Знамение. Вторжение (СИ)

«Почему энергии теперь так мало?» — первым прерываю молчание своим вопросом я, хотя сам знаю ответ, для того, что остановить их затянувшийся процесс питания.
Старший и средний не отвечают. В их каналах я слышу только плотный поток раздражения от очередного моего «неправильного» вопроса и от того, что я отвлекаю их от насыщения энергией.
«Энергии стало мало. Это все, что нам нужно знать. Обо всем остальном знает Главный…» — уклончиво и привычно надменно наконец отвечает Старший.
«В прежних циклах Океан был теплее. Даже на дне. А теперь тепло только возле Пещеры Главного. Но и там почти нет питания» — назло продолжаю расспросы я, чувствуя, что раздражение старшего нарастает, а канал среднего излучает недоумение.
К неодобрению со стороны Старшего за последние циклы я привык, и мне давно стало на это все равно. Хотя это против правил Главного. Ведь, как всегда повторял Старший, я обязан слушаться старших в Триаде, должен выполнять их требования, и не должен задавать «ненужные» вопросы.
Если невозможно выжить одному, без Триады, тогда было бы лучше, если бы я сам был старшим. Ведь я этого заслуживаю. Заслуживаю намного больше, чем Старший, а тем более Средний. Я бы сам принимал сигналы Главного. И тогда бы я ничего не упустил. Ведь Старший, наверное, не все нам передает, не договаривает… А может он и не понимает все, что получает. Куда ему, обычному, жалкому и глупому слизню понимать все, что передает Главный.
А я — другой. У меня есть цель. Другая цель, чем до конца циклов питаться жидкими остатками энергии в Океане, а после оказаться в Болоте. Прозрачный был прав. Наше Светило умирает. Океан замерзает. И совсем скоро Стая вымрет. Поэтому так важно дождаться Великого Дня Отбора. Чтобы быть отобранным Главным для Исхода, и тем самым совершить миссию. Какую миссию? Я не знаю. Прозрачный лишь немного говорил об этом. А я не все понял. Но уверен, что все знает Главный… Осталось ждать совсем немного. Несколько циклов… И Великий День Отбора настанет…
Когда этот день настанет, то наша Триада, как и вся остальная Стая, прибудут в Пещеру Главного, и у каждого будет шанс на Исход. Странно, но кажется никто, кроме меня, этого для себя не хочет. Как и старшие в Триаде, так и остальные члены Стаи, чьи сигналы я иногда улавливал, никто не надеется быть отобранным. Они даже опасаются этого, принимая свое существование как есть и не желая ничего менять. Глупые слизни…
«Хватит. Не трать энергию на сигналы и питайся» — ответил за Старшего Средний, который всегда лишь слепо потакал Старшему и давно перестал заступаться за меня.
Я послушался и приглушил свой сигнал, опасаясь, что остальные члены Триады смогли «услышать» мои мысли о том, что я хотел бы быть старшим, считал себя лучше их, надеялся на Исход и верил в свою миссию. Однако судя по плавным движениям их набухших лепестков, я понял, что они не уловили мои мысли.
А стоило мне внимательнее прислушаться к их сигналам, то мои опасения полностью развеялись. Они оба даже оставили мысли о своем недовольстве мною и теперь вновь сосредоточились на питании, наслаждаясь процессом, не в силах остановиться, усиленно втягивая лепестками воду и впитывая драгоценную энергию, которая просачивалась сквозь поверхность воды от едва виднеющегося на небесах крохотного и бледного светила… похожего на отжившего все свои циклы слизня…
  
Главный
 
Сытые, мы «молча» плывем обратно к Стае. Старший и Средний отстают. Их плавники разбухли от напитавшей их энергии, и они плывут медленно. Их сигналы пусты. Ни одной мысли. Только слабое излучение от полученного удовольствия. Такое же пустое излучение исходит от низших существ в Океане, не имеющих способности осознавать себя и организовываться в стаи. Они сейчас ничем не отличаются от планктомассы, у которой такой же пустой сигнал, которые только и умеют, что питаться остатками энергии в Океане и плыть по течению, не раздумывая и не имея целей, заплывая в мертвые края Океана, и там погибая без пропитания.
 
Пустые, глупые, никчемные слизни…
Мне же не терпиться вернуться к Пещере Главного, к Стае, окружающей ее, чтобы украдкой «прочитать» сигналы слизней, узнать новости о наступающем Великом Дне Отбора, которые могли стать известны за то время, пока мы питались у поверхности Океана.
В отличии от Старшего и Среднего, от наполняющей меня свежей энергии, движения моих плавников стали быстрее, так что я отплыл далеко от них вперед. Эти двое мне не нужны. По крайней мере до следующего цикла, когда придется снова искать пропитание.
«Зрение» затвердевших эхошипов позволяет мне издалека заметить, что в Стае, расположившейся вокруг Пещеры Главного, происходит нечто необычное. Слизни, обычно спокойно отдыхающие на склонах Пещеры или дремлющие между выступов на дне, теперь кружатся, отплывают в сторону от Пещеры и подплывают обратно, собираются вместе, а потом распадаются на мелкие группы.
Сконцентрировав усилия на поиск блуждающих сигналов, я улавливаю отрывистые, испуганные, взволнованные мысли слизней.
«…триада…»
«…нарушили указание Главного…»
«…протомасса…»
«… мальки…»
«…нельзя…, нельзя…, нельзя…»
«…неправильные…»
«… наказание…»
«… в Болото…»
Подплыв ближе, я встречаю трех слизней. Я пытаюсь вспомнить их триаду, но не выходит. Даже сейчас, когда Стая уменьшилась, я не различаю их. Почти все слизни похожи друг на друга, как похожи их мысли и повадки. Вот Прозрачный был другой. Его невозможно было ни с кем спутать. Его было «видно» и «слышно» сразу. Издалека. Не то что всех остальных…
Повстречавшаяся ну пути триада держится вместе и их сжавшиеся плавники одинаково мелко подрагивают в холодной и темной воде. По их виду понятно, что они голодают. Но фон голода в их сигнале перекрывается фоном страха и недоумения. Я чувствую, как они тоже пытаются меня «читать», как они «рассматривают» меня своими вялыми полуживыми эхошипами, удивляясь «сытости» моих плавников и мощности исходящего от меня сигнала.
— Что происходит? — шлю им сигнал я.
— Ты не знаешь? — отвечают они все вместе слабыми тонкими сигналами.
— Что происходит? — повторяю я свою вопрос, усилив свой сигнал, ощущая как от раздражения и неприязни к глупости и никчемности повстречавшийся триады мои лепестки угрожающе расправляются.
Сигнал старшего в их триаде фонит удивлением от того, что я, младший в своей триаде, «разговариваю» с ними подобным образом, но в том же время он не решается вступить со мною в противостояние или отчитать меня, и послушно отвечает на мой вопрос.
— Одна из триад поступила «неправильно». Они нарушили приказ Главного. Отпочковали протомассу. Скрывали от Стаи и Главного, пока из протомассы не родились мальки. Главный все узнал. Теперь Главный устраняет триаду и мальков, отправляя их на Болото…
— Как они посмели? — спрашиваю я.
С одной стороны я возмущен немыслимому нарушению одного из главных приказов Главного, который много циклов назад запретил триадам почковаться, сокращая тем самым популяцию Стаи, учитывая, что питания в Океане почти не осталось. А с другой стороны я удивлен, что в Стае нашлась триада, которая решилась пойти против воли Главного. Ведь я был уверен, что все в Стае похожи друг на друга. Все — покорные и глупые слизни, безоговорочно выполняющие приказы. А тут — такое неповиновение!
— Они — «неправильные». «Неправильные». «Неправильные»…, - «заголосила» троица, закручивая чахлые лепестки, переплетаясь друг с другом, — нельзя…, нельзя…, нельзя…
Читая их сигналы, я понимаю, что там больше ничего нет. Только примитивный страх, непонимание и… голод.
 
Наконец, их старший решается. Он распускает лепестки, распутываясь от своего среднего и младшего, и подплывает ко мне, завистливо меня «осматривая».
— Где ты нашел питание? — слабо сигналит он, едва шевеля эхошипами.
— На поверхности, — коротко сигналю я, ощущая приближение Старшего и Среднего, и направляюсь дальше, в сторону Пещеры Главного, не желая больше «сигналится» с глупой триадой, и стараясь держаться подальше от догоняющих своих.