Люк Скайуокер и тени Миндора (ЛП)

Хан взвёл бластер и ответил порцией разрядов, выбрав целью парочку миндорцев, у которых возникла блестящая идея метить достаточно высоко над головами друзей, чтобы всё-таки попытаться подстрелить Чуи. Один успел увернуться от разряда и стремглав помчался прочь, а вот второй всё же получил в грудь, опрокинувшись на спину. Вот только Хан, разглядевший на месте попадания облако красновато-чёрного дыма, не слишком вовремя вспомнил, что Лея говорила насчёт отражающих свойств лавовых доспехов.
И теперь, когда мозг проанализировал эту информацию, трюм заполнился ещё и густым туманом, а образовавшийся дым полез Хану в горло и стал щипать глаза. На ум пришла другая мысль: если закованные в прочную лавовую броню миндорцы могли не беспокоиться насчёт как прямых разрядов, так и рикошетов, отскакивавших от переборок, палубы или потолка, то находившиеся в грузовом отсеке трое участников перестрелки с противоположной стороны таким преимуществом похвастаться не могли. Приблизительная оценка того, как долго протянет их с Леей и Чубаккой удача, и того, как скоро хотя бы один из них благодаря шальным выстрелам понесёт невосполнимую утрату в плане внутренних органов, длилась считанные секунды и позволила принять единственно верное решение.
Он повернулся и разрядил бластер в приборную панель грузового трапа. Устройство ответило яростной вспышкой, искрами и клубами дыма, после чего трап принялся опускаться.
– Эй! – вскочивший Хан потеребил за плечо Лею, которая всё ещё придавливала коленом Эону, накрутив её рыжие волосы на кулак. Из-за бластерной канонады и оглушительного боевого рёва Чубакки Хану пришлось перейти на крик. – Игры окончены! Пора уходить!
Лея ответила свирепой ухмылкой, её глаза засверкали оживлённым блеском, а щёки налились румянцем, и тогда Хан в очередной – десятый, сотый или, быть может, тысячный – раз подумал, что принцесса Альдераана воистину никогда не бывала более прекрасной, чем когда выбивала из кого-то ситхову дурь.
Девушка вскочила на ноги.
– Где Ар-два? Мы не можем его оставить!
– Я достану дроида! Просто уходи!
– Секунду…
Быстро опустившись на колено, Лея схватила выроненный Ханом КИД-21. Пока она в поисках силовой батареи обшаривала карманы потерявшей сознание Эоны, сам Хан, прикрывая возлюбленную, принялся палить во все стороны, поджигая с предельной точностью доспехи каждого ополченца, которого он замечал в сгущавшейся дымчатой пелене.
– Моя очередь! – воскликнула Лея, когда зарядила бластер своей находкой.
Так и оставаясь в полусидячем положении, девушка вскинула оружие и обрушила серию разрядов на фланги рукопашной схватки, посреди которой ликовавший берсерк-вуки схватил одного миндорца за лодыжку и стал махать несчастным как огромной дубиной, разбрасывая остальных направо-налево.
Хан метнул на Лею полный благодарности взгляд, после чего ворвался в самую гущу сражения. Принцесса, не прекращая стрелять, начала пятиться по открытому трапу. Хан присутулился и с боем пробился сквозь ряды миндорцев будто скачущий рососпинник, отпихивая, отпинывая и орудуя рукоятью бластера до тех пор, пока не очутился достаточно близко возле Чубакки, где Хану пришлось пригнуться, чтобы вошедший в раж напарник ненароком не расплющил его своим импровизированным живым орудием в виде полностью отключившегося миндорца. Он вцепился в руку Чуи, но обезумевший вуки только взревел ещё больше и попытался ударить наотмашь. К счастью, Хан не стал принимать это слишком близко к сердцу, а просто крепче сжал хватку, чуть ли не оседлав волосатую конечность, и заорал что есть мочи:
– Чуи, это я! Чёрный код, слышишь? Чёрный код!
Чубакка сморгнул, и в его голубых глазах Хан, наконец, различил осмысленный взгляд. Вуки бегло осмотрел картину боя и тут же сориентировался в ситуации, которую сам только что изменил в худшую сторону, причём, самым радикальным образом: хотя Чуи и сшибал противника за противником, с каждым упавшим миндорцем оставалось всё меньше препятствий для тех, кто ещё удерживался на ногах, и в итоге парочка наиболее смекалистых молодцев вспомнила про оружейный ворох в контейнере номер шесть, откуда уже извлекала на свет бластерные карабины, угрожая накалить обстановку до такой степени, что и пьяная обезьяноящерица с гранатой покажется не самым страшным – уж точно не страшнее условного психованного гаморреанца.
 
– Харраруф! – отозвался Чуи, и Хан отпустил его руку. Вуки поднял над головой всё ещё бессознательную «дубину» и швырнул как снаряд в миндорцев возле контейнера, а затем проревел Хану полное согласие с Чёрным кодом, предписывавшим «драпать отсюда как можно скорее». Вуки схватил Хана за талию своей волосатой конечностью, оторвал от палубы и со всех ног припустил к трапу, как если бы в матче по борглболлу пытался забить победный гол, а Хан – выступал в роли мяча.
– Ар-два! – позвал Хан, стреляя через плечо напарника. – Где этот ситхов дроид?
Мгновение спустя Хан заметил астромеханика, как ни в чём не бывало стоявшего возле взорванной приборной панели; манипулятор дроида был протянут внутрь повреждённого инфоразъёма, из которого сочился дым.
– Эй, Коротышка! – крикнул ему Хан. – Сейчас не время для полевого ремонта!
Ответные гудки Р2-Д2 прозвучали с отчётливым сарказмом, но когда Чуи и Хан преодолели трап, маленький дроид убрал устройства, втянув в себя, и зажужжал позади со всей доступной катковым опорам прытью. Лея, угнездившаяся возле подножия трапа, устроила неприцельный заградительный огонь, надеясь, что ни один миндорец не станет подставлять голову под рикошет.
– Брось меня и иди за Ар-два! – велел Хан напарнику, и Чубакка повиновался с такой неожиданной быстротой, что Хан резко приземлился на свою и без того пострадавшую часть тела. Он пополз к укрытию Леи, присоединившись по пути к её стрельбе, пока Чубакка широкими прыжками летел по трапу. Когда вуки схватил дроида, тот разразился пронзительным визжанием, однако Чубакка, не обращая внимания, развернулся на месте и помчался обратно в пещеру сквозь разбушевавшуюся грозу бластерных разрядов, среди которых теперь без труда узнавались размытые лучи, выпущенные из винтовок.
– Отходим! – скомандовал Хан Лее. – Давай за Чуи, а я задержу их тут!
«Надолго задержать не получится, – подумал он про себя, – но, возможно, я куплю ей немного времени, чтобы дать ей сбежать».
– Я тебя не оставлю! – возразила Лея, продолжая выпускать разряд за разрядом. – Отходим вместе или не отходим вообще!
– Ох, ради всего св… стоп, а куда делось «тебе решать, капитан»?
– Всё меняется, – огрызнулась Лея и секунду спустя почувствовала на себе новое изменение: случайный разряд, опаливший девушке плечо и отбросивший её на пещерный пол. Это разрешило возникшие разногласия, так как Хан незамедлительно пересёк расстояние до Леи, подхватил её на руки и, несмотря на раздражённые возгласы «Я в порядке, Хан! Это всего лишь царапина!», с бешеной скоростью понёсся к выходу из туннеля, где их уже ждали Чубакка с Р2-Д2.
– Что с вами такое, идиоты? – заорал на них Хан. – Не останавливайтесь!
Чубакка ответил грубым «Хррорр», и только потом Хан заметил параболическую антенну, вытянутую дроидом из люка на куполе, и услышал чириканье, напоминавшее уже не типичные для Ар-два попытки сымитировать человеческое общение, а скорее коммуникационные сигналы высокоскоростного протокола шифрования. Хан резко остановился и оглянулся через плечо.
Вместо ожидаемой волны вооружённых до зубов ополченцев, развернувшихся по трапу с убийственными винтовками наперевес, ему предстало несколько иное зрелище: сужавшийся проход, изнутри которого вовсю валил дым, струился искусственный свет и били время от времени производимые бластерами беспорядочные разряды, после чего грузовой трап закрылся окончательно и защёлкнулся на все стыковочные замки.
 
Хан сместил взгляд на Ар-два.
– Это ты устроил?
Малыш покачался на опорах.
― Би-вуп!
– Неплохо, Коротышка, а можешь теперь вырубить двигатели? Заблокировать управление? Что-нибудь?