Повелители Владений (ЛП)

— Тирион, Теклис и Селеннар! — выдохнул Ферендир при виде этого фантастического зрелища. — Ванари изумительны! Они безупречны!
Наставники промолчали.
Синхронное движение идеальных форм! Ферендир не мог иначе описать увиденное. Авангард состоял из Аураланских Хранителей: сто рядов по сорок солдат сцепили вместе изящные щиты в непроницаемую стену и ощетинились в сторону врага блестящими наконечниками длинных копий. По команде копейщики переднего ряда синхронно наносили удар, затем отступали, и их место занимал следующий ряд. Вместе они напоминали размеренную смертоносную машину, которая неотвратимо двигалась вперед, пронзая и перемалывая все, что оказывалось на пути. Еще страшнее было смотреть на раскаленные добела широкие наконечники копий, которые ослепительно сверкали даже в лучах полуденного солнца — боевая магия в действии. Гедонисты Слаанеша налетели на ряды Аураланских Хранителей и гибли сотнями — не только от колотых ран, но и от белого пламени заколдованных копий.
За фалангой копейщиков выстроились безупречными ромбами сотни Аураланских Стражей — лучших лучников во всех Владениях Смертных. Они выпускали на противника тучу стрел, которые летели так плотно, что затмевали солнце. Стальной дождь обрушивался на вражеские подкрепления, когда те только приближались к строю Хранителей на смену павшим. Потрясенный Ферендир заметил, что стрельба была подчинена особому ритму и зависела от позиции лучников за строем копейщиков: после залпа крайних отрядов очередь переходила к тем, что были ближе к центру, затем к следующим, а после выстрела центровых залпы вновь расходились веером до крайних «ромбов». Это не только ужасающе эффективно убивало, но и выглядело очень красиво.
Хотя Аураланские Хранители и Стражи на передовой и произвели на Ферендира неизгладимое впечатление, больше всего ему понравилось наблюдать, как сверкающие летучие эскадроны Всадников Рассвета уничтожали потрепанных и обескровленных слаанешитов на флангах. Пока копейщики и лучники били основные силы противника в центре, стремительная конница рубила, топтала и колола пиками тех, кто пытался зайти в тыл или по-другому переиграть люминетов. Сколько бы уродливых слаанешитов, проворных извергов или шипящих шустрых демониц ни кидалось в атаку, Всадники Рассвета всегда успевали их растоптать, переколоть пиками или изрубить мечами.
Только это было еще не все. За строем пехоты и лучников, за зоной, которую контролировала конница, на некотором расстоянии стояла артиллерия и вела постоянный огонь по врагу. Внушительных размеров и изящных очертаний пушки были словно воплощенная в металле и дереве ода научной и инженерной мысли. Они стреляли тяжелыми каменными ядрами и огромными зажигательными бомбами, которые летели прямо в гущу полчищ Хаоса и наносили ощутимый урон.
Ферендир упивался этим зрелищем. Ему хотелось воспарить ястребом над полем боя в потоках теплого воздуха и узреть битву такой, какой ее видят ветер, птицы, облака и небожители. Сверху можно было бы оценить безукоризненную симметричность построений воинов-ванари, особенно в контрасте с беспорядком, царившим в рядах безумных слаанешитов. Судя по всему, эти твари просто не ожидали, что на выходе из покрытых лесом предгорий их встретит армия люминетов.
И все-таки ликовать было рано. Ферендир смотрел и понимал, что сколько бы слаанешитов ни гибло от пик, стрел и мечей, число их словно не уменьшалось. Их рубили, кололи, жгли и топтали, но откуда-то постоянно лезли новые…
Вдруг Ферендир почувствовал ритмичную дрожь земли под ногами. Кто-то скакал к ним на вершину холма. С каждым мгновением стук копыт становился все ближе и отчетливее. Юноша настороженно обернулся и увидел, что наставники уже заняли оборону: Сераф занес над плечом каменный молот, а Дезриэль поднял алмазный чекан. Ферендир подбежал к ним и тоже приготовил к бою оружие…
Между деревьями на склоне возникли четверо верховых. Блестящие, украшенные золотом доспехи ярко сверкали, а с обнаженных мечей капала черная кровь врагов. Это были Всадники Рассвета — не останавливаясь, они въехали на вершину холма, перешли на легкий галоп и закружили вокруг Ферендира и его наставников. Трое альвов и четверка разгоряченных битвой всадников некоторое время настороженно рассматривали друг друга, а потом немного успокоились.
 
Кружение замедлилось, и тогда Ферендир увидел, что на холм подоспел отряд альвийской пехоты, вооруженной каменными молотами и алмазными чеканами.
Алариты! Конечно, они были из другого укрепленного храма где-нибудь на севере, но по их оружию и снаряжению было видно, что Ферендир и его наставники встретили духовных братьев и союзников.
— Кто вы? — выкрикнула альвийка из числа Всадников Рассвета.
— Мы алариты, Каменные Стражи! А с нами наш послушник, — без колебании ответил Сераф. — Мы единственные, кто уцелел после разрушения горного храма к юго-востоку отсюда. Это сотворили те самые мерзкие страшилища, с которыми вы сейчас сражаетесь.
— Ну и отлично! — воскликнула всадница. Мы рады, что можем сейчас отомстить этим тварям за их злодеяния!
Ферендир устал крутить головой, чтобы видеть говорящую. Ему очень хотелось, чтобы она остановилась.
— Мы услышали шум схватки и прибежали сюда посмотреть, — объяснил Дезриэль. — А когда они на вас напали?
— Это мы напали на них! — ответила всадница. — Наши разведчики увидели, как полчище спускается с предгорий. Мы выстроились на равнине, чтобы не дать им уйти. Так они угодили прямо в расставленную западню.
— Однако их еще много! — воскликнул Ферендир. — Кажется, чем больше вы их убиваете, тем больше их становится.
— Это только так кажется, мальчик! — воскликнула всадница. По ее обиженному тону было понятно, что она задета. — Вскоре мы их всех перебьем или обратим в бегство.
— Предводитель! — крикнул один из недавно прибывших пехотинцев. — Враги поднимаются по склону холма!
Всадница Рассвета перестала кружить вокруг троицы альвов и проехала туда, откуда все хорошо было видно. Ферендир и его наставники подбежали к ней посмотреть, что так встревожило пешего воина. Были все основания волноваться: от полчища Гедонистов Слаанеша среди полей отделилась большая группа, которая сейчас бежала вверх по склону в их направлении. Ферендиру было непонятно, специально ли они стремились сюда или просто удирали с поля боя. Он видел только, что уроды с исковерканными телами уже находились в опасной близости и неуклонно сокращали расстояние.
Один из вооруженных молотами аларитов вышел вперед и с оценивающим видом осмотрел Ферендира и его наставников.
— Вы останетесь? Сражаться будете?
Дезриэль кивнул, сказав:
— Мы в вашем распоряжении.
А Сераф решительно добавил:
— Сейчас их встретим!
Алариты рассыпались по склону и выстроились в цепь на гребне холма: три ряда по двадцать воинов. Хотя Ферендир их совсем и не знал — они поклонялись другой горе и были из другого храма, — он радовался их присутствию. Знакомое построение, их молчаливая сила и уверенность успокаивали.
Юный альв не очень хорошо понимал, где его место в предстоящей схватке, поэтому встал между своими наставниками в первом ряду и приготовился драться. Сразу же затряслись руки, ладони, сжимавшие обмотанную кожаной лентой рукоять алмазного чекана, вспотели. В чужих доспехах, которые Ферендир подобрал в храме, ему внезапно стало неудобно.
— Отойди, — негромко приказал Дезриэль. — Встань во второй ряд. Главный натиск отразят без тебя.
— Наставник! Я же…
— Пусть враг сначала испробует тяжелых молотов в первом ряду. Мы с тобой лучше займем позицию сзади и будем убивать тех, кто прорвется.
Ферендир не посмел ослушаться. Дезриэль спокойно встал рядом с ним. Со всех сторон от них Каменные Стражи сплотились так, чтобы их шеренга стала несокрушимой. Краем глаза Ферендир уловил какое-то движение, обернулся и увидел позади воинов высокую и красивую женщину — аларитского боевого мага. Она, видимо, стояла на поваленном дереве или валуне. Приготовленный к битве жезл уже полыхал ярким и светлым магическим огнем царства Хиш. Всадники Рассвета — их число увеличилось за счет шестерых подоспевших товарищей — отступили, чтобы подготовиться к слаженным атакам на врага.