Эндервелл: Проклятье Найтири (СИ)

Когда мы появились в комнате, Тина уже наливала эликсир в хитроумное приспособление в виде стеклянной колбы, заканчивающейся трубочкой.
Передав мне сосуд, она произнесла:
— Держите. Теперь все зависит только от вашей воли и ее сил.
Целительница покинула комнату, а Гранд расположился в кресле. Я же сел на край кровати рядом с Анитой.
— Ну что, родная. Нам с тобой предстоят очень тяжелые сутки, но мы ведь справимся, верно? — прошептал я, прижав к ледяной щеке девушки свою ладонь.
Тянуть больше было некуда. Я прижал стеклянную трубочку к губам Аниты и, наклонив колбу, влил первый глоток. Первые десять минут ничего не происходило, но когда я уже в отчаянии подумал, что эликсир не сработал, то девушка, выгнувшись всем телом, душераздирающе закричала.
Я никогда не забуду это чувство облегчения от того, что снадобье начало действовать, и одновременно ужаса от понимания, какую боль Анита сейчас испытывает.
Гранд, вдруг оказавшийся у меня за плечом, произнес:
— Нужно надеть на нее оковы, чтобы не смогла навредить себе.
— Неси, — дрожащим голосом произнес я, наблюдая, как она кричит и извивается от боли.
Демон передал мне четыре магических браслета, которые ему принес дух, и я защелкнул их на щиколотках и запястьях девушки, отчего ее тело сразу же пригвоздило к постели.
Где-то внутри мне грела душу мысль, что первый час самый сложный и дальше станет легче. Но это было не так. Первые три часа Анита только кричала и билась в агонии. Но потом… Потом к ней начало возвращаться сознание, и она стала молить меня о смерти, как и говорила Тина.
Глядя прямо мне в глаза, она все кричала и плакала от боли, заставляя убить ее, а я все равно неизменно каждый час вливал в нее новую порцию эликсира. Меня и самого трясло не меньше, но, сжав зубы и ежеминутно прося прощения за эту боль, я делал свое дело.
Легче стало через восемь часов, когда крики сменились тихими стонами, а ее тело наконец-то обмякло.
Когда прошло шестнадцать часов, Анита смогла заснуть и оставшееся время провела в полузабытье. Увидев, что дела идут на поправку, Гранд притащил несколько бутылок настойки, и мы сели у изножья кровати, глотая алкоголь прямо из горла.
— Кажется, сегодня костлявая с косой обошла вас, верно? — спросил демон.
— Надеюсь…
В душе все еще роились сомнения, заставляя вздрагивать от каждого всхлипа и стона девушки. Но еще страшнее было, когда она затихала. Тогда я поднимался, и в ужасе шел проверять ее дыхание и сердцебиение, надеясь, что не услышу тишину.
Когда истекал последний час, в комнату пришла Тина, чтобы проверить исход ритуала. Осмотрев Аниту, она произнесла:
— Все прошло удачно. И девушка, и ребенок будут жить.
Я облегченно выдохнул, осознав, что все было не зря.
— Неделю нужно будет соблюдать постельный режим, потом еще неделю стараться не допускать тяжелых физических нагрузок. Ну а дальше можете вести обычную жизнь, семена защитят и ребенка, и мать на протяжении всей беременности.
— Хорошо. Спасибо, — поблагодарил я целительницу. А потом открыл пространственный карман и, достав одну из шкатулок с золотыми монетами, отсыпал в мешочек ровно столько, сколько женщине хватило бы на безбедное существование до конца ее жизни. — Возьмите. Это самое малое, чем я могу отблагодарить вас за помощь.
Тина не стала отказываться и, приняв монеты, покинула комнату.
— У нас все получилось, родная, — прошептал я, глядя, как к лицу девушки возвращается краска.
  
ГЛАВА 25
 
Я ничего не помнила из событий последних трех дней. Как сказал Инар, все это время я провалялась в отключке. Все, что со мной происходило, мне стало известно из уст василиска, когда на третьи сутки я проснулась от дикой жажды и пересохшего, как пустыня, горла.
Открыв глаза, я хрипло закашлялась, и перед носом тут же возник стакан с водой. Мгновенно осушив его до дна, я наконец, перестала кашлять и смогла сфокусировать взгляд на мужчине, держащем стакан у моих губ. И на мое удивление, это был вовсе не Инар…
 
Очень, очень смуглый мужчина. У него были черные раскосые глаза с кроваво-красным зрачком, которые в сочетании с белозубой клыкастой улыбкой и темными волосами, забранными в высокий хвост на затылке, производили неизгладимое впечатление. Хищные черты лица, высокий рост, хитрый взгляд… Мужчина был красив. Но его внешность совершенно не располагал к себе. Скорее отталкивала. Слишком жутко, слишком опасно…
Методом исключения и при помощи коротких обрывков воспоминаний о событиях, произошедших до моей отключки, я поняла, что этот мужчина и есть Гранд, тот демон-артефактор. Сделав это открытие, я почему-то спросила:
— А где рога?
Хитрый оскал на лице мужчины тут же сменился озадаченностью.
— Какие еще рога?
В голове возникла мысль, что я ошиблась, и это не демон. Ну, раз рогов нет. И хвоста… Его же нет? Я аккуратно заглянула мужчине за спину и убедилась, что хвост и правда отсутствует.
— Извините, я просто подумала, что вы демон, — сконфуженно произнесла я.
— Да, демон я, — удивил меня мужчина. — Просто наш вид давно утратил возможность к обороту во вторую ипостась. Потому уж, извини, рогов не будет.
— И хвоста? — разочарованно спросила я, думая о том, что все земное фэнтези — это полнейший бред. Ни одного совпадения с реальностью.
— Гранд, будь добр, держи дистанцию с моей невестой.
Инар стоял в дверном проходе, сложив руки на груди и недобро глядя на демона, который тут же встал, и вскинув ладони в примирительном жесте, сказал:
— Я просто дал малышке попить. Представляешь, она спросила, где мои рога и хвост? Ударила по самому больному!
Видя, что Инар никак не реагирует на его актерский этюд, демон грустно вздохнул и направился к выходу, бросив через плечо:
— Ладно, так уж и быть. Пойду в одиночестве заливать настойкой остатки своей ущемленной гордости!
Василиск раздраженно закатил глаза, и дождавшись пока хлопнет дверь, произнес:
— Прости за этого клоуна. Как ты себя чувствуешь?
Я прислушалась к своему телу и поняла, что в принципе ничего не болит. Лишь тело налито свинцовой тяжестью, и на низ живота будто бы положили горячую грелку.
Тут же вспомнив, из-за чего мне вообще стало плохо, я в ужасе прижала руку к животу.
— Не переживай, с ребенком все хорошо! — поспешно сказал Инар, увидев мои испуганные глаза.
Присев на кровать, он взял мою руку и, прижав ее к своим губам, прошептал:
— Ты так напугала меня, родная! Я чуть с ума не сошел…
Я попыталась углубиться в провалы своей памяти, но так и не вспомнив ничего, спросила:
— Что произошло? Я почти ничего не помню.
Инар поднял на меня усталый взгляд и, всмотревшись в его лицо, я поняла, что мужчине действительно было нелегко все эти дни. Под глазами залегли темные тени, скулы осунулись, а между бровей обострилась морщинка, которая появлялась, когда он хмурился.
— Когда тебе стало плохо, я сразу же открыл портал к Гранду. Демон позвал свою целительницу, и она, осмотрев тебя, сказала, что существует почти стопроцентная угроза выкидыша. Душа ребенка пыталась покинуть твое тело. Был лишь один вариант спасти вас обоих — семена древа жизни. И они, слава Ингевилю, были у Гранда. Мы провели нужный ритуал, и теперь все в порядке. Только вот…
— Только вот, что? — спросила я, пытаясь подтолкнуть Инара, который уже минуту собирался с духом, чтобы сказать мне явно что-то важное.
— Только вот я должен извиниться перед тобой, — наконец, произнес он.
Я вскинула на него удивленный взгляд.
— За что?
— За то, что распорядился твоей жизнью, — на одном выдохе сказал василиск. — На самом деле вариантов было два. В первом случае целительница могла достать плод, и ты бы точно осталась жива, но ребенка спасти бы не удалось. Во втором варианте и ты, и ребенок могли с одинаковой вероятностью, и выжить, и умереть. Я выбрал последнее… И я безумно рад, что все получилось, но виню себя за то, что ты запросто могла погибнуть. Из-за меня. Потому что я сделал такой выбор.