Последнее "Па" (СИ)

— Рус? — взглянул на вход черт, занимавшийся за столом отчетом об успеваемости.
На пороге стоял взрослый мужчина с легкой сединой в волосах. Одет он был в мантию с метками «Огненной печати».
— Здравствуй, Хойсо, — с улыбкой произнес посетитель. — Не помешаю?
— Заходи, — добродушно махнул рукой черт и спрыгнул с кресла. — Ко мне не так часто ходят гости, чтобы быть занятым для них.
Он подошел к шкаф, раскрыл дверцы и, приставив лестницу, залез на верхнюю полку, откуда извлек поднос с чайником и чашками. Поставив его на стол перед Русом, он извлек заварку и воду.
— Какими судьбами? Случилось чего, или ты все же вспомнил своего старого учителя? — спросил Хойсо, заваривая чай.
— И случилось и не случилось, — пожал плечами Рус. — Роуль приснился вчера.
— М-м-м-м? И как он?
— Как обычно называл меня бездарем, — с улыбкой произнес пиромант.
— Сон был простой?
— Да. Я давно слежу за этим, — кивнул пиромант. — Просто… я вспомнил и решил заглянуть, посмотреть, как у вас дела.
— А как у нас могут быть дела? — развел руками черт. — Все как обычно. Студенты учатся, занимаются ерундой, влюбляются, совершают глупости… Молодежь…
Рус покивал головой и заметил, как на него недовольно смотрит Хойсо.
— Ну? — спросил черт и взглядом указал на парящий чайник. — Только не говори, что пришел с пустыми руками. Никогда не поверю!
— Не с пустыми, — улыбнулся пиромант и достал из складок мантии небольшую коробочку.
Открыв ее, он продемонстрировал три эклера идеальной формы, от которых комната тут же наполнилась насыщенным ванильным ароматом.
— Демоны бездны и трусики Магдалены, — прошептал Хойсо, не сводя взгляда с пирожных.
— Кстати, на счет трусиков, — вздохнул Рус. — Я род уже оставил. Мы с Тук отошли от дел и не лезем в их дела. Они тоже не торопятся нас привлекать. Молодое поколение уже способно самостоятельно решать проблемы клана.
— М-м-м-м? — поднял взгляд на Руса черт, который уже засунул в рот половину эклера.
— Я про слухи о том, что ты занимаешься совращением студенток.
— Для начала я их не совращаю. Это они меня совращают! — заявил Хойсо.
— В каком смысле?
— В прямом. Да, у меня были отношения с парочкой студенток, но они были совершеннолетними и сами меня к этому принудили. А сейчас дошло до идиотизма! В Темной цитадели среди девушек существует тайный ритуал. Если повесить свои трусики на ручку двери директора и постучать, то якобы к тебе ночью заявится «Призрачный любовник» и подарит тебе лучший секс в жизни.
Рус, в это время отпивавший чай, поперхнулся и закашлялся.
— В каком смысле?
— В прямом, Рус! В прямом! Ты представляешь, сколько трусиков у меня висит на дверях? Ни одна студентка не вышла из этого заведения, не оставив трусов на ручке моих дверей!
— Погоди, но если бы это не работало, то это так и осталось бы сказкой!
— Ну, тут уже вступает в силу другой фактор, — смутился Хойсо. — Некоторые студентки действительно изумительно красивы.
— Ты старый извращенец, — хохотнул Рус, еще раз отпив чай, поправился. — Нет. Ты древний извращенец!
— Кто бы говорил, — буркнул черт. — Не напомнишь, сколько у тебя было жен?
— Двадцать три… — после небольшой паузы хмуро ответил пиромант.
— А детей у тебя сколько?
— Около семидесяти…
— И кто тут должен говорить об извращенности?
— Это было необходимо клану, — попытался оправдаться Рус.
— Необходимость — это просто свадьба и дети, а вот те оргии, про которые в империи ходят легенды — это уже совершенно другой разговор. И как тебя еще Тук не прибила за такое?
— Со временем все меняется, — вздохнул пиромант. — Эти оргии, между прочим, спровоцировала она сама.
— Что? Не дала?
— Нет, испытывала на мне новое зелье. Меня алхимия в последнее время перестала брать, вот она и решила меня использовать как животное.
— Только не говори, что…
— Да. Это было зелье похоти. Причем жуткой концентрации. Супруги, конечно, были не против. Только я не мог успокоиться, пока Тук не подобрала противоядие.
— Ей-то досталось?
 
— Она впервые с момента нашего знакомства сказала, что я ее… затрахал.
Хойсо заржал, но в этот момент в дверь постучали.
Черт постарался придать лицу серьезное выражение и открыл дверь. За ней никого не было, а с обратной стороны, на ручке висели женские белоснежные трусики.
— Собственно, о чем я говорил, — буркнул черт и снял их с ручки.
Он поднес их к пяточку и, обнюхав, заявил:
— Опять мисс Коро, с водного…
Тут его взгляд остановился на Русе, который хрюкал, стараясь скрыть смех, отчего руки тут же спрятали женское белье в складки мантии.
— Слушай, — утирая слезы, произнес Рус. — Помнишь, мы с тобой пытались найти Роуля в стихии? Ритуалистика и немного Астрала?
— Да. Я… я бросил эти попытки, — ответил Хойсо. — Там было девятнадцать тысяч вариантов плетений и манипуляций с фигурами. Я прошел семь и не стал делать этого дальше. Глухо. Даже малейшего отклика нет. Но… студенты продолжают этим заниматься.
— В смысле?
— Еще одна байка Темной цитадели, — развел руками черт. — Пару раз в год у меня крадут всестихийный эклер. Ученики рассчитывают ритуал и пытаются его призвать.
— И сколько они уже пытались?
— Не больше тысячи раз, — отмахнулся Хойсо. — Это скорее дань уважению и памяти Роулю, чем серьезная попытка его призвать. Кто-то верит, что их озолотят, кто-то верит, что он дарует им огромную силу… Все как обычно.
— Вот как, — хмыкнул Рус. — Кстати, я хотел кое-что проверить на всестихийном эклере. Он у тебя далеко?
— Нет, здесь, — Хойсо подошел к столу и вытащил из ящика небольшую черную коробку, которую передал пироманту.
Рус открыл коробку и недоумевающе туда уставился.
— Что? — нахмурился черт.
— Пусто, — продемонстрировал Рус.
— Что-то они зачастили с его призывами, — буркнул Хойсо. — Пойдем.
Два сильнейших существа на континенте вышли из кабинета и проследовали в зал для тренировок с ритуалистикой.
Они пришли как раз к началу новой попытки.
В центре комнаты полыхало черное пламя. Вокруг него стояло полтора десятка студентов с темного факультета. На полу черной карамелью был нарисованы фигуры и руны. В центральной руне, рядом с черным пламенем, лежал всестихийный эклер.
— ВО ИМЯ ЭКЛЕРА! — громогласно произнес заводила и вскинул руку с эклером в ней.
Все студенты повторили за ним, подняв руку с эклером, после чего синхронно его бросили в огонь.
— МАРЦИПАНА!
Манипуляция повторилась и в огонь полетели марципаны.
— И ТЕМНОЙ ЗАДНИЦЫ!
Два десятка студентов одновременно спустили штаны.
— Я не так себе представлял призыв Роуля, — произнес Рус, удивленно глядя на толпу голозадых студентов.
— ПРИДИ! — тем временем выкрикнул студент.
ХЛОП!
Комната наполнилась черным дымом.
— Напортачили с точностью углов Феринга, — недовольно проворчал Хойсо и одним движением избавился от дыма.
На месте черного пламени к его удивлению оказалась молодая женщина с третьим размером груди. В волосах ее торчали марципаны, а рот был перемазан эклерами.
Она удивленно оглянулась, затем расплылась в улыбке, демонстрируя полный рот острых, как шипы, зубов, после чего произнесла с придыханием:
— Здра-а-а-а-а-асть!
Ее взгляд остановился на дверях, где замер удивленный черт.
— Хойсо! — воскликнула она. — Хойсо, посмотри на меня!
— Роуль? Роуль, это ты?!! — неверяще пробормотал старый друг.
— Хойсо! Ты только посмотри на меня!!! — женщина принялась трясти плечами, отчего ее объемная грудь заметалась из стороны в сторону. — Хойсо! У меня есть сиськи!!!
Хойсо сделал несколько шагов к Роулю и неверяще вытянул руку вперед.
 
— Даже не думай, старый хрыч! — произнесла девушка и прикрыла соски рукой. — Сиськи мои! Значит, лапать я их буду тоже сам!
В этот момент из живота черта послышалось громкое возмущенное урчание. Черта согнуло, и он резко закрыл рот руками, удивленно повернувшись к Русу.