Целительница моей души (СИ)

— И вылечили? — недоверчиво переспросила я, хотя сама держала в руках живую и здоровую сестрёнку. На всякий случай тщательно её продиагностировала — всё нормально, абсолютно здорова, лишь один небольшой нюанс, но для новобрачной — учитывая, что на момент коронации Эймер был не женат, это в газетах упоминалось, поженились эти двое совсем недавно, — это нормально. Интересно, она сама-то знает? Срок совсем крохотный. Ладно, не сейчас, успею и спросить и, возможно, порадовать.
— Вылечили, — подтвердил очевидное Эймер. — Как могли. На наше счастье, тяжёлых травм у девочки не оказалось, несколько поверхностных ран, ожогов и сильное сотрясение мозга, из-за которого она потеряла сознание и была в пылу боя принята за мёртвую. Думаю, не утащи мы её — позже обнаружилось бы, что она жива, и её бы добили, но… Мы утащили.
— Вас точно Богиня-Мать направила туда, — всхлипнула Вела, глядя на Эймера как на героя.
— Скорее пиво и юношеская глупость, но пути Богини неисповедимы, — чуть смущённо улыбнулся король Кравении. — В общем, лечили мы её, как могли. Трэнор рванул в академию, утащил из библиотеки книги по целительству. Мы бегали к местной знахарке, кто с «головной болью», кто с ожогом, кто с порезом — пришлось себя немного поранить, зато получили и лекарства, и кое-какие знания. Пару лекарей в ближайшем городке ограбили, унесли перевязочный материал, но денег взамен оставили раза в три выше стоимости украденного. В общем, к концу каникул Эйтина пусть и не была идеально здорова, но жизни её уже ничто не угрожало. А оставшиеся головные боли и шрамы мы ей уже в академии вылечили.
— В академии? — ахнуло сразу несколько голосов. — Но как?
— О, это было то еще приключение — забрать малышку с собой в академию и прятать её там оставшиеся три года. Но выбора не было — или так, или её найдут, причём очень быстро. Всю нашу страну частым гребнем прочёсывали в поисках сбежавших внуков герцога Аравиуленского, да и не только нашу. К счастью, артефакты, распознающие королевскую кровь, срабатывают на расстоянии всего в пару-тройку метров, не дальше, и никому даже в голову не приходило обыскивать комнаты королевского сына. Так что, рядом со мной для малышки было безопаснее всего. Хотя пришлось решать кучу бытовых проблем, но вместе мы справились.
— А как же вы её долечили-то? — полюбопытствовал Рин. — Если боялись, что целитель её выдаст.
— Всё просто, и жаль, что мы сразу до такого не додумались. Присмотрели мы среди старшекурсников целителя посильнее, но из простолюдинов — таких в академии было мало, и они обычно были изгоями, большинство аристократов презирало их за происхождение и успехи, поскольку сами, в отличие от них, старательностью не отличались. В общем, присмотрели одного такого, пришли ночью, завязали глаза, перенесли порталом, дали прикоснуться к Эйтине и велели лечить. После сеанса вернули назад, дали денег и велели молчать.
— И он молчал? — Льюла скептически приподняла бровь.
— Молчал. Наш расчёт оказался верным — друзей у парня практически не было, ему просто некому было рассказать, особенно учитывая, что ни наших лиц, ни места переноса, ни самой пациентки он не видел. К тому же, платили мы хорошо, а в его положении деньги лишними точно не были. В общем, стали мы его раз в неделю, перед выходными, забирать, чаще было нельзя.
— Почему? — удивился Сев.
— Педагоги могли заметить внезапную и неоправданную потерю сил, — опередила я Эймера. — А за выходные он успевал восстановиться.
— Верно, — кивнул рассказчик, с уважением посмотрев на меня. — Мы не могли рисковать, поэтому перестраховывались. Головные боли Эйтине он снял во время первого же сеанса, а шрамы могли и подождать.
Мы с Кейденсом переглянулись и понимающе улыбнулись. Он ведь тоже, убедившись в моих способностях, отложил на потом своё излечение, принеся мне Эррола. И хотя благодаря нашим ночам он давным-давно был здоров, от шрамов не осталось и следа, даже след на щеке постепенно сравнялся цветом со здоровой кожей. Предугадать этого во время того разговора Кейденс не мог, а своё лечение всё же отложил.
 
— За несколько месяцев Эйтина была полностью излечена, так что, нам оставалось только прятать её. Как мы выводили её ночами погулять, как таскали в мою комнату еду, так, чтобы никто не заметил, как раздобывали ей одежду по росту — отдельная история, книгу можно написать. А уж каких нервов нам всем стоило её… кхм… превращение в девушку! Нужно же было сначала самим понять, что малышка вовсе не умирает от неизвестной болезни — спасибо тому целителю, просветил, хотя и очень удивился вопросу, — а потом объяснять девочке, что с ней происходит. А мне восемнадцать было, и беседу ту друзья на меня свалили. Как вспомню, так вздрогну. Вы вряд ли понимаете, о чём я, — повернулся он к близнецам, — но поверьте, это был просто кошмар.
— А что такого? — Нев и Сев переглянулись и синхронно пожали плечами. — Это же нормально. Совершенно обычные процессы женского тела, чего пугаться-то?
— Нас целительница вырастила, — с улыбкой глядя на потерявшего нижнюю челюсть Эймера, напомнил Рин.
Причём растила в крохотном домике вместе с сёстрами. Тут хочешь не хочешь, а объяснять приходится. Поэтому мои мальчики с детства воспринимали происходящее как некую норму. Дети растут, старики седеют, у женщин бывают особые дни — это жизнь.
А вот Кейденс покраснел. Какая прелесть.
— А, ну да, конечно, — растерянно оглянувшись на меня, пробормотал король Кравении. — Но поверьте, я о чём-то подобном тогда даже не догадывался. И для меня это было шоком и кошмаром наяву.
— Я тебя понимаю, — посочувствовал бедолаге мой муж.
Я, кстати, тоже, и Эймер ещё больше вырос в моих глазах. Он не только спас — хотя и практически случайно, — мою сестрёнку, а взял на себя заботу о ней. Во всех смыслах. И не отступил перед трудностями. Поступок настоящего мужчины.
— В общем, худо-бедно, до выпуска мы дотянули. Потом мы с Эйтиной вернулись в то же самое поместье, не во дворце же ей прятаться. Отцу было всё равно, пару раз в год я появлялся на разных семейных торжествах, потом вновь возвращался к себе. Эйтина уже не пряталась — она официально считалась моим личным слугой.
— Слугой? Не служанкой? — уточнила Вела.
— Да, слугой, — кивнула Эйтина. — Я притворялась парнишкой, это давало мне возможность ночевать в покоях Эймера — там для меня было безопаснее всего.
— Сначала малышка для меня была словно младшая сестрёнка, — улыбнулся воспоминаниям мой зять. — Но когда она выросла, я понял, что люблю её. К счастью, она ответила мне взаимность.
— Я с детства обожала тебя, — Эйтина посмотрела на мужа влюблёнными глазами, он ответил ей тем же. — Разве могло быть иначе?
— А что было бы, если бы ваш отец не погиб? — спросила Льюла. — Вы же не могли прятать Эйтину всю жизнь.
Я с любопытством посмотрела на короля Кравении в ожидании ответа. Действительно, что они собирались делать дальше?
  
ГЛАВА 21. СЕМЬЯ
 
День восемьдесят четвёртый. Воскресенье
— Вы не поверите, — усмехнулся Эймер, — но мы планировали побег.
— Я поверю, — пожал плечами мой муж. — Какой у вас ещё был выход?
— Папашку завалить, — буркнул Нев и поймав мой укоризненный взгляд, сделал невинные глаза. — Что? Я всего лишь варианты перебираю.
— Дело не в самом побеге, а в том, куда именно мы планировали податься, — не став держать интригу и дожидаться вопросов, ответил Эймер и продолжил: — Сюда, в Лурендию.
— Вас бы не впустили, — покачал головой Кейденс.
 
— Я знаю. Мы собирались сначала приехать в одну из соседних стран, а потом уже оттуда перейти границу как местные жители.
— Но почему не остаться в той стране? — я спросила просто из любопытства, сама бы, конечно, предпочла, чтобы Эйтина с мужем оказалась в Лурендии, ведь здесь шанс встретиться у нас был бы в разы выше, чем останься они в той же Вертавии.
— Лишь здесь мы могли попросить политическое убежище, и отец не смог бы ничего с этим поделать — это и было нашей конечной целью. При желании, он смог бы дотянуться до нас в любом другом королевстве. Но только не здесь.