Люк Скайуокер и тени Миндора (ЛП)
Повесив голову, он поплёлся к каменной стене и прислонился к ней спиной.
– Бен? – произнёс Скайуокер слабым, полным грусти и лишённым всякой надежды голосом. – Бен, ты меня слышишь? Что мне нужно было сделать? Учитель Йода? Как мне следовало поступить?
Он не услышал ответа сквозь дуновение лёгкого ветерка и шорох песчинок. Всё, что он знал на данный момент, так это то, что происходящее казалось каким-то нереальным. Каким-то… не таким.
Люк тяжело опустился, скользя по стене спиной. Зажмурившись, он позволил голове откинуться назад. И ещё назад. И вот тогда-то Люк Скайуокер в полной мере ощутил: не так проходило абсолютно всё.
Каждый день своей жизни он принимал неверные решения. Перед мысленным взором всплыли все, кто пострадал из-за него. Все, кто погиб из-за него. Все до единого, кто стал жертвой во время различных событий на различных мирах – от Миндора до Эндора, от Эндора до Явина – на мирах, вереницу которых замыкал Татуин, где у входа в полуразрушенную влагодобывающую ферму покоились дымящие мёртвые тела. Может, я заблуждался. Может, я зря думал, что всё кончено и что конец вышел счастливым. Может, вообще всё было зря. Но, учитель Йода, вы же хотели покончить с владычеством ситхов. Ситхов больше нет.
Бен, ты просил меня уничтожить Дарта Вейдера. У меня получилось и это. И ты, отец. Ты обещал, что мы вместе низвергнем Императора. И мы низвергли. Мы справились, достигли кульминации. Но это не развязка. Как оказалось, ничего не кончено. И этому не будет конца-краю уже никогда.
Когда на планету обрушился очередной метеоритный дождь, ветра вновь переросли в каменные смерчи. Пока пещера содрогалась и грохотала как от артиллерийской бомбардировки, Люк не шелохнулся, продолжая сидеть на месте с опущенной головой и не обращая внимания на песок и мелкую каменную крошку, стекавшие за воротник.
Может, я испытывал в некотором роде надежду, что хотя бы кто-то после случившегося сможет жить долго и счастливо. Только не я сам. Как раз я был готов пожертвовать собой, если придётся. Я всё ещё полон решимости сделать это. Предполагалось, что нормальной жизнью заживут все остальные. Но, похоже, всё, через что мы прошли, было напрасно. Сражения не прекратились. И им тоже не предвидится конца-краю. Будто на самом деле я никого и не спасал.
На ум сами собой пришли слова, изречённые когда-то мастером Йодой. «Прошлое – лишь в воспоминаниях, ― говорил мудрый наставник. ― Будущее – в воображении. Сейчас и всегда лишь вечность неизменна». Про себя Люк толковал это следующим образом: не заботься о сделанном, не беспокойся о том, что предстоит сделать. Просто возьми и сделай что-нибудь прямо сейчас.
Совет можно было счесть неплохим, имей Люк хоть малейшее представление о необходимых мерах реагирования. Обладай он большим генеральским опытом, он бы знал, как поступить: искать ли пропавших без вести, вернуться ли на место крушения и дождаться там эвакуации или попытаться каким-нибудь способом отправить в космос сигнал оперативной группе. Мне не следовало взваливать на себя такую работу. Мне не ведомо, как генералы разрешают подобные проблемы. Только то, как их разрешают джедаи…
И вот повисшая голова поднялась вновь. Я знаю, как бы поступил джедай. Прежде всего, он бы перестал жалеть себя и сидеть сложа руки.
Да, именно так и следовало поступить в первую очередь. Потому что стоило Люку подумать об этом, как перестала дрожать земля, а сотрясавший пещеру шторм сменился множественными хлопками. Люк поднялся и вышел наружу, где ему предстало интересное зрелище.
Небо заволокли СИД-истребители, которые, тщательно сформировав поисковую сеть, носились туда-сюда со скоростью звука.
Люк снял световой меч и вдавил кнопку активации. Изумрудно-зелёный клинок зашипел, решительно пронзая плазмой обильную воздушную пыль. Когда ближайший пилот истребителя заметил возникшее сияние, он сделал «бочку» и приблизился, чтобы рассмотреть получше. Люк адресовал имперцу улыбку и отсалютировал мечом будто регулировщик, готовый посадить корабль при помощи сигнального жезла.
Затем погасший световой меч был возвращён на место, а его обладатель опустился на тёплый камень и, скрестив ноги в медитативной позе, принялся ждать.
Он ждал, когда СИД-истребители соберутся над головой, окружая его позицию. Ждал, когда появятся атмосферные канонерки и приземлятся в нескольких сотнях метров в стороне. Ждал, когда из чрева боевых машин выйдут сотни штурмовиков в чёрных доспехах и, выстроившись ровными рядами, двинутся к нему с нацеленными бластерами. Он ждал, когда, наконец, солдат с эмблемой полковника на груди шагнёт вперёд и рявкнет:
– Генерал Скайуокер!
Тот, к кому обращались, невозмутимо встал на ноги.
– Генерал Скайуокер! – повторил имперский офицер. – Вы ведь Люк Скайуокер?
– Если это не слишком банально, отведите меня к своему командиру. – Люк равнодушным движением протянул открытую ладонь, в которой покоилась рукоять светового меча. Джедай улыбнулся. – Если банально до невозможности, будьте любезны, отведите всё равно.
* * *Р2-Д2 не обращал внимания на бурю, удобно расположившись посреди уютной пещеры из застывшей лавы, где маленький астромеханик устранял полученные повреждения. Когда метеориты стали бить достаточно сильно, из-за образовавшихся помех починка была отложена, а вскоре серия ударных волн и вовсе принялась безжалостно подбрасывать Ар-два, жонглируя бедным дроидом по всей пещере словно туранианской прыг-костью. Тогда Ар-два, как мог, «заякорил» себя на месте при помощи четырёх вспомогательных манипуляторов, и продолжил работу. С его опытом и внушительным арсеналом самых разных инструментов не составляло труда провести качественный ремонт, и всё же дроид оставил себе заметку в виртуальном журнале технического обслуживания, согласно которой следовало заменить повреждённую конечность при первом же визите в полноценный сервисный центр.
Вскоре буря затихла, и аудиодатчики Ар-два зарегистрировали новый источник шума: пронзительные свистящие завывания, которые не могли принадлежать ничему иному, кроме как СИД-истребителям, чьи солнечно-аккумуляторные панели на огромных скоростях всегда издавали столь характерный звук. Бортовой алгоритм оценки угроз подсказывал, что рёв раздаётся на высоте в несколько километров, отчего взглянуть украдкой наружу означало подвергнуть себя разве что предельно низкому уровню риска. И всё же астромеханик вначале выдвинул устройство в виде миниатюрной антенны и торопливо просканировал пространство. Лишь когда выяснилось, что противник не задействует ответных мер, связанных с целенаправленным поиском дроидов, Р2-Д2 взвёл обе заработавших катковых опоры, снялся с якоря и с жужжанием проследовал к поверхности.
– Вот ты где, прелесть ненаглядная!
Аудиодатчики распознали волновые характеристики, соответствующие голосу мужчины-человека с отчётливым акцентом Внутреннего Кольца. Говоривший изъяснялся на общегалактическом. Ар-два мгновенно занёс копию записи в промежуточный лог памяти, решив поделиться ценной находкой с Си-3ПO, который, если верить длительному опыту общения с протокольным дроидом, испытывал электронное подобие безмерного наслаждения всякий раз, когда путём сложного анализа речи угадывал место происхождения собеседника. Причём на основе одного взаимодействия гласных и согласных звуков Си-3ПO мог определить не только регион космоса, но и конкретную планету, да ещё и вычислял, откуда приходились родители отдельно взятого индивидуума, его друзья детства, учителя или супруги. Сам Ар-два сделал вывод, что записанный акцент с вероятностью чуть более семидесяти трёх процентов окажется коренным для Миндора, но всё же астромеханик нуждался в твёрдом заключении искушённого эксперта. В конце концов, у каждого дроида имелось своё предназначение, а Си-3ПO так долго и весьма назойливо – совсем как человек – настаивал на собственном почти врождённом преимуществе в подобных вопросах, что Р2-Д2 раз и навсегда зарёкся бессмысленно препираться с напарником, предпочитая вместо этого демонстрировать полное невежество и экономя тем самым до тридцати семи минут.