, мы на той неделе виделись.
— Я помню, вы еще с Лизой флиртовали. — он немного усмехнулся, но он был добр ко мне, и это радует.
— Че ты с ней милуешься? Она друга подставляет, а ты!
— Паш, хватит, сам же знаешь, Артем сам молчит.
— Блин, и ты туда же. Жень, если бы эта сучка не стала отказываться от показаний, то он был бы уже на свободе!
— Каких показаний? — тихо спрашиваю у разгоряченного парня.
— Нет, вы еще на нее посмотрите. Дурой прикидывается. Да таких, где ты сказала, что не в курсе, где он был. На кой хер он к тебе суке поехал?
— Я не давала никаких показаний. Я только часа полтора назад узнала в школе, что его арестовали. Вы несправедливы. — предательский ком уже подкатил к горлу и стало так горько от несправедливых нападок в мою сторону.
Я почти заплакала и вошла в кабинет, где меня настигла толпа взрослых. Среди них были родители Артема, следователь, но его не было у нас в школе и еще шестеро взрослых. Они замолчали, увидев меня.
— Здравствуйте. Я бы хотела дать показания. — робко говорю при всех.
— Девочка, какие показания? — начал уставший следователь. — Я занят, а ты иди в песочницу и там давай показания.
— Нет, это важно! Вы арестовали невиновного! — уже более твердым голосом остановила этого мужчину.
— И кто же у нас невиновный? — в его голосе слышалась издевка.
 
— Артем Беркутов. — Следователь нервно засмеялся.
— Девочка, иди туда, откуда пришла. — он мне не нравится, а мама Артема еще больше, она на грани, это видно.
— Я не уйду, пока вы не возьмете у меня показания, или как это правильно называется. Артем в пятницу был у меня, я готова это подтвердить. — я начала изрядно злиться. Не люблю, когда полицейские продажные. Это очень пугает.
— Ты понимаешь, что сядешь за ложные показания. — следователь начал грубеть и рычать на меня, а ко мне подошел папа Артем и приобнял за плечи.
— Не пугайте девочку. Она говорит правду, он действительно срывался к ней как раз во время ограбления. — его голос был непоколебим.
— А, то есть до этого вы отказывались говорить, а как появилась девочка, которая куплена, так вы сразу заговорили.
— Артем не хотел ее вмешивать, а я уважаю мнение сына. Вам этого не понять. — он резко отрубил это, и тут в кабинет зашел еще один мужчина.
— Что здесь происходит?
— Мила, я ведь не путаю? — начал папа Артема, и я кивнула. — Это адвокат Артема, без него ничего не говори и не подписывай, иначе они вывернут все твои слова. Ты еще несовершеннолетняя, и без адвоката или родителей они не могут с тобой говорить.
— Хорошо.
Родители Артема и все другие взрослые покинули кабинет. Адвокат попросил удалиться и следователя, чтобы поговорить со мной наедине, и после всего, что я ему рассказала, он был готов меня расцеловать. Ведь у меня было все, чтобы спасти Артема. Бабушки, которые, как оказалось видели, что Артем приезжал, у них даже до минуты все расписано было. Когда пришел, когда ушел, и все такое. После разговора со мной, адвокат позвал следователя и начался допрос.
— Итак, готовы дать показания? — я кивнула, пока он написал шапку к заявлению. — Диктуйте.
— В двенадцатом часу я написала Артему, что портрет его мамы можно будет забрать в воскресенье, мы с ним до этого поссорились и я не отвечала на его звонки, а когда написала, он сорвался ко мне. После нашей переписки прошло минут сорок, и он уже был у меня под порогом. Я его впустила. Потом мы снова поссорились. Спустя минут двадцать, он уехал. Бабушки в подъезде смогут вам сказать точное время, когда он пришел и ушел. Но это точно все происходило в тот момент, когда ограбление совершалось. Он не мог быть в двух местах одновременно.
— Хорошо, какого рода ссора была у вас? — я посмотрела на адвоката, и он дал положительный кивок.
— Во вторник он приезжал ко мне, и мы делали совместную домашнюю работу по литературе, а в среду, когда я выходила из школы, меня толкнул одноклассник и шапка упала в грязь.
— А по короче?
— Не торопите ее, она итак нервничает. Не советую на нее давить, иначе я подам иск за давление на свидетеля. — полицейский был недоволен и жестом дал понять, чтобы я продолжала.
— Я шла мимо Артем и его друзей, у нас парковка перед центральным входом. Он предложил подвести меня, я отказалась. Он хотел помочь, настаивал, и в силу импульсивного характера, сказал, не подумав обидные фразы, которые услышал весь двор и это стали обсуждать.
— Что за фразы?
— Это не имеет никакого отношения к делу. — осек адвокат. — У вас есть показания свиделся, теперь проверьте их, бабушки у подъезда страшная сила, так что поторопитесь, мой клиент у вас уже четвертый день, и вы его удерживаете незаконно.
Лицо стража порядка надо было видеть. Я ему как кость в горле. Он попросил нас выйти, а сам отдал распоряжение проверить мои слова. Я была окружена толпой взрослых, но больше всего говорила Надежда Павловна, она так искренне меня благодарила, что я пришла и не побоялась. После часа диких восторжений в мою строну, я все же выбралась о взрослых и села на скамейку, и тут ко мне подсели друзья Артема, но все молчали. Мне же и лучше. Могу подумать наконец над произошедшим. Мы молчали пол часа, и в голове был вакуум, ни одной мыли. Думала только о том, что с ним могли сделать за эти дни в камере.