Неожиданная Россия. XX век (СИ)
Но все эти семейно-политические драмы случатся гораздо позже. Пока же в истории России разгоралась другая драма – оружейная. В сентябре 1914 года военные власти Японии ответили генералу Гермониусу, что все трофейные русские винтовки уже давно отправлены в утиль.
Однако японцы всё же нашли для русских ненужные Японии винтовки. Крупная промышленная корпорация «Мицуи» предложила генералу Гермониусу недорого купить 35 тысяч винтовок и карабинов, которые на заводах Токио сделали по заказу Мексики. Дело в том, что пока выполнялся этот заказ, в Мексике началась гражданская война и военная интервенция США. Японцы тогда не желали раздражать Вашингтон поставками оружия мексиканцам, произведённые винтовки так и не отплыли к берегам Латинской Америки и ненужным балластом лежали на складах «Мицуи».
Поэтому японцы предлагали ненужные им винтовки очень дёшево – 30 иен за штуку. По курсу 1914 года это было порядка 29 рублей, при том что изготовленная на российских военных заводах «трёхлинейка» в том году стоила от 37 до 45 рублей. Вместе с винтовками «мексиканского заказа» японцы предлагали 23 миллиона изготовленных к ним патронов.
Любопытно, что к этим мексиканским винтовкам системы «маузер» не подходили ни русские, ни японские, ни немецкие патроны. Но подходил патрон, принятый на вооружение в Сербии. В августе 1914 года Россия оказывала помощь воюющему Белграду, в том числе поставками своих дефицитных винтовок и патронов. Предложенные японцами 35 тысяч «стволов» для России были каплей в море, а вот для Сербии могли бы стать заметной подмогой, к тому же подходящей именно под сербский патрон.
13 октября 1914 года генерал Гермониус подписал контракт на «мексиканские ружья». За 35 тысяч винтовок и карабинов и 23 миллиона патронов Россия расплатилась самой устойчивой тогда валютой, переведя через лондонские банки на счета фирмы «Мицуи» 200 тысяч британских фунтов стерлингов (около 2 миллионов рублей по курсу 1914 года).
Это была первая закупка Россией иностранного оружия в годы Первой мировой войны. И в ближайшие три года Российская империя купит более чем в сто раз больше импортных винтовок – 3 миллиона 700 тысяч.
Первая покупка импортного оружия прошла стремительно. Уже 17 октября 1914 года от пристани порта Иокогама отчалил русский пароход «Эривань» с грузом «мексиканских ружей». К середине первой военной осени в русском Генштабе сочли, что ситуация на фронте с дефицитом винтовок уже не позволяет отказаться в пользу Сербии даже от такой небольшой и экзотической партии стволов. И пароход «Эривань» развернули в порт Дайрен на Квантунском полуострове Китая, бывший русский порт Дальний, доставшийся японцам по итогам войны 1904-05 годов. Из Дайрена винтовки-«мексиканки» поступили в расположенный неподалёку Харбин, чтобы ими перевооружились располагавшиеся в китайской Маньчжурии русские полки пограничной стражи. Отобранные у перевооружённых пограничников «трёхлинейки» тут же отправили в действующую армию.
35 тысяч прибывших на фронт с Дальнего Востока мосинских «трёхлинеек» позволяли вооружить всего две дивизии и проблему дефицита конечно же не решали. В октябре 1914 года русское командование согласилось начать массовые закупки винтовок за границей. Винтовок требовались сотни тысяч, по этой причине их невозможно было купить или заказать у малых стран. Располагавшие мощной военной промышленностью союзные государства Европы, Англия и Франция, тогда ещё сами не нарастили выпуск винтовок для своих армий. США с их производственными мощностями располагались далеко за океаном. Ближе всего к России из стран с развитой промышленностью, не занятой спешным военным производством, была всё та же Япония.
Винтовки в обмен на Китай…
Формально Токио с 23 августа 1914 года находился в состоянии войны с Германией, но в реальности всей японской империи противостояло не более 4 тысяч немцев в германской колонии Циндао на побережье Китая. В Петербурге надеялись, что японцы быстро согласятся продать России часть своих винтовок из армейских запасов.
Остававшийся в Токио генерал-майор Гермониус получил предписание купить «до миллиона винтовок, состоящего на вооружении японской армии образца, с патронами по тысячу на каждую». Эту просьбу японские генералы восприняли без энтузиазма. После сложных переговоров они согласились продать России 200 тысяч винтовок устаревшего образца и всего по 100 патронов на каждую. При этом русских покупателей предупредили, что патроны будут старые, с истекшим сроком хранения со складов в гарнизонах Кореи.
Речь шла о японской винтовке, созданной в конце XIX века возглавлявшим Токийский арсенал полковником Нариакэ Арисака. Именно с этой винтовкой, принятой на вооружение 1897 году, японская армия победила русскую. И сразу после победы, основываясь на опыте русско-японской войны, в Токио всё тот же Арисака, уже генерал, усовершенствовал свою винтовку. Новый образец «винтовки Арисака» с 1910 года стал поступать на вооружение японской армии, а прежние образцы 1897 года по мере замены отправились на склады. Теперь же часть из них должна была отправиться в Россию на германский фронт.
Основной проблемой для русских покупателей было количество патронов на каждый ствол – 100 зарядов смехотворное количество для мировой войны. Но японцы, считая выгодным продажу старых винтовок (это давало деньги для ускоренного перевооружения армии на новую винтовку) в то же время откровенно не желали ради России снижать свои мобилизационные запасы патронов. В итоге они пошли на издевательскую уступку, согласившись увеличить количество продаваемых патронов на 25 штук для каждой винтовки.
Контракт на покупку 200 тысяч винтовок и 25 миллионов патроновбыл подписан 21 октября 1914 года. Покупка обошлась России в четыре с половиной миллиона рублей золотом. Правда по военному времени это было не дорого – одна старая японская винтовка без патронов с доставкой в порт Владивостока обходилась казне всего в 16 рублей. Однако до конца года из Японии поступило меньше половины, лишь 80790 винтовок. Правда и такое количество хоть как-то улучшало положение на фронте, так как равнялось тогда всему производству винтовок в России за полтора месяца.
Остальная часть оружия по данному контракту прибыла в Россию только в начале 1915 года. К этому времени Петербург уже обратился к Токио с новыми просьбами о продаже винтовок.
Ещё 23 декабря 1914 года военный министр Сухомлинов направил письмо министру иностранных дел Сазонову, в самых куртуазных выражениях излагая проблему: «В настоящее время военное ведомство стоит перед трудной задачей приобретения в наикратчайший срок значительного количества винтовок. Принятые в этом отношении меры, в том числе и покупка 200 тыс. винтовок в Японии, оказались недостаточными и в настоящее время крайне необходимо неотложное приобретение еще не менее 150 тыс. винтовок. В виду изложенного, имею честь покорнейше просить Ваше Высокопревосходительство поручить нашему послу в Японии войти в сношение с японским правительством о продаже нам еще 150 тыс. винтовок с возможно большим количеством патронов».
Пока шла бюрократическая переписка между Военным министерством и МИДом России, пока запрос отправлялся в Японию, с фронта поступали всё новые настойчивые просьбы об оружии и в итоге, в январе 1915 года Чрезвычайный и Полномочный посол России при Его Величестве Императоре Японии (именно так именовалась эта должность) Николай Малевский-Малевич официально попросил Токио о продаже 300 тысяч винтовок.
Японцы согласились продать лишь 100 тысяч самых изношенных винтовок старого образца. «Весьма сомнительного достоинства» – как охарактеризовал их после осмотра инженер в генеральских погонах Гермониус. Однако воюющая Россия не могла быть слишком разборчивой, и 28 января 1915 года генерал Гермониус подписал новый контракт на поставку 85 тысяч винтовок и 15 тысяч карабинов образца 1897 года, а также 22 миллионов 600 тысяч различных патронов на общую сумму в 2 миллиона 612 тысяч иен (около двух с половиной миллионов рублей). Кроме того японцы согласились продать русским дополнительно 10 миллионов остроконечных патронов нового образца, контракт на поставку которых был подписан 3 февраля. Русская сторона учла прежние задержки с передачей купленного оружия, и в качестве срока поставки была определена середина апреля 1915 года.