Эндервелл: Проклятье Найтири (СИ)

Василиск сначала указал кончиком хвоста на меня, а потом на свою спину.
— Ну, нет! Я не полезу на тебя, и не надейся!
Инар в змеином обличии зашипел и, закатив глаза, вдруг сделал то, чего я вообще не ожидала. Он обвил длинным хвостом мою талию и, подняв в воздух, боком усадил между шипов на гребне. Я лишь пискнуть успела. От испуга с возмущением стукнула его ладошкой по шипастой голове, и заявила:
— Ты очумел?! Предупредить не мог хотя бы? Я же чуть не померла со страху! Вот умора-то была бы. Спасали от великой Найтири, а отъехала от страха перед василиском!
Повернув голову так, чтобы я могла видеть его хитрющие глаза, василиск прерывисто, хрипло зашипел. И клянусь! Это был смех, настоящий издевательский смех, который издавало змеиное горло! Я обиженно отвернулась от него, и сложила руки на груди. Только вот показать всю глубину своей раненой «змейскими» издевательствами души не получилось, потому что василиск начал плавно ползти в сторону воды. Поэтому, чтобы не слететь с его спины, мне пришлось лечь между шипами в выемке гребня, и схватиться руками за шипы на голове.
Инар заполз в воду и поплыл на глубину. Слава богу, вода была не слишком холодной, благодаря жаркому лету, потому как мое платье уже было мокрым до талии. Когда мы оказались на середине озера, василиск остановился и начал наматывать круги вокруг самого себя, как будто бы гоняясь за хвостом. Между кольцами змеиного тела стал образовываться водоворот, который уходил все дальше ко дну. Вода уже накрывала меня с головой, и приходилось задерживать дыхание, и вот, когда воронка оказалась достаточно широкой для тела василиска, он, поднявшись на мгновение в воздух, нырнул прямо в середину водоворота. Я закричала, и тут же начала захлебываться. Вокруг меня сомкнулась толща воды, лишившая зрения, дыхания и слуха. Из последних сил я цеплялась руками за шипы, чтобы водоворот не выкинул мое тело в озеро, но через несколько мгновений сознание начало покидать меня, и я отключилась.
****
Очнуться пришлось от того, что из легких начала выходить вода. Откашлявшись, я попыталась подняться, и обнаружила, что животом лежу на коленях василиска, который придерживая мне волосы, хлопает по спине.
— Все, все! Жива я! Прекращай избивать.
Инар облегченно выдохнул и, откинувшись спиной на песчаный берег, произнес:
— Знаешь, это ненормально, что стабильно раз в сутки я спасаю тебя из воды.
Я с трудом встала, все еще покашливая и оглядевшись вокруг, не поверила своим глазам.
Передо мной простирался огромный океан, у которого не было видно ни конца, ни края. Но самое удивительное, что он был абсолютно белого цвета — как молоко.
В небе над водой светился алый закат, бросающий отблески в воду, и на удивительный, переливающийся перламутром песок. Повернувшись к воде спиной, вдалеке я увидела величественные горы со снежными пиками, и полосу леса перед ними.
Все вокруг в свете заходящего солнца имело легкий розоватый оттенок. Это было настолько прекрасно, что трудно не потерять дар речи.
Повернувшись к Инару, я дрожащим голосом спросила:
— Неужели это правда. Мы в Эндервелле? Все получилось?
Инар, который наблюдал за мной сидя на песке, с улыбкой сказал:
— Да, Анита. Мы в Эндервелле.
Я еще раз огляделась и пораженно протянула:
— Здесь так красиво. Как в сказке… Неужели весь твой мир так прекрасен?
— В целом, да. Мы сумели сохранить первозданную природу, благодаря магии и отсутствию технологий. Ваша планета тоже когда-то была прекрасной. Пока люди не заточили ее в бетон и асфальт. Просто наш мир пошел по другому пути развития. Мы ценим свой дом, и заботимся о нем.
Я с грустью поняла, насколько прав Инар. Люди сами виноваты во всех экологических катастрофах, которые происходят на земле, потому что мы в первую очередь гонимся за прогрессом, не думая, чем это обернется в будущем.
Инар встал и, отряхнув мокрую ткань штанов от песка, сказал:
— Нам нужно привести себя в порядок, и устроиться где-нибудь на ночлег.
 
Выразительно подняв бровь, я окинула взглядом местный колорит. До ближайшего поселения, если оно и есть где-то за лесом, нам топать не меньше суток.
— Прости, но как? Будем под открытым небом ночевать? — с сомнением спросила я у василиска.
Он усмехнулся, и прищурив глаза, сказал:
— Детка, ты забываешь, что мы уже не на Земле.
Я закатила глаза.
— Я, кажется, просила так не называть меня.
— Как скажешь, малышка, — на этот раз он уже откровенно рассмеялся, — Прости, ну никак не могу отказать себе в таком удовольствии. Ты так смешно пыхтишь, когда злишься. Как ежик.
— Чего? А ты, а ты… Змея ты подколодная, вот кто!
Инар расхохотался, запрокинув голову, и сквозь смех сказал:
— Знаешь, ты первая, кто сказал такое одному из наследных принцев.
Я отвернулась, и тихо пробурчала, выжимая мокрые волосы и подол платья:
— Кобра ты королевская, а не принц…
Оставив жалкие попытки избавиться от лишней воды на одежде, я повернулась обратно к Инару, и поинтересовалась:
— Что делать-то будем?
Он хитро улыбнулся и вдруг произнес:
— Инсэктари.
После этого мужчина начертил рукой на песке круг. Через мгновение песок начал осыпаться в этом месте, и когда я с любопытством заглянула внутрь провала, то увидела лишь непроглядную тьму. Василиск тем временем спокойненько запустил руку в получившуюся дыру и начал доставать из нее одежду.
Подняв удивленный взгляд, я спросила:
— А это как?
— Заклинание пространственного кармана, — ответил он, пожав плечами.
После этого окинул меня внимательным взглядом, и достал из круга еще один комплект одежды. Вложил его мне в руки, и одним взмахом руки закрыл пространственный карман.
— Переодевайся.
Я осмотрела одежду, которую он мне дал — белая мужская рубашка без пуговиц с широкими рукавами, черные узкие замшевые брюки, и широкий коричневый пояс. Одежда имела вид чего-то среднего между модой средневековья и современными нарядами из моего мира. И все бы ничего, но это была мужская одежда, и она явно была мне огромной.
— Слушай, ты не находишь, что это не мой размер?
— Надевай. Брюки под заклинанием безразмерности, а рубашку перетянешь ремнем, — сказал Инар, начиная стягивать с себя мокрую одежду.
Я тут же отвернулась и стала ожидать, когда он закончит. Через минуты три василиск окликнул меня:
— Долго будешь столбом стоять?
Я повернулась. Инар уже был одет в черные брюки, кожаные сапоги и сапфировый укороченный камзол с косой молнией. Одежда очень шла ему, и сразу было видно, что это наряд далеко не простого работяги.
— Слушай, а тебе не жарко во всем этом? — полюбопытствовала я. Хоть температура к вечеру была не особо высокой, но вряд ли в кожаных сапогах было бы комфортно.
— Одежда и обувь сшита из заколдованной материи, поэтому в ней не может быть жарко или холодно, а также она не пачкается и не рвется.
— Ого. И что, у всех в Эндервелле такая одежда?
— Нет, конечно. Услуги швей с магическим даром очень дорого стоят. Поэтому подобные вещи носят лишь аристократы и монархи. Да и у меня далеко не вся одежда имеет такие свойства.
— М-да… Хоть и технологический прогресс не испортил ваш мир, но это явно не касается сословного неравенства.
Положив полученную одежду на песок, я начала расстегивать платье. Примерно на четвертой пуговке подняла голову и поняла, что Инар даже не думал отворачиваться. Сложив руки на груди, он внимательно следил за тем, как я раздеваюсь.
— Эй, а у вас тут вообще знают, что такое приличия?
Он оторвал взгляд от расстегнутых пуговиц и, нахмурившись, произнес:
— Прости, задумался, — и тут же отвернулся.
То, что между нами происходит, начинало все больше меня пугать…
Сняв платье и нижнюю сорочку, я прямо на голое тело надела рубашку и с опаской стала натягивать брюки. И, о чудо! Они сели на меня, как вторая кожа. Подпоясав рубашку ремнем на талии, на манер туники, я встряхнула волосы, которые от влаги завились мелкими кудряшками, и позвала Инара.