Девушка с Севера.Невеста темного принца (СИ)

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Попасть в покои принцессы - не такая уж и простая задача. Даже для представителя знатного и уважаемого рода. И даже если ты к тому еще и веночница.
Но у Кэтрин в рукаве был припасен козырь - ее брат. Энтони, как и наказал ему отец, старался всегда крутиться рядом с принцессой, поддакивать ей и исполнять все ее желания.
Так что графиня могла заявить охраняющему Лилиан гвардейцу, что пришла повидаться с братом. Лишь раз это не сработало, но тогда Кэтрин закатила такой скандал, что оградила себя от последующих неудач. С ней просто не хотели связываться.
- Ее Высочество принимает гостя... - сегодня, впрочем, все пошло не так гладко, и гвардеец не впустил Кэтрин по одному лишь ее велению.
- Но я и не к Ее Высочеству. Я к своему брату, - парировала она, морща носик.
Страж мгновение стоял неподвижно, пристально и слегка растерянно осматривая незваную гостью. Графиня в этот момент постаралась сделать свое лицо злым, взгляд свирепым и всем своим видом показать, будто бы она едва сдерживалась, чтобы не начать кричать.
- Полагаю, он сможет принять вас в прихожей... - гвардеец выговорил неуверенно.
Вероятно, он рассчитывал и не впускать графиню, а сначала получить указание от лорда Энтони. Но стоило только открыть дверь и войти внутрь, как Кэтрин заскочила за ним в просторную, обставленную в восточном стиле прихожую, шумно плюхнулась в одно из кресел и расположилась в нем так вальяжно, чтобы показать бедолаге: отсюда она уходить не собирается.
На лице гвардейца отразилось явное недовольство. Конечно! Если выяснится, что впускать графиню было нельзя - ему жутко влетит. Но выпроводить ее он тоже не может, как-никак, благородная девушка, почти что родственница короля...
- Чего стоите? Зовите его! - подогнала его Кэтрин, ощущая себя победительницей.
Гвардеец недовольно поджал губы, но послушно выдвинулся к соседней комнате. Гостиной, как помнила Кэтрин.
Оттуда, если хорошо прислушаться, доносился оживленный голос Лилиан. Графиня, как ни хотела бы понять, с кем говорит принцесса и о чем, не могла расслышать слова.
Она выхватила лишь одну фразу, выкрикнутую когда гвардеец заходил внутрь: «Это не вопрос правды, это вопрос преданности!».
Слова показались ей ужасно странными и интригующими. Кого же принимает Лилиан? Кому это говорит?
Когда через секунду в прихожую вернулся гвардеец, сопровождаемый Энтони, Кэтрин навострила уши изо всех сил, но голоса в гостиной уже стихли.
Вероятно, беседа была прервана...
Кэтрин знала: люди замолкают, когда рядом появляется посторонний, только если обсуждают что-то секретное.
- Что-то случилось? Зачем ты здесь? - Энтони недоверчиво глянул на сестру.
- Мне нужно к принцессе, - отозвалась та, поднимаясь и подступая поближе. Она понадеялась, что рядом с братом, вставшим возле прохода в гостиную и словно бы перегородившим его, станет лучше слышно голоса.
Но было тихо.
Кажется, разговор непросто прервался, а закончился.
- Зачем тебе к ней? - на лице Энтони проступило раздражение.
- Мне нужно кое-что ей сказать, - ответила Кэтрин, крепче сжимая в руках письмо, будто боясь, что его отнимут силой.
- Отец ведь просил не беспокоить ее. Почему ты вечно что-то устраиваешь, Кэтрин?!
- Это важно! - она вспылила. Глупый братец совсем не вовремя встал в позу! - я узнала кое-что о княгине, - Энтони закатил глаза, и Кэтрин рассердилась не на шутку, - ты не понимаешь! Это важно! Она не может быть веночницей! Она... Она...
Дверь в гостиную дернулась, открываясь, и графиня тут же прикусила язык. Она не собиралась выдавать свое открытие постороннему.
Вдруг она поняла, как пылко говорила сейчас с братом. Был ли ее голос слишком громким, чтобы кто-то услышал? Сказала ли она лишнее?
Хотя кого там могла принимать Лилиан? Одну из своих фавориток? Да они круглые дуры, даже беспокоиться о них не стоит!
Дверь открылась, и в прихожую медленно и величаво прошла молодая дама. Ее голова была горделиво приподнята, во взгляде чувствовалось высокомерие, губы улыбались с легкой иронией.
 
У Кэтрин холодок пробежал по затылку. Она считала себя лучше многих придворных дам и не сомневалась, что легко победит любую из них. Однако приходилось признать, что даже ей становилось не по себе в обществе графини Виолетты Стивенс.
- Леди Кэтрин, - графиня коротко и холодно ее приветствовала. Ее тяжелый взгляд скользнул вниз, и Кэтрин поспешно спрятала ладонь, сжимающую письмо, за спиной.
Кэтрин не успела поздороваться в ответ - сразу за Виолеттой вышла принцесса. Вид у нее был ужасно сердитый, она даже и не заметила сразу, что в прихожей оказалась посторонняя.
- Я надеюсь, вы еще подумаете над моими словами, - выговорила она графине Стивенс.
Та с притворной мягкостью улыбнулась шире и ответила тихо, но уверенно:
- Нет, Ваше Высочество, не подумаю. Моя позиция не изменится.
Вот же наглость! На месте принцессы Кэтрин бы взорвалась от такого тона! И, Святой, как же стало интересно, о чем они говорили!
Сможет ли она вызнать у брата? Вряд ли. В последнее время он какой-то замкнутый и осторожный. А раньше, только намекни - все о всех выложит. Сплетник похлеще их с матушкой.
Графиня Стивенс вышла из прихожей, не удостоив никого из присутствующих прощанием.
Когда дверь за ней закрылась, Лилиан странно дернулась и нервно заломила пальцы. Кажется, с леди Виолеттой они обсуждали нечто важное и серьезное.
Принцесса повернула голову к Энтони, намереваясь, вероятно, попросить его о чем-то, и только сейчас заметила Кэтрин.
- Чем обязана вашим... Визитом? - чудилось, Лилиан с трудом сохраняет сейчас спокойствие. Она говорила медленно, будто бы каждое слово стоило титанических усилий, недобро сощурилась и все продолжала перебирать пальцами.
При любых других обстоятельствах Кэтрин повременила бы открывать свою находку. Принцесса явно была не в духе, и попасться ей под горячую руку совсем не хотелось.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Но кто знает, когда княгиня обнаружит пропажу письма, что услышала графиня Стивенс, и как вообще развернутся события?
Нет, сейчас нельзя терять время.
- Ваше Высочество я узнала кое-что о княгине Мирне... Она не может быть веночницей да и в целом ее присутствие в замке...
- Леди Кэтрин, почему бы вам уже не смириться с моим решением и не заняться своими делами? - выпалила Лилиан резко.
- Но Ваше Высочество...
- Энтони, умоляю, скажи своей сестре, что я не в настроении!
Кэтрин почувствовала, как брат схватил ее за локоть, вероятно, чтобы сопроводить на выход. Поэтому она плюнула на вежливость и воскликнула:
- Ее жених жив! У меня есть доказательство!
Хватка Энтони тут же ослабла, он нерешительно посмотрел на принцессу.
Та резко побелела, лицо ее вытянулось.
- В этом письме... - Кэтрин едва успела показать его, как Лилиан уже выдернула его из ее рук и раскрыла. Глаза принцессы быстро зашевелились, когда она пробегала взглядом по строчкам.
- Веночницей должна быть незамужняя и ни с кем необрученная девушка, - заключила графиня триумфально, - очевидно, княгиня не подходит.
Лилиан нахмурилась, оторвалась от письма и взглянула на графиню недоуменно. О, как сложно было той спрятать улыбку! Сейчас принцесса отойдет от потрясения и просто сотрет в порошок нерадивую северянку!
- Веночница? Это все из-за... - Лилиан оборвалась и напряженно посмотрела на Энтони.
Брат втянул голову в шею, будто наделялся, как черепаха спрятаться в панцире, и устало потер глаза.
 
- Кэтрин, какая же ты идиотка... - пробормотал он, не глядя на сестру.
Графиня бы вспыхнула, разразилась криком, но по лицам Энтони и Лилиан поняла, что что-то не так.
Они отреагировали неправильно. Не как следовало.
Они будто бы и не удивились вовсе. Точнее... Удивились, но не новости, добытой Кэтрин, а самим фактом того, что она ее добыла.