Девушка с Севера.Невеста темного принца (СИ)

Какая же глупость!
Княгиня вобрала в грудь побольше воздуха, и резкий запах, атрибут любой конюшни, заставил глаза заслезиться, а нос стать влажным.
Но странным образом это ее взбодрило. И заодно напомнило отцовскую конюшню и хорошие времена.
Свою кобылку она нашла в предпоследнем стойле. Просторное, чистое, оно, видно, пришлось ей ужасно по душе, и даже когда рядом появилась хозяйка, лошадь не поспешила подходить к выходу.
«Хоть кому-то здесь комфортно», - подумала Мирна иронично.
Зато сосед ее кобылки поспешил приветствовать гостью: из ближайшего стойла высунулась морда статного вороного коня.
- А ты, должно быть, Мефис? - княгиня и сама удивилась, что запомнила его кличку.
Она протянула к нему руку, но рысак раздраженно дернулся и мотнул головой.
- Весь в хозяина, да? Не любишь, чтобы к тебе приближались? - выговорила она тише, нежнее.
Конь чуть успокоился, фыркнул, окатив Мирну горячей волной воздуха из широких ноздрей, и позволил ей погладить себя по лбу. Хотя уши его еще нервно шевелились, он, кажется, был весьма рад получить ласку.
- Тебе не сильно досталось на турнире? - княгиня никогда не считала глупым разговаривать с животными. Ей казалось, что они все понимают. Может, не через слова, но через чувства, через душу. И, в отличие от людей, животные всегда остаются искренними. После близкого знакомства со двором эти качества Мирна особенно ценила, - достался же тебе хозяин, Мефис... - выговорила она с сочувствием.
Конь, вроде сначала успокоившийся, снова заволновался, но княгиня поняла, что не она послужила тому поводом.
Затылком она ощутила чей-то пристальный взгляд.
«Боги... Он ведь не услышал, что я сказала?», - подумала она, решив, что это Грегор, и что его могли обидеть ее слова о «везучести» Мефиса.
Но даже если так - все можно обратить в шутку! Собравшись, заставив себя отложить в сторону сомнения и даже легко улыбнувшись, она обернулась, чтобы поприветствовать графа Фаулза...
Однако это был не он.
И Мирна понятия не имела, кто. Крепкий и высокий мужчина в недорогом камзоле с лицом скрытом под накидным капюшоном и в довесок перемотанным нетолстым шарфом.
Можно было едва-едва различить только его грозно поблескивающие глаза.
Он сжал огромные руки в кулаки, расправил плечи, будто бы готовясь к драке.
И с кем же? С ней?!
Мирна с ужасом поняла, что незнакомец полностью перекрыл ей путь к отступлению.
И рядом не было никого. Никого... Боги! Как может такое быть в замке короля?! Здесь всегда кто-то должен быть! Кто-то должен следить за порядком, за придворными, за безопасностью!
- К-кто... Кто вы? - она начала слегка заикаться от страха. Мирна нутром чуяла: этот амбал хочет ей навредить. Она не представляла, почему, зачем и как такое вообще возможно... Но она точно не ошибалась.
Незнакомец не отвечал. Он почти что и не двигался.
Будто мешкал, будто сомневался...
Возможно, ей следовало также не шевелиться, молчать, тянуть время. Ведь кто-то должен оказаться рядом!
Но сердце выпрыгивало из груди, в ушах звенело, а голова шла кругом, будто бы по макушке ударили молотом.
Мирна запаниковала, отпрыгнула в сторону и закричала так громко, как только могла:
- Помогите!
И в ту же секунду амбал метнулся в ее сторону...
Она и моргнуть не успела, как он оказался перед ней, зажал рот ладонью и впечатал в стену.
Мирна ощутила на себе, насколько он сильный и тяжелый. Ее словно бы завалило камнепадом, и не осталось ни шанса выбраться самостоятельно.
Дрожь прошла по телу. Нет! Нет-нет-нет! Так не должно быть!
Княгиня попыталась вырваться, дать сдачу, но незнакомец держал ее крепко. Сопротивление, кажется, только разозлило его.
Он тряхнул ее, отчего подкосились ноги, и Мирна поняла, что совершенно ничего не может сделать.
Она чувствовала себя невероятно слабой, беспомощной, никудышной... Но, видят боги, если она выберется, если спасется - ее ярости и силе, которую он породит, не будет предела!
 
Амбал ударил ее по лицу, боль ошпарила щеку, а перед глазами замерцало. Мирна на мгновение словно бы уснула, и все вокруг стало туманным, неясным и невещественным, как какой-то тревожный поверхностный сон.
Звук трещащей по швам ткани пробудил ее, и княгиня с ужасом поняла, что незнакомец разорвал ее платье...
Сильный толчок заставил ее упасть, дыхание сперло, хотелось снова кричать, но почему-то она не могла. От вида темной, почти черной, громадной фигуры, склонявшейся над ней, сердце упало в пятки.
- Эй! - вдруг раздалось со стороны входа.
Оклик показался Мирне таким громким, таким пронзительным и звенящим, будто это выкрикнул вовсе и не человек, а существо из потустороннего мира.
Быть может, так подумал и ее противник.
Он испуганно дернулся, отпрянул от княгини и со скоростью пушечного ядра вылетел прочь из конюшни.
Сквозь гул в ушах и барабанную дробь в груди, княгиня услышала, как ее спаситель вскрикнул:
- Что вы себе... - а потом заверещал пронзительно, - стража! Стража! Сюда! Немедленно!
У Мирны дрожали ноги, а перед глазами все плыло, но она заставила себя подняться. Она узнала голос кричавшего. И поняла, что рано расслабляться.
Опершись спиной о стену конюшни, глотая ртом воздух и прикрывая руками грудь и плечи в том месте, где платье было разодрано, княгиня смотрела, как к ней быстрым шагом приближается графиня Виолетта Стивенс.
Страх еще не отступил, образ огромного незнакомца, нависшего над ней, закрепился в голове и не позволял успокоиться и собраться с силами... Однако Мирне на ум пришла мысль, которая оказалась слишком яркой, чтобы пробиться даже через этот черный туман, сгустившийся сейчас вокруг нее.
«Почему она здесь? Почему именно она?», - вопрос так и норовил сорваться с языка.
Однако когда Виолетта подошла ближе, Мирне хватило сказать только:
- Вы... Это вы...
В полумраке сложно было разглядеть лицо графини, но княгиня впрочем, заметила, что та вздрогнула и, кажется, нахмурилась.
- Что вы... - уж начала она, как Мирна перебила.
- Это все вы! - чудилось, в этом коротком возгласе сконцентрировался весь ее гнев, вся ее обида. Не только на Виолетту. Но и на Рэльсов, на Грегора, на всех этих проклятых придворных. Горло загорело, будто бы слова обожгли его, и Мирна закашлялась.
- Я совершенно не понимаю... - залепетала графиня Стивенс, но и на этот раз ей не дали закончить.
- Во имя Святого! Княгиня... - в сопровождении парочки гвардейцев в конюшню ворвалась Лилиан.
Она зашла внутрь решительно, но когда увидела рядом с Мирной Виолетту, потерялась на мгновение и недоуменно ее оглянула.
Впрочем, принцесса быстро справилась со смятением, подскочила к княгине и по-сестрински тепло ее обняла.
- Что вы стоите? - рыкнула она гвардейцам, - найдите его!
Виолетта нервно мотнула головой и сложила за спиной руки. Теперь она неотрывно глядела на Лилиан, и Мирна каким-то неопределенным, никем не названным чувством поняла, какой тяжелый и злой сейчас ее взгляд, хоть и не видела ее глаз.
И принцесса совершенно спокойно его выдерживала, отчего показалась княгине такой сильной и непоколебимой... Такой, какой ей хотелось бы быть.
- Вы сможете описать нам случившееся, Ваше Сиятельство? - обратился к Виолетте один из гвардейцев.
- Разумеется, - последовал холодный ответ.
Мирну окатило новой волной ужаса. Что им наговорит графиня? Как все выставит? Нет! Нельзя, чтобы ее послушали...
- Ваш рассказ будет считаться самым правдивым, что бы она ни сказала, - Лилиан словно бы прочитала ее мысли и шепнула Мирне, когда Виолетта последовала за гвардейцами на выход, - а сейчас вам нужно успокоиться, - она уж потянула княгиню в сторону улицы, но у той просто не шевелились ноги.
 
Все начало медленно расставляться по местам, до нее начало доходить в полной мере, что случилось, и чем четче и яснее становилась картина, тем сильнее она приходила в отчаяние.