Последний бой (СИ)
— Хумо! — Кричит она не в силах проходит дальше холла, но никто не выглядывает. Уличная музыка оглушительно ревет из колонок, так что из ушей классиков давно бы пошла кровь. Зайтун проходит в зал и в шоке застывает на месте. Хумо совсем одна и надев наушники читает электронную книгу.
— Что это такое?! — Спрашивает она злобно.
Хумо снимает наушники, выключает музыку и широко улыбаясь подходит.
— А я думала ты на работе?
— На часах восемь вечера.
— Извини если помешала, это я так, стимулирую нервы к следующему бою.
— Очень странный метод стимуляции.
— Вовсе нет, если ты спортсмен.
Ну допустим, — думает Зайтун и говорит. — Пожалуйста больше не включай музыку так громко по вечерам, у меня очень голова болит.
— Я постараюсь.
— Что значит постараюсь?
— Это значит постараюсь.
Капли воды скатываются с волос и Зайтун не найдя нужное слово оспорить наглый ответ направляется к выходу. Усталость убивает истощенное тело, но нервы пошатнулись и долгожданный сон исчез. В ванную больше не хочется, смотреть телевизор тоже нет охоты. Она смотрит в потолок поднимая тяжелые веки и пытается понять что это за дурацкая стимуляция.
Хумо довольная отключает электронную книгу и идет на кухню. Она в восторге, что поставила соперницу на место, при том не тронув ее даже пальцем. И скоро действительно новый бой, так что она без угрызения совести может отбивать грушу, посреди ночи.
Раздаются глухие звуки бух — бух и Зайтун понимает что это такое, но ничего не может поделать. Диван словно присосал ее к себе и сил совсем нет бороться с аморальной соседкой. Глаза закрываются и наступает смирительный покой. Но не проходит и часа как глухие звуки переходят на звонкий стук молотка. Хумо решила воспользоваться моментом и устроить самостоятельный ремонт. Зайтун злобно шипит и набрасывает на голову одеяло.
— Как же ей объяснить, что тут живут и другие люди! — Кричит она в замкнутое пространство. Кислород под одеялом кончается и Зайтун сбрасывает его на пол.
— Ну всё она достала!
Встает и войдя на кухню грубо достает металлическую емкость, высыпает туда муку, разбивает яйца вместе со скорлупой, сливочное масло, разрыхлитель и включает миксер на полную мощность.
— Вот тебе! — Говорит она выбивая венчиками металлическое дно.
Хумо слышит и приходит в полный восторг.
— Браво! — Отвечает она стене и представив искаженное усталое лицо соседки, начинает наслаждаться. К счастью на верхних и нижних этажах нет жителей и никто не может вызвать участкового. Зайтун задыхается от злости, никак не ожидая ответного удара. Вымешивает тесто, а Хумо впечатляющая упорством лохушки берет гвоздь и вбивает его прямо по центру комнаты. А ты крепкий орешек, — думает вывешивая часы. Но как назло последние силы Зайтун изменяют ей. Бросает тесто и идет выяснять отношение с так называемой подружкой. Но не проходит и минуты как слабая рука застывает в воздухе не решаясь спуститься на звонок. Неуверенность заставляет задуматься. Она может упасть лицом в грязь. "В конце то концов может она не нарочно" Зайтун стучится и Хумо выходит в подъезд.
— Приветик.
— Я тут хотела попросить тебя не стучать.
— Сейчас развешу картины и прекращу.
Зайтун все равно уже не уснуть лучше стать участницей чем слушателем раздражающего шума.
— Может помочь?
— Я сама справлюсь.
— Нет, я все равно помогу.
Хумо пропускает осмелевшую лохушку и удивленная вручает ей молоток и самый тоненький гвоздик.
— Вот тут нужно забить, сразу два.
— Ладно.
Зайтун встает на цыпочки и бьет по гвоздю, но попадает прямо на большой палец. Кутикула отсекается и сочится алая кровь.
— Ох, ну и дела. Сейчас принесу пластырь.
— Не надо! Зайтун кусает губу от боли, но не показывает виду и упорно начинает бить по гвоздю. Первый забит. Она берется за второй, несмотря на то, что палец превратился в красный помидор.
— Где ещё забить?
Удивленная Хумо, спотыкаясь, выговаривает: — Да не нужно, ты что! Я и сама бы справилась.
— Тогда я пойду.
Зайтун выходит в подъезд и только тогда выпускает пар.
— О Боже как больно!
Палец не на шутку раздавлен. Струя воды смывает кровь и видно открытое пространство между ногтевой пластиной и кутикулой. Что она наделала, теперь ей точно не уснуть.
Так и выходит. В два часа ночи палец начинает бешено пульсировать. Это невозможно, — думает она включая телевизор. Ночное вещание второго канала показывает архивную ленту боя между Фаридом Носири и Мустафо Ибрагими.
— Как они могут, — задумывается Зайтун видя, как твердый кулак выбивает крепкую челюсть. И сравнительно смотрит на свой палец.
— Саид правильно заметил я очень слабохарактерна.
Пульсация проходит, но не от осознания собственной слабости, Зайтун видит как Фарид получает по виску и падает на настил ринга. Холодные мурашки пробегают по всей ее кожи.
Он с минуты вздрагивает как в горячке, (камеры специально снимают его окровавленное лицо крупным планом) и отключается. Комментатор бешено выкрикивает минуты и признает Мустафу новым чемпионом Азии. Пока камеры снимают победителя вместе со всей командой Зайтун смотрит, как с угла носилки забирают бесчувственно лежавшее тело Фарида. Она не понимает что произошло. Всего лишь каких-то пять минут назад он посылал град ударов на своего соперника, а сейчас лежит на носилках. Природное любопытство берет вверх. Она достает ноутбук и набирает в поисковике: "Фарид Носир причина ухода из бокса". Гугл за секунду выводит десять разных сайтов по этой статье. На самом первом написано: "Инсульт убийца спорта". Зайтун закрывает ноутбук и задумавшись откидывается на подушку. Болезнь не выбирает людей, — думает она чувствуя жалость и вспоминает как Фарид благородно спас ее в ресторане. — Значит хороший человек. — Добавляет подсознание. Хоть она и ненавидит грубые виды спорта к этому спортсмену она начинает чувствовать жалость. Ей вообще жалко всех несчастных, кого настигают такие неудачи и в том числе сильных. Теперь ей понятна его слабость, он ведь она тоже человек и удерживая палец на груди Зайтун тихо включает расслабляющую музыку и пытаясь забыться мирным сном.
20
Прозрачный горизонт с усыпанными, звездами, небом. Над пристанью летают птицы.
Волны блещут исполняя свою успокаивающую мелодию и Зайтун с погруженными в прохладную воду ногами лежит наслаждаясь созерцанием рассвета. Саид рядом, гладит ее руки и целует шею. Этот момент мечта всей ее жизни. Они муж и жена, находятся в самом романтическом места планеты.
— Вот бы так продолжалось вечность, — шепчет она и слушает шум волн.
Солнце постепенно поднимается и музыка волн усиливается. Проходит первый аккорд, второй и вдруг понимает, что эта записанная мелодия, а она вовсе не на пляже. Открывает глаза и снимает наушники.
За окном уже светло. На экране телефона семь часов утра. Но судя по цифре на зарядке, она проспала совсем не долго. Две таблетки снотворного превратили ее мозг в пылающее поле. Тело разбито, палец опух, глаза покрасневшие. Но не успевает опомниться как слышит звук дрели.
— О Боже! — Вздрогнув с трудом поднимает свое тело с постели. Организм ещё просит сна, но надо перебороть все и собираться на работу. Вчерашняя холодная война между звуками и ее бессонницей добили последние нервы. Бросает халат на стул и нервно достает со шкафа теплое платье. Она вечно попадает под непогоду и уже устала казаться Саиду дурой. Клетчатое платье падает на бедра и усаживается по фигуре. Она замирает на секунду перед зеркалом замечая свои красные глаза, расплывшееся лицо и с грустью отводит взгляд. К счастью сегодня пятница и не надо думать о таблетках.
— Завтра высплюсь. — Заявляет уставшему организму и достает из шкафчика готовый завтрак. Высыпает в чашку одновременно заливая молоком. Тем временем звуки усиливаются и начинают проникать в самое сознание, охватывая все уголки разума, напрягая до предела. Вдобавок звонит телефон. Зайтун заклеивает новый пластырь на палец и поднимает трубку.