Восход погибшего мира (СИ)

Раздался мелодичный смех, девушка скрывая рот ладонями, опустив платье в воду, смеялась над незадачливым любителем подглядывать.
— Фана, — смущённо пробормотал юнец поднимаясь с пожухлой листы, отряхивая белую одежду, — ты нарочно?
Фана игриво сыграла глазками — Я заставила тебя подсматривать за мной? Ай–ай, — укоризненно качала головой, — Лавин сын такого уважаемого человека в Хорезме опустился до подглядывания простой девчонки решившей искупаться в жаркий день.
— Ты знаешь, отец не против нашей женитьбы! — выпалил Лавин. — Будь моей! — протянул руку к ней. И густо покраснел, сообразив, насколько двусмысленно прозвучала фраза в данный момент.
Фана рассмеялась сильнее, звонкий голос разносилась над широким ручьём, устремляясь дальше в долину. Вода неспешно текла мимо белых домов, жители которых в чистых и опрятных одеждах занимались своими делами. Путь ручья пролегал в каналы и шёл в сторону города, двухэтажные дома с причудливыми фасадами, дорожки между ними выложены ровными ромбами. Всюду сады и фонтаны с чистой питьевой водой. Чем ближе к центру города, тем выше дома и богаче отделка. Но на лицах горожан не видно зависти к более успешным соседям. В центре великолепный дворец, дух захватывало от блеска куполов сверкающих лазуритом, ослепительно белая башня высилась над всеми остальными строениями. Богатый рынок предлагала всевозможные товары, учёные мужи проводили время размышлениях сидя в тенистых садах, а мастера занималась оттачиванием умений, недаром о них шла слава лучших в мире.
Фана начала поднимать платье, все выше и выше пока не дошла до груди, теперь настала её очередь пристально наблюдать. Лавин смущаясь всё сильнее, не мог оторвать глаз от стройной фигуры возлюбленной. И она знала это.
— Лавин, испорченный мальчишка, — тонко пропела она, поддразнивая парня, — а ведь всегда палился на меня, ещё с детства.
— Ты всегда нравилась мне, — голос парнишки осел, отчего вырвался сдавленный писк.
Девушка похихикала — Знаю, как–то вечером видела твою возню в постели, ты так странно дёргался и мычал, — по физиономии Лавина понятно, после таких слов желает провалиться сквозь землю. — Ай–ай, — смеясь и качая головой подтрунивала она над ним, — стыдно? — подняла платье ещё выше, до груди и замерла, с ехидным огоньком наблюдая за парнем. — Неужели женишься на служанке?
— Ты знаешь, в нашем царстве такое возможно, — голос хрипел, воображение парня распалялось, — у нас не смотрят на происхождение человека, главное качество его души.
— Какие громкие слова, — Фана сделала обманный жест, словно собиралась поднять платье выше, Лавин купился на него и невольно сделал шаг ближе, дабы узреть прелести смуглой красотки.
Девушка вновь звонко рассмеялась, опустив платье обратно в воду, Лавин обижено и в тоже время стыдливо топтался на месте.
Долина имела столь обширные владения, что потребуется несколько дней верхом, чтобы полностью пересечь её из края в край. Богатство заключалось не только в густой зелени, но и в трудолюбии народа Хорезма, их желанию учиться новому и знать больше других. Пальмы сменялись рядами виноградника, те в свою очередь отдавали место невысоким кустарникам, шли рисовые и пшеничные пола, заливные луга полные скота, потом степи с руслами рек и уходя всё дальше, наконец начиналась пустыня. Но и тут правители Хорезма не оставляли людей на произвол судьбы под безжалостное солнце. Путь изобиловал оазисами, искусственно разбитые для безопасного передвижения торговых караванов.
Хорезм пример всеобщего процветания и правления несущего благо для всех своих граждан. Хотя поговаривали, правители и маги удачно сумели воспользоваться наследием древних. Остатки их мира изредка встречались среди песков или торчали обломками покрытие вьюнами и порослями камыша в воде.
Взгляд Фаны переменился, она начала поднимать платье, юноша вздохнул, опять начнёт издеваться над ним. Но вот девушка решительно продёрнула его через голову, отбрасывая в воду. Лавин замер столбом, зачарованный обнаженным телом.
 
Фана поманила — Иди ко мне.
Парень направился к девушке, даже не заметив что зашёл в воду, приблизившись к ней, застыл, теряясь в прекрасных карих глазах.
— В чём дело? — взяв его за руки, пригласила обнять себя. Лавин несмело сделал первый шаг.
Фана провела ладонью по горящей щеке парня — Можно обжечься, — нежно поцеловала в щёку.
После этого юноша осмелел и крепко обхватил возлюбленную.
— Не задуши, — рассмеялась так, заставляя ослабить хватку.
Но Лавин уже поддаваясь страсти, не мог заставить руки повиноваться разуму. Их губы встретились ….
Земля под ногами дрогнула.
— Что это? — девушка прижалась к Лавину, он ощущал грудь сквозь одежду.
Земля дрогнула ещё раз, затем удар стал сильнее, вода в ручье с всплеском стала биться о берега, они поспешно покинули его. Резкий порыв ветра ударил сильной волной, пригнув деревья к земле, завалившаяся на бок пальма не выдержав, с жалобным стоном треснула и надломившись рухнула в ручей.
— Лавин! — испугано выкрикнула Фана.
Юноша поспешно сдернул с себя плащ и прикрыл девушку.
— Что происходит?
Лавин оглядываясь по сторонам, не мог дать ответа — Не знаю.
Воздух начал пропитываться атмосферой страха, липкого и холодного. Всё сущее пронизывалось невидимой глазу тьмой.
Очередной удар земли заставил присесть их, и они увидели как белая башня возвышающаяся над городом начала разрушаться. Из–за большого расстояния не слышно треска камня и грохота поднявшейся пыли.
Фана вскрикнув, приложила ладонь ко рту.
— Царь Агасфер, — прошептала, смотря на побледневшего Лавина.
— Жди здесь, — прохрипел парень направляясь в сторону рядов виноградника, там привязан конь.
— Нет! — выкрикнула девушка, хватая его за руку. — Пожалуйста, не оставляй меня одну!
Лавин перехватил её руку и притянув к себе, крепко прижал — Никогда не оставлю.
Конь бился в испуге, взрывая копытами землю, не позволял Лавину подойти близко.
— Тихо, успокойся, — ласково приговаривал он, пытаясь подобраться к уздечке.
— Смотри! — выкрикнула Фана показывая рукой в небо.
Громко хлопая крыльями и истошно галдя, поднялись стаи птиц. Их так много, что на время заслонили солнце, погрузив землю в темноту. А когда птицы громадной тучей направились прочь, земля вновь содрогнулась под ногами.
Лавин решительно бросился в сторону коня и сумел схватить за уздцы. Конь почуяв руку хозяина присмирел, но всё же испугано дыша. Взобравшись на него, Лавин протянул руку Фане, помогая девушке сесть в седло позади себя.
Они помчались в сторону города через стройные ряды виноградника. Уже подъезжая к первым домам, их сбила с ног невидимая волна, отчего они кубарем покатились по земле. Конь вскочив, начал кружиться на месте, словно отбивался от невидимого врага. А в это время навстречу им из города бурным потоком бежали люди. После падения башни, стали рушиться остальные дома, погребя под собой жителей.
— Что происходит? — Фана пыталась остановить убегающих, но те отталкивали от себя девушку и несли прочь.
Лавин вцепился в пробегающего рядом, и повалил на землю. Тот отмахиваясь от него руками и ногами визжал во весь голос.
— Говори! — вскричал юноша, выхватив кинжал инкрустированный драгоценными камнями и представил к горлу бегуна.
— Спасайтесь! Бегите! — вот и все слова на которые тот оказался способен.
— Бежать от чего? На нас напали?
Беглец начал мелко трястись, его взгляд обезумел, Лавин невольно отступил от него и бедняга поднявшись, пустился было прочь, но остановился и рухнул на землю. Его сковали судороги а изо рта вырвался крик неописуемой боли. Он начал светиться.
 
— Лавин! — взвизгнула перепуганная девушка. Бегущие люди остановились, и также попадав на землю начали корчиться в судорогах.
Фана в истерике закрыла уши ладонями, не в силах вынести воплей боли. Но не все люди подверглись странному поведению, немало продолжало улепётывать прочь от города, теряясь среди густых зарослей. Сияние нарастало и заставило прижмуриться, когда Лавин открыл глаза, то увидел вокруг себя множество статуй размером с ладонь, все они блестели золотом.