Повелители Владений (ЛП)
Верховная командующая Хирва Ветроходная оказалась высокой и приятной на вид альвийкой в блестящих доспехах из солнцестали. Казалось невероятным, что, несмотря на царапины, пятна грязи и вражеской крови после недавней битвы, эти доспехи все равно сверкали и производили впечатление безупречности. Медово-золотистые волосы Хирвы были аккуратно заплетены в длинную толстую косу, из которой не выбивался ни один волосок. Хотя верховная командующая сегодня, судя по всему, лично ходила в бой и забирала жизни врагов, сейчас она непринужденно переговаривалась с подчиненными, склонившись над разложенными на большом столе картами окрестностей.
Предводительница Всадников Рассвета Велорина подошла к ней, замерла как вкопанная и доложила:
— Леди-регент, по вашему приказанию алариты прибыли.
Хирва подняла на них темно-синие, словно растаявший ледник, глаза.
Ферендира пробрала дрожь. Хирва была прекрасна и одновременно ужасна. Холодная красота ее лица наводила на мысль о суровом горном склоне, который за тысячу лет под упорными ветрами стал гладким и пустынным. Пронзительный, леденящий душу взгляд таил в себе опасность, словно кишащий зверьем лес. Ферендиру почудилось, что его изучили и оценили, будто какой-нибудь клочок земли, который можно использовать для будущих военных действий. Он не смог отделаться от этого чувства, даже когда Хирва одарила подобным взглядом и Дезриэля с Серафом.
Потом верховная командующая выпрямилась и коротко кивнула в знак приветствия.
— Рада вас видеть, — спокойно сказала она. — Вы среди друзей.
— По крайней мере, среди таких же альвов, — пробормотал Сераф.
Ферендир заметил, что Дезриэль на миг с укоризной покосился на собрата.
Обойдя стол, Хирва продолжила:
— Мне доложили, что сегодня вы храбро сражались и перебили много врагов. Благодарю вас за это. Теперь я должна спросить, что привело вас сюда и почему вас так мало. Полноценный отряд Каменных Стражей нам бы не помешал.
— Во-первых, — ответил Сераф, — мы оказались тут случайно. Нас никто сюда не приглашал. Эта гора и ее подножья — владения нашего монастыря, и мы ходим здесь куда хотим. Позволю себе напомнить, что вы сами и ваша армия тут только в гостях.
— Мой товарищ забыл упомянуть, — быстро вставил Дезриэль, — что буквально вчера наш храм был разрушен теми самыми слаанешитами, которых вы сегодня разбили. Они проломили стену, уничтожили постройки и перебили всех жрецов и послушников. Вообще всех! Мы уцелели только потому, что во время нападения нас не было в храме.
Хирва словно взвешивала их слова. Некоторое время она смотрела на Ферендира, как будто ожидая услышать и его версию произошедшего, но он оробел под ее ледяным взглядом и промолчал.
— На самом деле мы не рассчитывали вступить в битву именно здесь, — наконец сказала Хирва. — Несколько недель мы следовали за этим войском Слаанеша — оно пересекло равнину и углубилось в предгорья. По нашим расчетам, бой должен был состояться по ту сторону холмов, на склонах самой горы. Представьте же себе наше удивление, когда внезапно Гедонисты развернулись и вышли нам навстречу. Мы решили, что они были отброшены, поэтому спустились с гор и напоролись на нас.
— Они не были отброшены, — горько сказал Сераф. — Они просто сделали свое темное дело, ради которого и приходили.
— И что же это было за дело, Каменный Страж? — слегка склонив голову набок, спросила Хирва.
— Между прочим, леди-регент, у меня есть имя, — сказал Сераф.
Ферендир переглянулся с Дезриэлем. Они не ожидали от Серафа ответа, граничащего с грубостью.
— Тогда представьтесь, — как ни в чем не бывало предложила Хирва. — Сообщите ваши имена, чтобы я могла спокойно расспрашивать вас о вещах, представляющих интерес для моей армии.
— Его зовут Сераф, — сказал Дезриэль, кивнув на своего товарища. — Я Дезриэль. Мы полноправные Каменные Стражи, а это послушник, которого мы обучаем, Ферендир. В эти дни он должен был пройти последнее испытание, но не успел.
Ферендиру почему-то стало неловко. Зачем наставник так снисходительно и пренебрежительно о нем отзывался, да еще перед лицом этой гордой и грозной воительницы?
— Вот и славно! — сказала Хирва и перевела взгляд обратно на Серафа. — Ну, Каменный Страж, так о чем ты говорил?
Ферендир напрягся. Хирву явно было ничем не напугать.
Немного поколебавшись, Сераф ответил:
— Очевидно, слаанешиты явились к нам в храм за совершенно конкретной вещью. Они ворвались внутрь, забрали ее и сразу ушли.
— Говори прямо! — воскликнула Хирва. — Называй вещи своими именами! Что забрали Гедонисты? Ради чего они к вам явились?
— Ради чего? — сощурился Сераф. — Что забрали?.. Да они забрали у нас все!..
Тут вмешался Дезриэль и постарался разрядить нараставшее напряжение.
— Я прошу прощения, — сказал он, — но нельзя ли нам получить ответы на некоторые вопросы, прежде чем мы будем отвечать на ваши?
— Нет, нельзя! — вмешалась предводительница Всадников Рассвета Велорина. — Леди-регент уже задала конкретный вопрос. Так что, Каменный Страж, изволь на него ответить!
Ферендир заметил, что правой рукой Велорина при этом схватилась за рукоять висевшего у нее на боку меча.
Сераф, к сожалению, тоже это заметил, сощурился, и у него на лице появилось выражение, обычно предшествующее вспышке неукротимого гнева. По всей видимости, он готовился к схватке, и все мышцы Ферендира напряглись.
— Убери руку с меча, — мрачно сказал Сераф Велорине, — а то нам придется считать, что мы тут среди врагов.
Предводительница Всадников Рассвета сделала шаг вперед и сказала:
— Вы здесь в гостях, Каменный Страж! Вот и ведите себя подобающим образом!
— Мы в гостях у вас в шатре, — спокойно ответил Дезриэль, — но вы в гостях у нас, под сенью священной горы, а мы — ее посланники и смиренные слуги! Если вы хотите узнать, что гора могла бы вам предложить и что проклятые собаки Слаанеша у нее украли, я бы советовал вам оказать нам такой теплый прием, какой вы хотели бы получить сами!
Велорина посмотрела на Хирву. Та все тщательно обдумала, а потом едва заметно кивнула. Тогда Велорина убрала руку с рукояти меча и отступила, стараясь разрядить напряжение.
— Прошу прощения! — по мнению Ферендира, не слишком убедительно извинилась она.
— Так на какие вопросы вы хотели узнать ответы? — спросила Хирва Дезриэля. — Задавайте их!
— Вы сказали, что гонялись за слаанешитами несколько недель, — сказал Дезриэль. — Каков был их путь и что они везде оставляли после себя?
— После себя они везде оставляли то же самое, что и у вас в монастыре, — ответила Хирва. — Полное и безжалостное уничтожение. А хуже всего то, что сейчас на Иметриканском материке хозяйничают по меньшей мере еще два таких полчища.
— Три полчища? — сказал Сераф. — Это что, вторжение?
Услышав это, Хирва как-то странно, с оттенком грусти, улыбнулась и ответила:
— Не совсем вторжение… Насколько мы можем судить, они скорее соперничают друг с другом.
— Соперничают? — переспросил Дезриэль.
Хирва отошла к буфету с едой и напитками.
— Давайте поговорим за трапезой! — предложила она. — Не знаю, как вы, но лично я умираю от голода, а надо еще многое обсудить…
Еда была незамысловатой, но сытной и, к счастью, обильной. Ферендир боролся со жгучим желанием наброситься на нее, хотя испытывал зверский голод. Уж конечно, Сераф такую прожорливость не поощрит. Юный альв решил не спускать глаз с наставников и поглощать ровно столько еды и питья, сколько и они.
С тарелкой и кубком в руках Хирва провела их к широкому рабочему столу, заваленному картами. На картах стояли резные деревянные фигурки, которые обозначали подразделения ее собственной армии и недавно разбитого полчища Хаоса. Много вражеских фигурок валялось в стороне — по ним можно было прикинуть масштаб потерь и численность оставшихся войск у противника.
Хирва кивнула на карту, но ничего конкретного на ней не указала.